В сетях обмана и любви - Лесия Корнуолл

– Какое столпотворение! – воскликнула Дельфина, когда они с Мэг в карете Фэрли направлялись на бал к герцогине Ричмонд. – Эти солдаты на улицах создают ужасные неудобства. Совершенно невозможно никуда поехать! Наверняка мы опоздаем.

Мэг выглянула в окошко. Мелькали бледные лица, свет факелов вспыхивал на металле мушкетных стволов и штыков.

– Уильям, едва ли сейчас время для парада, – сказала Элинор своему мужу. – Что происходит?

– Ничего, о чем стоило бы беспокоиться, дорогая. Герцогиня Ричмонд спросила лорда Веллингтона: можно ли устроить бал сегодня? Главнокомандующий заверил ее, что никакой опасности нет, а раз он так считает…

– Уилл, – настаивала Элинор, добиваясь правды. – Эти солдаты вышли не на вечернюю прогулку. Они выступили в поход. Я уже восемь лет жена военного.

Полковник посмотрел на Мэг и Дельфину и тяжело вздохнул.

– Сегодня днем мы получили сообщение. Наполеон перешел границу и вторгся в Бельгию.

Дельфина испуганно вскрикнула и зажала рот затянутой в перчатку ладонью.

– Он придет сюда сегодня ночью?

– Успокойтесь. Мы просто приняли предосторожности. Никакой опасности нет. Возможно, пройдет еще некоторое время, прежде чем что-то произойдет. В противном случае разве стал бы Веллингтон танцевать всю ночь напролет? – успокоил ее Фэрли.

Мэг всматривалась в толпу. Она увидела, как один солдат выскочил из строя, чтобы поцеловать свою возлюбленную, как рявкнул на него сержант. «Храни тебя Господь», – пожелала она молодому солдату, надеясь, что и Николас, где бы он ни находился, тоже останется невредим.

Герцог и герцогиня Ричмонд арендовали для своей резиденции в Брюсселе огромный дом фабриканта карет. Бал был устроен в цеху – просторном открытом пространстве, украшенном герцогиней декоративными решетками, цветами и тысячами свечей.

– Послушайте, – сказала Маргарита, когда они поднимались по ступенькам. Стук сапог марширующих, отбивавших такт, придавал мрачный оттенок танцевальной музыке, льющейся из открытых окон.

Дочь герцогини встретила их у дверей.

– Джорджиана, все улицы забиты солдатами. Вам не страшно? – спросила Дельфина.

Джорджиана беззаботно рассмеялась.

– У вас такой вид, будто сам Наполеон сейчас войдет в эти двери и вторгнется на нашу вечеринку. Лорд Веллингтон заверил маму, что нам нечего бояться. Вы когда-нибудь видели столь грандиозный бал? Так много интересных джентльменов! Я собираюсь потанцевать с каждым.

Атмосфера веселья, царившая внутри, составляла резкий контраст с тем, что происходило снаружи. Если кто и был испуган, то не показывал вида. Свет свечей не высвечивал здесь ничего более угрожающего, чем золотые галуны и бриллиантовые ожерелья. Мэг полагала, что ей следовало бы почувствовать облегчение, но сердце ее тревожно сжалось.

– Вы думаете, Темберлей здесь? – спросила Элинор.

Маргарита покачала головой. Ей довелось поговорить с солдатами, которые знали Николаса в Испании. От них она услышала гораздо больше историй, чем рассказал ей Стивен Айвз. Теперь она знала, что храбрый солдат, человек чести и есть настоящий Николас. А повеса, обманщик – неверные, ложные его образы. Если битва неизбежна, значит, муж ее в самом пекле.

Дельфина вложила бокал с шампанским ей в руку, но вкус искрящегося вина отдавал горечью. Джорджиана потянула Дельфину к группе улыбающихся офицеров.

– Вы извините меня, дорогая, – сказал Фэрли и тоже ушел.

Мэг осталась рядом с Элинор, наблюдая, как он пересекает залу.

– Полагаю, он покинул нас, чтобы присоединиться к матронам. Мы последуем за ним. Или вы предпочитаете потанцевать?

– Не думаю, что смогла бы, – ответила Мэг.

Элинор сжала ее руку.

– Я ведь тоже жена солдата. Фэрли – полковник, но он не участвует в активных действиях, с тех пор как унаследовал титул. Николас – герцог. Его не станут подвергать опасности. Если начнется сражение, он останется с Веллингтоном в безопасности.

– Он не такой, – прошептала Мэг. – Он не захочет.

– Посмотрите, – сказала Элинор. – Вот и лорд Веллингтон. Разве он был бы здесь, если бы нам угрожала опасность? Пойдемте, я вас представлю.

Главнокомандующий отвесил поклон, когда дамы приветствовали его. Его темные глаза оценивающе скользнули по Маргарите.

– Ваша светлость, правда, что Наполеон пересек границу? – спросила Элинор.

Веллингтон поднял брови.

– Да, леди Фэрли, слухи подтвердились. Мы выступаем завтра.

– Так скоро? – ахнула Элинор.

У Мэг подогнулись колени. Она прочла правду в глазах Веллингтона. На них надвигалась война.

– Ваша светлость, могу я спросить вас о своем муже? Вы имеете известия о нем? – спросила она главнокомандующего дрожащим голосом.

Веллингтон одобрительно оглядел Маргариту и протянул ей руку.

– Потанцуйте со мной, ваша светлость. – Это был приказ.

Мэг положила ладонь ему на плечо и позволила закружить себя в вальсе.

– Вы имеете представление о том, чем занимается ваш муж, леди?

Она несколько секунд рассматривала галуны на его мундире, медали и ордена на голубой шелковой ленте. Потом подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

– Думаю, да, ваша светлость.

– Тогда вы должны знать, что здесь сегодня присутствуют джентльмены, выполняющие такие задания для врага.

Мэг огляделась вокруг, но герцог сжал ей руку.

– Улыбайтесь, ваша светлость, словно я сказал вам что-то забавное. Не годится создавать впечатление, будто мы хоть немного беспокоимся из-за грядущей битвы.

К ним пробрался молодой офицер и поклонился.

– Ваша светлость, я вынужден вмешаться. Курьер только что прибыл.

Веллингтон склонился к руке Маргариты.

– Извините меня, ваша светлость. Долг зовет. – Он помедлил. – Где бы ни находился майор Темберлей, я молюсь, чтобы он был невредим, как ради вас, так и для блага моей армии.

Главнокомандующий попросил своего адъютанта проводить Мэг назад к Элинор, а сам скрылся в маленькой гостиной и закрыл за собой дверь.

Мгновением позже от Веллингтона вышел офицер и подал знак оркестру прекратить игру.