Все, что мы оставили позади - Кэрри Лонсдейл

Настоящее время

31 июля

Ханалеи, Кауаи, Гавайи

Джеймс наполнил еще одно ведерко и перевернул его, потом медленно снял ведро, чтобы мокрый песок сохранил форму.

– Еще одно вот сюда, papá. – Марк указал на дальний угол замка, который они строили вместе.

– Держи, сынок. – Джеймс насыпал песок в ведерко сына.

Когда они построили вторую башню, Джеймс вытянул шею и поглядел в океан, где Наталия и Джулиан занимались сёрфингом. Из-за далекого шторма волны были высокими. Идеально для сёрфинга, сказал Джулиан.

Вероятно, это последняя возможность заняться сёрфингом в этом сезоне. Они прожили у Наталии больше месяца. Благодаря хорошему спросу на недвижимость в Силиконовой долине, дом в Лос-Гатосе продали быстро, причем за куда более высокую цену, чем просил Джеймс. Пора бы начать искать кондоминиум, но ему было так приятно жить у Наталии. Джеймс еще несколько недель назад перенес свои вещи в ее комнату, и она хотела, чтобы они переехали к ней насовсем. Им нужно было сделать следующий шаг в своих отношениях, и Джеймс хотел сделать это поскорее. Потому что мысли о будущем с Наталией согревали ему сердце и вызывали боль – приятную боль.

Обустройство галереи должно было начаться через несколько недель. Завтра мальчики отправятся в школу. Вскоре их время во второй половине дня будет занято не играми на пляже и сёрфингом, а домашними заданиями и футбольными тренировками. Даже Марк, который шел в первый класс, проявил интерес к футболу.

Джеймс глубоко вдохнул океанский воздух. За короткий промежуток времени он сменил имя, знакомых, дом, страну, но стиль жизни его детей остался прежним. Они вернулись к привычному распорядку, и это его вполне устраивало.

Джулиан и Наталия заработали руками, направляясь к самому опасному участку приближающейся волны. Вода вздыбилась под ними, и они синхронно вскочили на ноги и направили свои доски вниз, по внешней стороне вздыбившейся волны. Джеймс встал, чтобы посмотреть. Он затаил дыхание. Наталия однажды сказала о сёрфинге, что это лучшие ощущения на свете. Если не считать секса, разумеется. Это все равно что оказаться на вершине мира и стать частью океана одновременно.

– Это ваша жена?

Джеймс посмотрел вниз и с удивлением увидел стоящую рядом с ним миниатюрную женщину. Ее летнее платье из белого хлопка развевалось на ветру, танцевало вокруг щиколоток. Она придерживала рукой широкополую шляпу, чтобы ее не унесло ветром. Большие круглые солнцезащитные очки в белой оправе защищали глаза от послеполуденного солнца. Платиновые волосы развевались вокруг лица. Женщина улыбнулась, и Джеймс почувствовал, что улыбается в ответ.

– Пока нет. – Он снова повернулся к океану. – Может быть, когда-нибудь.

И от этой мысли стало тревожно, тепло и спокойно одновременно.

Джеймс подумал о письме, которое ему написал Карлос. Его слова часто возвращались совершенно неожиданно, ненавязчиво напоминая о том, какая благословенная у него сейчас жизнь. Карлос пожелал, чтобы он смог вернуться в объятия Наталии. И Джеймс сделал это. А еще он наслаждался тем, что снова влюблялся в нее.

– Кажется, вы умеете видеть будущее, – поддразнила его женщина.

– Намного лучше, чем собственное прошлое, – пошутил он, не ожидая, что незнакомка его поймет.

– Я знаю, как помочь людям заново вспомнить прошлое.

По спине Джеймса пробежал холодок, слегка выбив его из колеи.

– Кто вы? Психолог? – Он знал, что нуждается в лечении, но неужели это настолько очевидно?

Губы женщины тронула загадочная улыбка.

– Я – друг.

– Бабушка! Я нашла краба. Иди, посмотри!

Женщина в шляпе улыбнулась.

– Это моя внучка. – Она кивком указала на маленькую девочку, возившуюся там, где прибой целовал песчаный берег. Малышка снова помахала бабушке рукой.

– Иду, – откликнулась она и сунула руку в боковой карман. – Думаю, вы знаете человека, которому это может пригодиться, Джеймс. Он меня искал. – Женщина протянула ему визитную карточку лицевой стороной вниз.

Джеймс напрягся при звуке собственного имени и посмотрел вслед женщине, которая присоединилась к своей внучке. Нахмурившись, он перевернул карточку.