Разрушенная - Рэйчел Ван Дайкен

Я посмотрел на телефон. Прошел уже целый час. Я думал, к этому времени Гейб уже будет колотить в мою дверь с твердым намерением наорать на меня или мнекинуть в лицо чем-нибудь тяжелым.

Или как минимум пришлет злобное сообщение о том, что я не держу обещания.

В дверь постучали. С широкой улыбкой на лице я открыл ее, ожидая, что в следующую секунду увесистый кулак прилетит прямо мне в челюсть. Однако на пороге маячили фигуры Джеймса и Дэвида.

П-ф. Лучше бы это был кулак.

– Как проходит твой день? – спросил Джеймс механическим голосом, какой бывает у роботов: одновременно и смешным, и противным.

– Просто замечательно. Теперь мне есть с кем пойти на Хоумкаминг. – Я сел на кровать и пристально посмотрел на них обоих.

– Насколько я помню, ты никогда не был обделен женским вниманием, – усмехнулся Дэвид.

– Не был, – бросил я на Дэвида сердитый взгляд. – Но это особенная девушка.

Джеймс переминался с ноги на ногу.

– Я не хочу сыпать тебе соль на раны, но…

– Тогда даже не начинай.

– Но… – продолжил Джеймс, – тебе не кажется, что приводить в свою жизнь девушку на этой стадии – это не самая лучшая идея? Ты отказался от всех анализов и тестов до самого дня операции. Ты понятия не имеешь, что происходит с твоим телом, и собираешься втянуть во все это ни в чем не повинную девчушку?

– Знаешь, – я так сильно сцепил зубы, что, наверно, мог бы раскусить камень, – не лезь не в свое дело. Тебя это не касается.

– Это мое дело. – Дэвид склонил голову набок. – Твой отец нанял меня, чтобы я следил за твоим состоянием, и психическим в том числе. Так что я буду и твоим личным психологом, если потребуется.

– Отец нанял тебя, потому что не хочет, чтобы я пошел по кривой дорожке и в конечном счете покончил с собой, как мой брат. Ты мне не психотерапевт, не хирург, и уж тем более не друг. Я буду делать то, что считаю нужным. С твоего разрешения или без него.

Дэвид глубоко вздохнул.

– Уэс…

– Что тебе еще от меня нужно? – перебил его я.

Дэвид выругался и вытащил свой блокнот.

– Все что мне нужно от тебя сейчас, это записать, как ты себя чувствуешь сегодня. Ты это и сам прекрасно знаешь. Ты принимаешь лекарства, которые стоят целое состояние и еще не были протестированы FDA^[9], поэтому мы обязаны все детали записывать. Может, я тебе и не доктор, но я твой друг, и я присматриваю за тобой с тех пор, как ты впервые взял в руки футбольный мяч, так что, ради бога, просто скажи мне, как ты себя чувствуешь.

Да, давно я себя не чувствовал таким виноватым. Дэвид был прав. Он был со мной на протяжении всего этого кошмара. И только благодаря ему я мирился с постоянным присутствием Джеймса. Дэвид был для меня практически членом семьи, а я так дерьмово к нему относился.

– Прости меня, – ответил я очень тихо, потому что эмоции переполняли меня настолько, что сложно было сохранять невозмутимый вид и говорить спокойно.

Я сделал глубокий вдох и начал подробный рассказ обо всем, что со мной творилось.

– Я начинаю плохо чувствовать правую ногу, она часто немеет. Не знаю, может, это потому что меня часто на тренировках сбивают с ног, а может, и из-за новых таблеток. Меня тошнит каждое утро, зато боли в груди стали не такими сильными, как раньше, и ночные кошмары потихоньку проходят. Я не чувствую себя подавленным, но не могу не думать о том, что на этом чертовом таймере в руках у бога постоянно тикают секунды и он только и ждет, когда таймер наконец зазвонит, и это будет конец.