Все, что мы оставили позади - Кэрри Лонсдейл

Кушетка рядом со мной прогнулась.

– Вряд ли ты его сломал.

Мозг, наконец, пришел в себя и связал голос рядом со мной с Томасом.

– Да пош-шел ты! – Ладонь приглушила слова.

– Я не собирался так надолго задерживаться. Я уже уходил, когда ты вошел внутрь.

– Что случилось? – Боль разрывала голову, и я крепко зажмурился. Я все еще видел слепящий свет, когда закрывал глаза. Его форма и интенсивность отпечатались на моей роговице.

– Ты включил фонарь, споткнулся о веревку и упал на пол. Ты свалился тяжелее, чем стальная балка, которую уронил подъемный кран. Напугал меня до смерти. – Томас неискренне хохотнул.

Я поднял голову и огляделся:

– А где все?

Он странно посмотрел на меня:

– Кто?

– Другие люди, которые здесь были.

Он медленно покачал головой.

– Здесь никого нет, кроме нас.

– Я слышал голоса…

Губы Томаса изогнулись, и я закрыл рот. Я точно знал, как я выгляжу. Как сумасшедший.

– Как самочувствие?

Он еще спрашивает, этот брат-змей, сидевший рядом со мной. Я не поверил ни единому его слову, но я был не в состоянии спорить.

Он хлопнул меня по плечу:

– Давай отвезу тебя в гостиницу.

Я медленно встал и тут же потерял равновесие. Томас схватил меня выше локтя, но я стряхнул его руку.

– Не прикасайся ко мне. – Я сделал первый шаг по направлению к двери. – Просто… оставь меня… в покое… черт подери.

Томас поднял обе руки:

– Разумеется, брат.

* * *

Томас высадил меня возле отеля, не повторив свое приглашение посетить дом, в котором мы выросли, или проверить наследство, которое нам оставили родители. Но ему хотелось поговорить, и он предложил угостить меня коктейлем в баре.

А мне хотелось выпить три таблетки аспирина, принять душ и позвонить Нат.

Я больше не спрашивал Томаса о тех людях, которые были – в этом я мог поклясться – вместе с нами на складе. И чем дальше мы отъезжали, тем больше меня занимало то, что произошло. Окутанный густым туманом мигрени, инцидент все больше тускнел.

Томас остановился перед входом в гостиницу, и я выбрался из машины. Он открыл багажник, и служащий вытащил мой багаж.

– Карлос! – Томас перегнулся через переднее сиденье и протянул мне свою визитную карточку. – Позвони, если я тебе понадоблюсь или у тебя появятся вопросы, – сказал он так, словно только что продал мне полис страхования жизни.

Возможно, так оно и было. Что-то произошло на складе, и я пережил это без потерь. Я остался Карлосом.

Лицо Томаса стало серьезным:

– Я скучал по тебе.

– Ага, конечно, – пробормотал я и захлопнул дверцу. Томас отъехал, а я выбросил его визитку в урну.

В номере я сунул багаж и ручную кладь в узкий шкаф размером с пенал, проглотил без воды три таблетки аспирина и принял душ. Обжигающая вода намочила мне волосы, забарабанила по плечам. Я смотрел, как она стекает по мышцам живота, собираясь в ручейки в промежности и на бедрах. Вода кружилась в сливном отверстии, унося в канализацию дневной груз пыли после путешествия. Вена в голове пульсировала, и я заскрипел зубами. Что, черт подери, случилось сегодня?

Каждый раз, когда я думал о складе и пытался вспомнить голоса, шептавшиеся вокруг меня, слова не поддавались расшифровке, а малый в моем черепе снова начинал стучать молотком. Я прижал кончики пальцев к уголкам глаз, мучимый желанием вырвать их из глазниц, чтобы снизить давление.

Я выключил воду, вытер полотенцем уставшее тело. Душ и аспирин не помогли. Я чувствовал себя дерьмово.

Обернув полотенце вокруг талии, я уселся на край кровати и позвонил Нат. Звонок сразу переключился на голосовую почту. Я сбросил звонок и через несколько секунд позвонил еще раз. На этот раз я оставил сообщение: «Безумный день. Я в порядке. Расскажу обо всем позже, сейчас очень хочу спать. Люблю тебя».

Я завершил звонок, послал короткое сообщение с номером моей комнаты, раз уж я обещал, и бросил телефон на тумбочку у кровати. Он перелетел через нее и упал на пол, но мне было наплевать. Я слишком устал.

Со стоном я откинулся на подушки. Веки опустились, и я проспал всю ночь и большую часть следующего дня.