Духи рваной земли - С. Крэйг Залер

Натаниэль вошел в лес.

Мир слоился. Торчащие из земли колючие препятствия были черными, а песок, небо и вытянутые вперед руки джентльмена – темно-серыми.

Натаниэль осторожно шел по едва различимой тропинке, обозначенной плоскими камнями и зажатой с обеих сторон густыми деревьями.

Непроглядная чернота мало-помалу перебарывала темную серость, в которой хоть что-то можно было различить. Время то ли прибавило ходу, то ли, наоборот, замедлило шаг. В какой-то момент Натаниэль споткнулся о корень, раскинул руки и, уколовшись об иголку юкки, отдернул правую. Посмотрел на ладонь и увидел ползущую по темно-серому пятну каплю черной ночи.

– Проклятье!

Джентльмен стер черную кровь, проведя ладонью по стволу дерева, сделал три шага и, пригнувшись, нырнул под низко расположенную ветвь, попытавшуюся его при этом задушить.

– Прок…

Из черной груды непосредственно перед ним вырвались два металлических щелчка. Он замер.

– Кто здесь? – вопросила груда.

– Перед вами Натаниэль Стромлер.

– Жаль. Я рассчитывал на что-то повкуснее. – В темноте мелькнул вертикальный отблеск – свет на ружейном стволе. – Брент с вами?

Натаниэль уже узнал в караульном Штукаря.

– Его со мной нет. Ушел по какому-то делу с Длинным.

– Наверное, потому вы и не подали особенный сигнал.

– Понятия не имел ни о каком сигнале.

Зашуршали листья, треснула сломанная ветка.

– А почему идете этой дорогой?

– Возвращаюсь из Нуэва-Вида.

– Кочующий город?

– Прошу прощения?

– Вы идете на юг.

– Этот треклятый лес… сбил меня с толку. – Ночь помогла Натаниэлю скрыть смущение.

Чья-то рука легла на плечо, и джентльмен вздрогнул от неожиданности, а повернувшись, разглядел седые волосы и сонные глаза толстяка-негра, стоявшего прямо перед ним.

– Вряд ли вы были бы Щеголем, если б умели самостоятельно прокладывать путь в лесу, – заметил Штукарь.

Эту реплику Натаниэль предпочел оставить без ответа.

– Хорошая новость.

– О, как необычно.

– Я как раз поджариваю рябчика – то, что вам больше всего нравится.

Последние два часа тревоги и волнения приглушили аппетит, но на известие о рябчике желудок отозвался звуками, произвести которые мог бы почтенных лет и нетвердый разумом кот.

– Замечательно. Я так проголодался.

– Тогда давайте перекусим.

Негр повел Натаниэля вниз по склону, через вытоптанную травянистую лужайку к освещенной костром полянке. Рядом с костровой ямой сидел на корточках жилистый индеец, убивший утром ястреба. Одет длинноволосый туземец был в джинсы и жилетку; кровь с рук падала на раскаленные камни, шипела и испарялась, оставляя в воздухе запах меди. Огненные блики играли на блестящей красновато-фиолетовой коже правой руки, глаза пламенели, как драгоценные камни.

– Это Глубокие Озера, – сообщил Натаниэлю Штукарь.

– Я видел его утром.

Чувствуя себя немного неловко в синем костюме, джентльмен обошел костер и остановился перед индейцем.

– Приветствую.

– Добрый вечер, мистер Стромлер, – вежливо, как какой-нибудь благовоспитанный уроженец Северо-Запада, ответил Глубокие Озера.

Джентльмен уже собирался продолжить разговор, но заметил кое-что. У ног индейца лежали мертвая рысь и некое панцирное животное, напоминающее серую капсулу. Ничего подобного видеть собственными глазами Натаниэлю не приходилось, но изображение существа встречалось ему в первом томе энциклопедии, где оно называлось броненосцем.

В свете костра было видно, что черепа животных вскрыты. Глубокие Озера поднял измазанную кровью руку, положил в рот комочек розовато-серого вещества и, не пережевывая, проглотил. Несколько капель крови упали на камни и зашипели. Тошнотворный запах и тошнотворная картина – Натаниэль отвернулся.

Штукарь подошел к костру с дальней стороны, обернул руки влажными тряпками и, ухватившись за железный прут, поднял над огнем ощипанного и посоленного рябчика. Одна половина птицы была полностью готова к употреблению, другая осталась полностью сырой.

Негр наморщил нос и посмотрел в ту сторону, где стояли на привязи лошади.

– Стиви!

Из-за фургона выглянул кривоносый юнец с голой грудью и чем-то блестящим в правой руке.

– Что?

– Ты повернул рябчика мистера Стромлера, как я просил? – Штукарь повернулся к Натаниэлю и прошептал: – Не повернул.

– Повернул, – не моргнув глазом, заявил Стиви.

– Получается, с одной стороны птица огнеупорная?

– Пусть жарится. – Стиви поднес ко рту блестящий предмет.

Негр взглянул на Натаниэля.

– Уже набрался.

– Ничего не имею против, чтобы съесть готовую половину, – заметил Натаниэль.

– Позвольте все же придать ей немного симметрии. – Штукарь наклонился к огню и достал из левого кармана пальто какой-то металлический цилиндр, увенчанный латунной рукояткой. – Здесь одиннадцать специй. И особая соль. – Он покрутил перечницу, и на рябчика просыпались разноцветные пылинки.

– Браво, – похвалил Натаниэль.

– Опа! Щеголь вернулся! – Стиви сделал жест флягой и приложился к ней, словно только что провозгласил тост.

Из темноты за фургоном выступило что-то громадное, что Натаниэль принял поначалу за медведя, но тут же узнал Джона Лоуренса. Крепко сбитый старик неторопливо протопал в направлении костра мимо сына, который, завидев отца, торопливо спрятал флягу.

– Добрый вечер, мистер Плагфорд, – сдерживая дрожь внутри, выговорил Натаниэль.

Под тяжелым лбом главы семейства вспыхнули два красных огонька.

– Не желаешь рябчика? – осведомился Штукарь.

Плагфорд-старший покачал внушительной головой и, достигнув костра, уставился на джентльмена.

– Что там? – Донесшийся из спутанной бороды голос напоминал хрип умирающего.

– Мы с Брентом поговорили с Охосом. Человеком, приславшим письмо. – Плагфорд кивнул. Глаза его смотрели на Натаниэля подобно двум ружейным стволам. – Охос назвал имена двух джентльменов, которые видели ваших дочерей, и…

– Как их зовут? – Старик достал авторучку из нагрудного кармана серого комбинезона и отвинтил колпачок. В огромных пальцах ручка выглядела палочкой от леденца. Стальное перо блеснуло, отразив пламя костра.

Глава семейства снова посмотрел на джентльмена. Натаниэль заколебался.

– Не заставляй папу повторять дважды, – подал голос скрывавшийся за спиной отца Стиви.