Дорога великанов - Марк Дюген

Я встретился с Венди у входа в стоматологию, где она работала. Уже несколько дней у меня страшно болел зуб. Я знал, что это кариес, но денег на лечение у меня не было, а клянчить я не привык. Поэтому я просто взял щипцы и вырвал зуб сам – на заправке около автострады. Минут десять хлестала кровь, потом всё прошло. Позже я убедился в правильности своих действий.

Венди выглядела странно, словно была под кайфом. Она дышала полной грудью и улыбалась во весь рот.

– Эл, мой отец хочет тебя видеть.

Я удивился.

– Он хочет видеть тебя как можно скорее.

– Но мы можем сначала пообедать?

По лицу Венди я понимал, что Диган не собирается обвинять меня в воровстве, хотя мать вполне могла донести: она обожает разделить ненависть ко мне с кем-то посторонним.

– Что происходит, Венди?

– Ничего не могу сказать. Пообедаем – и отправляйся к нему в участок.

– В участок? Ты правда не можешь сказать мне, в чем дело?

– Нет, я обещала ничего не говорить. Но, думаю, тебе стоит накормить меня вкусным обедом.

Мы не мелочились. Я не ел со вчерашнего дня, и мои сто тридцать килограммов требовали пищи. В кафешке с видом на океан мы провели около часа. Моросил дождь. Серое мутное небо и спокойный океан слились в одно целое. На пляже студенты играли в волейбол. Венди снова заговорила со мной о свадьбе.

– Ты хочешь много детей, Эл?

Я не знал, что сказать. Я знал, что высшие силы помешают мне завести детей, даже если у меня возникнет это любопытное желание. Эл Кеннер Третий – последний в своей династии. Это предначертано. Не знаю где и кем, но предначертано.

– Четверо, пятеро.

Раз уж взялся за вранье, можно врать по полной программе.

– Ты серьезно, Эл? При таком раскладе я стану настоящей коровой.

– Тогда назови свою цифру.

– Два. Я хочу двоих: мальчика и девочку. Что ты об этом думаешь?

– Идеально.

Я проводил Венди на работу, а сам, терзаемый сомнениями и любопытством, отправился к Дигану.

Охранник в участке при виде великана струхнул. Он тут же позвонил начальству – удостовериться в том, что меня действительно ждут. Получив подтверждение, он указал мне дорогу пальцем, не поднимая глаз.

В отделе уголовных расследований повсюду стояли столы с грудами бумаг. Я задумался о том, как полицейские управляются с такими тоннами информации каждый день и почему листы не вылетели в окно при первом же порыве ветра. Все парни, которых я встречал в баре «У присяжных», сидели на своих местах. Каждый со мной поздоровался. Не знаю, поприветствовали бы меня с той же охотой или нет, если бы меня не вызвал сам шеф. Даже его зам, считавший меня глупым мечтателем, подошел ко мне и похлопал по плечу. Диган в своем кабинете разговаривал по телефону. Беседа казалась важной, однако он жестом попросил меня присесть.

– Это был мэр, – произнес он, повесив трубку. Затем он пристально и с удовлетворением на меня посмотрел. – Садись. Мы тебя уже целые сутки разыскиваем. Где ты был? Я чуть не объявил тебя пропавшим. Ты плохо выглядишь. Не спишь?

– Я сплю редко, но достаточно.

– Я хотел тебя видеть, потому что у меня есть для тебя работа.

– В полиции?

– Не совсем, но тоже неплохая. Я убедил свою команду в том, что анализ психологии убийцы дается нам с трудом и нужна помощь. Надо сказать, ты сам же всех и убедил.

– Я?

– А ты не в курсе?

– В курсе чего?

– Тебе Венди ничего не сказала?

– Нет.

– Позавчера вечером маньяк попытался напасть на девушку рядом с Пало-Альто[81], но не успел. Отпустил жертву и сбежал на машине. Очевидец запомнил номер, и мы идентифицировали преступника. Это Джефф Макмаллан.

– Я рад за вас, господин Диган, но как это касается меня?

– Этот парень, как ты и предвидел, лечился в психиатрической больнице. Его поместили под надзор врачей после приступа безумия, спровоцированного, видимо, смертью лучшего друга. Психиатры утверждают, что Макмаллан был влюблен в своего друга. Следовательно, он неудовлетворенный гомосексуалист. В больнице ему стало еще хуже. Его лечили от острой шизофрении. Ты был прав и в том, что парень из хорошей семьи, сын людей высоких моральных принципов. После больницы он так и не вернулся к родным.

– Вы его задержали?

– Еще нет. Он пока не появлялся в своей квартире – в прекрасном доме в прибрежном районе неподалеку от Сан-Франциско. Должно быть, скитается. Меня несколько удручает тот факт, что Макмаллан, насколько известно, нигде не работает и непонятно на что живет. Наверняка он парень мобильный и хорошо умеет скрываться. Но мы его всё равно отыщем. И ты нам в этом поможешь. Уже помог.

– Вы нашли убийцу не благодаря мне.

– Но ты предугадал всё. Мне этого достаточно, чтобы предложить тебе работу следователя. Со случаем Макмаллана мы теперь разберемся сами, хотя если у тебя есть соображения, то все будут только рады их услышать. Но, помимо Макмаллана, меня волнуют случаи исчезновения людей в наших краях. Мы должны предоставить семьям пропавших информацию. Лично я считаю, что якобы пропавшие просто сбежали. Макмаллан не прятал тела своих жертв. И, кстати, одна исчезнувшая девушка вчера вернулась домой. Она скиталась в компании какого-то хиппи. Когда ей надоело голосовать на дорогах и есть из мусорных баков, мечта быстренько превратилась в реальность, и девушка возвратилась. Но вчера вечером пропали еще две студентки. Сомневаюсь, что это дело рук Макмаллана: около шестнадцати часов он напал на девушку в Пало-Альто – вряд ли другой рукой он в то же время похищал девушек на территории университета Санта-Крус, где их видели в последний раз. Если ты готов приступить к работе завтра утром, тогда я отведу тебя к родителям этих девушек и передам тебе дело. Ты определишь, могли ли они сбежать по собственной инициативе. Родители имеют собственное представление о своих детях, часто не соответствующее реальности. Порой им кажется, что у них замечательные отношения со своими отпрысками, а на самом деле отпрыски только и думают о том, как выпасть из семейного гнезда. Это феномен времени; не знаю, куда он нас приведет, но мы должны с ним считаться. Что касается зарплаты и прочих бумажек, тебе надо поговорить с Дебби Уотсон. Маленькая миленькая серая мышка, сидит рядом со входной дверью. Такие дела, мой мальчик!