В сетях обмана и любви - Лесия Корнуолл

По его мнению, место женщин – дома, в Англии, где им следовало терпеливо ждать новостей. Что за амазонка набралась наглости и отправилась на поле сражения? Он предположил, что, если бы она вчера не марала своих рук, ухаживая за простыми ранеными, она вполне могла бы заряжать пушки, с ожесточением и обнаженной грудью.

Он задумался: должен ли он утешать ее, если – когда – они найдут труп Темберлея? Если им вообще удастся его отыскать среди тысяч трупов, распухших на июньской жаре. Если майор Хартли до сих пор не вернулся в Брюссель, он наверняка убит.

Аллен надеялся, что если они найдут его, не окажется, что он умер от ужасных ран, как многие из этих несчастных. Он не был уверен, что сам сможет выдержать столь ужасное зрелище. Его давно уже мутило от всего, что он видел кругом, задыхаясь от жуткого запаха. А герцогиня, похоже, стойко терпела все это. Аллена так и подмывало повернуть повозку назад, хочет того герцогиня или нет.

Она снова и снова выкрикивала имя своего мужа, когда люди с пустыми глазами ковыляли мимо. Но они были слишком изнурены, слишком потрясены, чтобы заботиться о судьбе других.

Когда коляска приблизилась к месту сражения, смрад усилился. Аллен вытер лицо носовым платком с монограммой.

– Прошло уже несколько часов, ваша светлость. Думаю, нам лучше вернуться в Брюссель. Я наведу для вас необходимые справки.

Капитан содрогнулся, когда им встретилась повозка, полная несчастных, стонущих от боли. Он закрыл глаза, не в силах больше выносить вид искалеченных тел, и, перегнувшись через борт коляски, опорожнил желудок.

Мэг протянула ему фляжку с водой и свой носовой платок.

– Можно нам положить этого человека в вашу коляску, мисс? – спросил чей-то голос.

Три оборванных солдата загородили им дорогу.

– Какая наглость! Какого черта вы решили… – начал Аллен, но Мэг положила ладонь на его руку, заставляя молчать.

– Это наш сержант. Вчера он храбро сражался, – продолжал солдат, обращаясь теперь к ней. – Не найдется ли у вас хотя бы глотка воды?

– Сейчас же уйдите с дороги! – закричал капитан.

Оборванец перевел неприязненный взгляд на него.

– Мы вежливо попросили, сэр. Мы идем с самого утра. У нас нет ни пищи, ни воды. Если вы и ваша подружка хотите поглазеть, тогда, может, это вам следует идти пешком, а не нам, которые сражались и умирали.

Аллен потянулся за пистолетом, но герцогиня уже вылезала из коляски.

– Вы не можете… – начал он, но она уже достала корзинку из-под сиденья.

– У меня тут хлеб и вода, немного вина и бинты.

Солдаты набросились на хлеб и воду, как голодные псы.

– Я ищу Николаса Хартли. Вы его видели?

– Он из Королевских драгун, – добавил капитан Аллен. – Я настаиваю, чтобы вы вернулись в коляску, ваша светлость.

Мэг проигнорировала чопорного капитана и продолжала с надеждой смотреть на солдата. Гнев в его глазах сменился настороженным любопытством.

– Я не видел драгун, когда мы сражались, – произнес он хрипло, но вежливо.

– Положите вашего сержанта в коляску… – Маргарита ждала, что солдат назовет свое имя.

Он некоторое время с подозрением смотрел на капитана, но потом ответил:

– Рядовой Алфред Коллинз. Пятьдесят второй пехотный.

– Вы не можете отдавать приказы, ваша светлость! – сказал Аллен, когда они поднимали стонущего сержанта в коляску.

Мэг, помогавшая им, бросила на него презрительный взгляд.

Аллен отодвинул ноги, чтобы солдаты не задели.

– Мои сапоги ручной работы, а эти оборванцы ничем не лучше нищих. Что если ваш муж нуждается в этой пище или в этих бинтах?

– Если бы герцог был здесь, он настоял бы на том, чтобы отдать все этим людям, – сказал Маргарита. – А что касается приказов, я значительно выше вас по положению, капитан. И не только в социальном отношении, но и потому, что я здесь с благословения полковника Мелтона. Вы доставите этих людей в Брюссель и препоручите заботам майора Рамзи, хирурга. Вам ясно? Я продолжу свои поиски пешком.

Она увидела, как он побледнел под ее напором, и почувствовала, что в ее сердце родилась надежда. Рядовой Коллинз ухмыльнулся.

– Ваша светлость, вы не можете пойти одна! – возразил Аллен, выглядевший теперь не таким надменным.

– Я пойду с ней, – заявил Коллинз.

– Едва ли вы достойны сопровождать герцогиню, – насмешливо фыркнул Аллен.

Мэг сжала кулак, готовая двинуть им в его самодовольное лицо.

– Довольно уже крови и схваток. Я устала от людей, указывающих мне, что я могу делать, а что нет! Я буду искать своего мужа. Вы слышите, капитан Аллен? И когда я найду его, больше не будет обмана, мести или недоверия!

Капитан был явно озадачен. Мэг не стала дожидаться ответа, повернулась и направилась вперед по дороге к полю битвы.

Рядовой Коллинз выкрикивал имя Николаса и название его полка возле каждой проезжающей мимо повозки, но никто так и не отзывался.

В тени под деревьями среди изрешеченной пулями листвы сновали неясные фигуры.

– Деревенские женщины раздевают мертвецов, – прошептал Коллинз, подступая к Мэг ближе с мушкетом наготове.

Солдат сердито смотрел на крестьянок, но ничего не делал, чтобы их остановить. А те нагло обшаривали ранцы и карманы, снимали сапоги и одежду, забирали оружие, не обращая внимания на проклятия и угрозы живых. С подозрением поглядывая на Мэг, подошедшую ближе, они продолжали сидеть на корточках, не отнимая рук от лежавшего между ними мертвого тела, словно угрюмые гробовщики.

Когда крестьянки отстранились, перешептываясь между собой, Маргарита увидела темные волосы, разметавшиеся по земле. Мужчина лежал лицом вниз, раскинув длинные руки и ноги. Его красный мундир потемнел от крови, и земля под ним была пропитана кровью. Три женщины пытались перевернуть его, стянуть с него мундир.

Мэг увидела синий кант и золотой галун королевских драгун. Она почувствовала, что ей нечем дышать.

– Нет! – Страх собрался в тугой комок у нее в груди и громким криком вырвался из горла.

Женщины испуганно перекрестились, когда она бросилась к ним, и поспешно оставили жертву, убегая и натыкаясь друг на друга. Сбившись в кучку под деревом, они пронзительно завизжали, когда она упала на колени перед убитым.

– Николас! – выкрикнула Мэг и вцепилась в драгуна, но он был холодным, жизнь уже покинула его.

Она ощупала его тело, пытаясь отыскать раны, надеясь, что ей каким-то образом удастся отогнать смерть, вернуть его к жизни. Перевязывая, казалось бы, безнадежных раненых, она видела, как они оживали. Почему не может произойти еще одно чудо?!

– Ты не можешь умереть! Я люблю тебя! – рыдая, повторяла Маргарита снова и снова. Слезы ее падали ему на волосы, сверкая на солнце.