Лорд и своевольная модистка - Луиза Аллен

— Ах, Нелл! — Его глаза стали почти черными. Он не сводил с нее взгляда; она задвигалась в унисон с ним, отвечая ему и загораясь сама. Стоны рвались с ее губ. Она чувствовала, как взлетает все выше и выше. Наконец, вокруг все закружилось, и она громко вскрикнула, не отрываясь от него, и почувствовала, как он дрожит и внезапно отстраняется. Ее окружила тьма, в которой остался лишь его голос: — Нелл, о господи, Нелл…

Нелл проснулась и почувствовала рядом его большое горячее тело. Смутившись, она зажмурилась, не желая пробуждаться от восхитительного сна. Она видела Марка. Марка… Она забылась, позволила себе думать о нем так, мечтать, как он берет ее, любит ее.

Она поняла, что не одна. У нее перехватило дыхание. Она поморгала, стараясь сосредоточиться.

— Щекотно! Нелл, у тебя неприлично длинные ресницы.

— Марк?!

— А ты ожидала найти здесь кого-то другого? — скорее весело, чем обиженно, спросил он у самого ее уха.

— Я думала, ты мне приснился.

Нелл приподнялась на локте и посмотрела на него. Лампы еще горели, и в их свете она увидела, что он лежит на спине, расслабленный, как большой кот, волосы разметались по подушке, одна рука запрокинута за голову, а на бедра накинута простыня, как будто скульптор попытался придать своему творению немного благопристойности.

— Я здесь, я настоящий, из плоти и крови, — возразил он, смеясь над ней.

— Да… безусловно, — лукаво сказала она, просовывая руку под простыню. Потом ее проворные пальчики отыскали то, что нужно, и он, мгновенно возбудившись, ахнул.

— Нелл, ты ведешь себя неприлично. Неужели не понимаешь, что я устал? — Марк пытался говорить серьезно, но это вышло у него крайне неубедительно.

— Вот теперь я понимаю, что проснулась! — Она надула губки, и он невольно рассмеялся. — Что же нам делать?

— Тебе тоже придется поработать. — Он немного подвинулся и лег на спину, наблюдая за ней из-под полусомкнутых век. — Нелл, садись на меня верхом!

Его предложение чрезвычайно возбудило ее. Откинув простыню, она оседлала его. Он застонал. Нелл почувствовала себя очень сильной и властной. Она опускалась все ниже, уперевшись ладонями ему в грудь. Повинуясь инстинкту, она провела кончиками пальцев по его затвердевшим соскам. Он вошел в нее до самого конца.

Оказалось, она может сжимать и расслаблять некоторые мышцы, о существовании которых даже не подозревала; ее опыты снова заставили его застонать.

— Нелл, прекрати меня мучить! — Правда, его голос противоречил словам: он наслаждался близостью.

Не в силах больше сдерживаться, Нелл стала двигаться — сначала медленно, потом все быстрее, заводя их обоих все больше, больше. Наконец, он крепко сжал ее бедра руками и, когда увидел, что она охвачена вихрем удовольствия, перевернул ее и оказался сверху. Ее стон удовольствия соединился с его ликующим криком, и мир вокруг снова рассыпался звездными сполохами.

В следующий раз, проснувшись, она сразу поняла, где она и с кем, и вспомнила все, что случилось с тех пор, как она открыла дверь и нашла за ней Марка. Его руки теперь гладили ее тело, ощупывая живот, ребра, играя с ее грудями.

— Марк! Ты здесь? — Крик сопровождался громким стуком в дверь.

Нелл вскрикнула и открыла глаза. Маркус отбросил простыню и выскочил из постели, совершенно голый. Он подбежал к двери и отпер ее.

— Какого черта?

При виде Хэла Нелл поспешно накрылась одеялом. На его куртке таял снег; он ворвался в комнату следом за Маркусом.

— Мы почти поймали его! Один из егерей увидел его за конюшней. Он ведет не в лес, а к дороге на Эйлсбери! Следы очень четкие; надо гнаться за ним, пока их не занесло снегом. Одевайся… нельзя же пускаться в погоню совершенно голым…

Нелл услышала приглушенный звук и поняла, что старший брат ударил Хэла, кажется в ухо.

— Ладно, найди ружья, а я сейчас спущусь, — проворчал Маркус. — Черт побери, неужели тебе совсем не хватает такта? Здесь спальня дамы, а не казарма!

— Да, конечно. Просто тебя не оказалось в твоей комнате, и я решил…

— Хэл!

— Извините, Нелл. — Дверь мягко закрылась.

Нелл осторожно опустила простыню. Маркус натягивал бриджи и выглядел замечательно бодрым.

— Теперь тебе придется выйти за меня замуж.

— Чушь! Вряд ли Хэл будет сплетничать. — Нелл вылезла из постели, искоса взглянув на часы — начало седьмого, — и начала подбирать разбросанную по полу одежду. Она выпрямилась и увидела, что Маркус смотрит на нее с выражением, от которого у нее мурашки побежали по спине. — Прекрати! — потребовала она, поспешно надевая ночную сорочку.

— А ты не наклоняйся, когда на тебе ничего нет, если не хочешь замучить меня до смерти, — негромко ответил он, собирая свою одежду. — Как-то не верится, чтобы наш друг был настолько глуп, чтобы его видели здесь при свете, а затем оставил четкие следы… должно быть, он в отчаянии!

— О боже! — Нелл села на край кровати.

Салтертон сказал ей: «Я дам тебе знать». Он приготовил ловушку! И теперь она должна идти к нему, еще теплая после Марка, и обманывать любимого, пока они с Хэлом будут преследовать их врага по ложному следу.

— Марк…

— Не волнуйся. Мы найдем его и разберемся с ним. А потом, Нелл, я вернусь, и мы обо всем серьезно поговорим. — Голос его был решительным, и нежность, когда он на прощание погладил ее по щеке, заставила ее проглотить слезы. Его настроение изменится, когда он поймет, что она сделала, несмотря на все уверения, что он может ей верить.

— Будь осторожен, — сказала она, на миг накрывая его руку своей. — И возвращайся целым и невредимым.

Утешало ее только одно: он действительно вернется целым и невредимым. Опасность грозит ей, а не ему. Она должна убедить Салтертона в том, чтобы тот прекратил их преследовать. Виновен ее отец или нет, она — единственная представительница семьи Уордейл, которая расплатится за прошлое. Нелл оделась потеплее. Лишь бы Маркус понял, что она действовала из лучших побуждений! А даже если не поймет… какая разница? Выйти за него она все равно не может. Эта мысль почему-то не утешала ее.