Ангелы и Демоны - Дэн Браун

Мортати и остальные кардиналы в недоумении взирали на экран.Хотя беседа продолжалась уже некоторое время, Лэнгдон не стал отматыватьпленку. Видимо, та часть фильма, которую, по мнению ученого, должны былиувидеть высокопоставленные священнослужители, только начиналась…

* * *

— Неужели Леонардо Ветра вел дневник? — говорилкамерарий. — Если так, то это, я полагаю, прекрасная новость для ЦЕРНа. Втом случае, если в дневнике изложена технология получения антивещества…

— Там этого нет, — сказал Колер. — Вы,видимо, почувствуете облегчение, узнав, что способ получения антиматерии умервместе с Леонардо. В его дневнике говорится о другом. А именно — о вас.

— Не понимаю, — ответил камерарий. Было заметно,что слова директора его встревожили.

— Там имеется запись о его встрече с вами, имевшейместо месяц назад.

Камерарий помолчал немного, а затем, взглянув на дверь,произнес:

— Рошер не должен был пускать вас сюда, не заручившисьмоим согласием. Каким образом вам удалось проникнуть в кабинет?

— Рошеру все известно. Я предварительно позвонил ему ирассказал о том, что вы сделали.

— Что я сделал? Что бы вы ему ни наплели, Рошер —швейцарский гвардеец, который слишком предан этой церкви, чтобы поверить словамозлобленного ученого.

— Вы правы, он действительно предан церкви. Преданнастолько, что, несмотря на то что все улики указывали на одного из егошвейцарцев, отказывался поверить, что его люди способны на предательство. Онвесь день искал другие объяснения.

— И вы ему подобное объяснение обеспечили?

— Да. Я рассказал ему всю правду. Правду, прямо говоря,шокирующую.

— Если Рошер вам поверил, он должен был немедленноарестовать меня…

— Нет. Я этого не допустил, обещав свое молчание вобмен на встречу с вами.

— Неужели вы намерены шантажировать церковьроссказнями, в которые скорее всего никто не поверит? — с каким-тостранным смешком сказал камерарий.

— Я никого не собираюсь шантажировать. Я всего лишьхочу услышать правду из ваших уст. Леонардо Ветра был моим другом.

Камерарий, не отвечая на эти слова, повернулся лицом ккамину.

— Что же, в таком случае скажу я, — продолжалКолер. — Примерно месяц назад Леонардо Ветра вступил с вами в контакт ипопросил срочной аудиенции у папы. Вы организовали эту встречу, посколькупонтифик всегда восхищался научными успехами Леонардо. Кроме того, Ветра сказалвам, что возникла чрезвычайная ситуация и дело не терпит отлагательства.

Камерарий молча смотрел в огонь.

— Леонардо тайно прибыл в Ватикан. Моего друга оченьогорчало то, что он тем самым нарушал данное дочери слово, но иного выбора унего не было. Последнее открытие породило в душе Леонардо серьезный конфликт, ион очень нуждался в духовном руководстве. Во время конфиденциальной встречи онсообщил папе и вам, что совершил открытие, которое может иметь самые серьезныерелигиозные последствия. Он доказал физическую возможность акта Творения. ОпытыВетра показали, что с помощью мощного источника энергии — который мой друг именовалБогом — можно воспроизвести момент Творения.

Ответом директору было молчание.

— Папа был потрясен, — продолжал Колер. — Онхотел, чтобы Леонардо публично сообщил о своем достижении. Его святейшествополагал, что это открытие сможет проложить мост через пропасть между наукой ирелигией. А об этом папа мечтал всю свою жизнь. Но затем Леонардо рассказал вамо другой стороне эксперимента. О том, что вынудило его обратиться за духовнымнаставлением. Дело в том, что в результате акта Творения все создавалось парами(так утверждает ваша Библия), причем парами противоположностей. Как свет итьма, например. Ветра обнаружил, что это справедливо и в отношении егоэксперимента. Создав вещество, он одновременно создал и его противоположность —антивещество. Это его беспокоило. Стоит ли мне продолжать?

Камерарий вместо ответа наклонился к огню и пошевелилкочергой уголья.

— Через некоторое время вы посетили ЦЕРН, чтобы личноознакомиться с работой Леонардо. В дневниках доктора Ветра есть упоминание отом, что вы были в его лаборатории.

Камерарий посмотрел на Колера, который сказал:

— Поездка папы неизбежно привлекла бы внимание прессы,поэтому он направил в Женеву вас. Леонардо тайно провел вас по своейлаборатории. Он показал вам аннигиляцию. Модель Большого взрыва. Или, еслихотите, энергию Творения. Более того, Леонардо Ветра провел вас в хранилищеопасных материалов, где вы увидели большой образец антивещества. Образец,который был призван доказать, что антиматерию можно производить в значительныхколичествах. Вы выразили Леонардо свое восхищение и, вернувшись в Ватикан,доложили папе обо всем, что видели.

— И что же, простите, вас так гложет? — со вздохомспросил камерарий. — Неужели то, что, уважая волю Леонардо Ветра, я этимвечером делал вид, что мне ничего не известно об антивеществе?

— Нет! Меня гложет то, что вы организовали егоубийство, хотя он практически доказал существование вашего Бога!

Камерарий смотрел на Колера, и на его лице нельзя былоувидеть никаких эмоций.

А потрескивание горящих поленьев было единственным звуком,нарушавшим тишину кабинета.

Неожиданно камера задрожала, и на экране возникла рукаКолера. Было видно, что директор лихорадочно пытается извлечь из-под креслакакой-то предмет. Через несколько секунд в его руке появился пистолет. Картинкаполучилась очень выразительной: смотревшая сзади камера показывала во всю длинуруку с зажатым в ней оружием. Ствол пистолета был направлен прямо в грудькамерария.

— Признавайтесь в своих грехах, святой отец.Признавайтесь немедленно!

— Вы понимаете, что живым вам отсюда невыбраться? — испуганно произнес камерарий.

— Смерть явится долгожданным избавлением от страданий,которые я благодаря вашей религии вынужден терпеть с раннего детства. —Колер держал пистолет уже обеими руками. — Я даю вам возможность выбора.Признание в преступлениях или немедленная смерть!

Камерарий покосился на дверь.

— Рошер стоит снаружи, — сказал Колер. — Онтоже готов вас убить.

— Капитан дал торжественную клятву защищать цер…

— Он впустил меня сюда. С оружием. Ваша ложь ему отвратительна.У вас еще есть выбор. Признайтесь в преступлениях. Я хочу услышать этопризнание из ваших уст.