Разрушенная - Рэйчел Ван Дайкен

Пока я дошла до кухни, успела дважды заблудиться. Сначала повернула налево, хотя надо было направо, а во второй раз слишком отвлеклась на семейные фотографии Митчелсов, которые висели на лестнице. На одной из них рядом с Уэстоном стоял его брат. Они выглядели практически как близнецы.

У меня сжалось сердце, когда я на секунду задумалась о том, какая трагедия – потерять такого близкого человека, как брат, потому что тот принял решение уйти из жизни. Наверно, после этого до конца своих дней вспоминаешь каждый разговор и жалеешь о каждом упущенном моменте, когда ты мог сказать что-то такое, что повлияло бы на это решение.

Я поежилась и спустилась по лестнице не в ту сторону, и в итоге пришла к главной спальне.

Вот незадача. Я вернулась обратно, спустилась по другому пролету и, наконец, оказалась там, где надо. По крайней мере, я пришла к этому выводу, когда учуяла манящий аромат корицы, который шел из кухни. Да, наверно, я бы все-таки смогла привыкнуть к тому образу жизни, которой ведет Уэс. Вставать по утрам и завтракать свежеиспеченными булочками с корицей, после того как крепко выспишься в собственном доме на огромной огороженной территории. Ох, жизнь может быть такой тяжелой! А этот парень и понятия не имеет, какой он счастливчик.

С кухни послышался смех.

Открывая дверь, я специально громко кашлянула – мне не хотелось прерывать чужой разговор. Уэс стоял у «островка» вместе с Мелдой. Они покрывали глазурью булочки и весело болтали о чем-то своем.

Кухня была просто завалена едой. Куда бы я ни посмотрела, гранитные столешницы были заставлены контейнерами, тарелками, столовым серебром, соусниками, салатницами. Неужели в День благодарения запланировал прием с множеством гостей?

– Кирстен! – Уэс поманил меня пальцем. – Иди сюда.

Улыбнувшись ему, я прошла через кухню и встала рядом. Он поднес палец, весь облитый глазурью, к моим губам и прошептал:

– Открой.

Я была явно не в том состоянии, чтобы отказываться. Желудок уже чуть ли не сводило от голода, так что я послушно открыла рот. Парень обмазал мне глазурью губы, а я слизала ее и, когда закончила, даже облизала его палец,

Уэс вынул палец у меня изо рта, глаза его потемнели, и наши губы слились. Я услышала, как кто-то поперхнулся, но это волновало меня меньше всего на свете, потому что губы Уэса были плотно прижаты к моим. На них ощущался вкус сладкого кофе, и я готова была многое отдать, чтобы просыпаться каждое утро и есть такую вкуснятину.

– Кхм, – повторила Мелда.

Мы мгновенно отпрянули друг от друга. Я моментально ощутила, как мое лицо заливается краской. Уэс прикусил нижнюю губу и с совершенно невинным видом посмотрел на Мелду.

– Извини, Кирстен так неаккуратно ест, что мне пришлось помочь ей избавиться от пятен.

– Так вот как в наши дни молодежь это называет, – подняла брови Мелда. Она размешала оставшуюся глазурь, вылила на оставшиеся булочки и обратилась ко мне: – А теперь слушай, детка: в День благодарения я требую соблюдения одного-единственного правило.

– Какого? – спросила я, приступая к уничтожению первой булочки.

– Держитесь подальше от кухни. – Женщина улыбнулась, и вокруг ее глаз собрались морщинки. – Уэс в детстве обожал прятаться в кухонных шкафах и пугать меня. В прошлом году он решил вспомнить детство, и в результате я перевернула блюдо с индейкой прямо на пол. – Мелда всплеснула руками, веселые морщинки исчезли.

– Какая печальная безвременная смерть настигла эту птичку. – Уэс покачал головой и приобнял Мелду. – Обещаю, в этом году буду вести себя очень хорошо.

– Ты. – Палец Мелды уперся в его грудь – кажется, женщина уже забыла о том, как только что расстраивалась. – Найди себе дело как можно дальше отсюда. Если понадобится помощь, я тебя позову, но до этого момента постарайся занять себя чем-нибудь другим.

Уэс перевел взгляд с Мелды на меня.

– Хм-м, кажется, я уже нашел, чем себя основательно занять.

Естественно, этим чем-то была я. Парень протянул мне руку, и я схватилась за нее, как за спасательный круг.

Мелда покачала головой и вручила Уэсу огромное блюдо, полное коричных булочек.

– Вот, держи. Почему бы вам не пойти в комнату для завтрака, чтобы выпить сока и съесть что-нибудь сытное. Я уже накрыла для вас, чтобы повода вернуться на кухню не возникло.

– А Мелда действительно все предусмотрела, – засмеялась я.

– День благодарения – ее любимый праздник. И она очень не хочет, чтобы я все испортил. – Уэс привел меня в другую просторную комнату, но не ту, где мы ужинали вчера вечером. – А вот и комната для завтрака.