Духи рваной земли - С. Крэйг Залер

По лицу ковбоя катились слезы.

– В заключительном пассаже, детально описав вторую женщину, я тоже зову ее по имени: Долорес!

Ковбой вытер слезы полями шляпы.

– Я исполнял эту песню много раз – в городах, деревнях и дважды в поезде. И везде она трогала людские сердца. (Умберто не стал говорить, что баллада оказалась одной из самых прибыльных его песен.) А несколько недель назад я вернулся домой, в Нуэва-Вида. И вот одиннадцать дней назад, когда я исполнял «То, что нельзя украсть» на городской площади, двое мужчин повели себя очень необычно. Они побледнели. Глаза их повлажнели. Они испугались. Уверен – они знают одну или даже обеих женщин из песни.

– Кто они? – Слова ковбоя упали тяжело, как падает тупой топор.

На мгновение Умберто заколебался.

– Вы должны пообещать, что джентльмен будет разговаривать с ними культурно, как подобает. Они…

– Не ставь мне условий, – рявкнул ковбой. – Я заплатил за информацию. – Он ткнул пальцем в кошель с золотом.

– Возможно, эти люди и не догадываются о несчастной доле, выпавшей вашим сестрам.

– Вы этого не знаете наверняка.

– Правильно, – согласился Умберто. – Я не знаю, откуда им известно о ваших сестрах. Но люди они важные и для города сделали много хорошего. Вы должны пообещать, что не сделаете им ничего плохого, не станете их убивать.

– Что понадобится, то и сделаем, – мрачно ответил Брент.

Музыкант затянул завязки и толкнул кошель через стол.

– Можете забрать ваше золото и возвращаться в Америку.

Ковбой посмотрел на него с нескрываемой ненавистью.

Умберто отпил вина из стакана.

Ковбой взял себя в руки и, немного успокоившись, сказал:

– А если эти добрые люди не так уж и добры?

– Если кто-либо из этих джентльменов пострадает или будет убит, я назову имена Джона Лоуренса Плагфорда и Брента Плагфорда действительно плохим мексиканцам. – Умберто произнес угрозу, на мгновение приподнявшись со стула. – А если я случайно отрежу себе голову или по невнимательности двадцать девять раз ударю себя ножом в печень, найдутся другие разговорчивые люди, которые донесут эту информацию до бандитов.

– Дьявол. – Брент по-лошадиному фыркнул. – Хитрый мексиканец.

– Один из многих миллионов.

Ковбой задумался.

– Что же касается тех, кто удерживает ваших сестер… – Умберто пожал плечами. Убийство людей, похитивших женщин и надругавшихся над ними, артиста не беспокоило.

Ковбой толкнул золото обратно.

– Мы не тронем тех, с кем вы нас свяжете. Мое слово твердое.

– Bueno. – Хотя Умберто не испытывал симпатии к ковбою, в его верности слову он не сомневался. – Я знаю место, куда эти два джентльмена ходят играть и выпивать. Это приличное заведение. – Артист посмотрел на высокого светловолосого гринго. – Вам нужно пойти туда.

– А почему бы вам самому не поговорить с ними? – спросил джентльмен.

– Не желаю участвовать в этом напрямую. – Умберто не стал бы участвовать вообще, но совесть не позволяла молчать, да и деньги семье не помешали бы. – Сядьте играть с одним из них, угостите выпивкой. Когда он расслабится, расскажите, что за женщину вы ищете. Он и поведает, куда идти и где искать. ¿Comprendes?^[38]

– Понимаю, – с сомнением сказал джентльмен.

– Es muy fácil^[39], – заверил Кальес.

– Думаете, сестер держат в городе? – спросил ковбой.

– В Нуэва-Вида такого рода борделя нет, разве что это какое-то тайное место, подвальная темница. Может быть, они в другом городе или в какой-нибудь пещере в горах.

Джентльмен побледнел.

– Вам заплатили за неделю, – напомнил спутнику ковбой.

– Я не забыл.

Брент посмотрел на Умберто.

– Приходилось ли вам слышать об испанце по имени Грис? Одноглазом?

– Нет.

– Ладно. – В голосе ковбоя послышалось разочарование. – Теперь расскажите нам об этих джентльменах.