Разрушенная - Рэйчел Ван Дайкен

– Я нормально выгляжу? Только честно! – спросила я в двадцатый раз.

Гейб хлопнул ладонью по лбу и выругался.

– Да расслабься ты уже наконец! Блин, да я уже готов прямо сейчас дать тебе выпить чего-нибудь горячительного, чтоб ты успокоилась. Сядь. Ты готова.

Я усмехнулась.

С невозмутимым лицом Гейб гладил мою белую рубашку.

– Знаешь, я заберу это с собой в могилу.

– Что? Белую рубашку? – с невинным видом поинтересовалась я.

– Нет, – он закатил глаза и выключил утюг. – Мои навыки Марты Стюарт^[7].

– Она еще и шить умела, – объявила Лиза, материализовавшись в дверном проеме и покачивая ниткой бус прямо у меня перед лицом. – И могу поспорить, если ты попросишь его связать тебе свитер, к Рождеству он будет лежать под елкой, аккуратно завернутый в подарочную бумагу.

– Спасибо, сестренка. – Гейб щелкнул Лизу по лбу и швырнул в меня рубашкой.

– Эй! – Мне все-таки удалось поймать ее на лету. – Ты же не хочешь, чтоб все твои труды оказались напрасными!

– Мне определенно нужно больше общаться с парнями, – промямлил Гейб, устраиваясь на диване. Он закрыл лицо руками и вздохнул.

Лиза опешила.

– Вообще-то это меня оскорбляет. Это я твой лучший друг.

Гейб сощурился.

– Знаешь, если мой лучший друг – это младшая двоюродная сестра, то я неудачник.

– Ну Гейб! – Лиза прижала руки к груди. – Это самое приятное, что ты мне когда-либо говорил.

– Ага, – простонал Гейб, складывая на груди руки и откидываясь на подушки. – А теперь мне нужно покурить.

– Ты же бросил, – пропела Лиза.

– Окей, тогда налей мне выпить.

– И говорил, что больше не пьешь.

У Гейба было такое взбешенное выражение лица, что я не выдержала и захихикала. Парень поднялся на ноги и пошел на кухню. Было слышно, как он открыл воду и потом как выругался.

– Не обращай на него внимания, – кивнула Лиза в его сторону. – Он и вполовину не обиделся так, как изображает, уж поверь мне.

– Вранье! – послышался вопль из кухни.

– А теперь… – Лиза показала на мою футболку, – раздевайся. Он так старался, когда гладил ее, а я хочу посмотреть, как она будет смотреться с юбкой.

– Не-а, – я отрицательно замотала головой. – Гейб на кухне, в двух шагах отсюда. Я пойду переодеваться к себе в комнату.

– Представь, что это твой друг-гей. Обещаю, он смотреть не будет. – И Лиза утвердительно затрясла головой.

С кухни послышалась новая порция ругательств. Бедный-бедный Гейб.

– Так уж и быть. – Я быстренько стянула с себя футболку и набросила рубашку, которую мне протягивала заботливая Лиза, а потом застегнула пуговицы и выпрямилась, чтоб она смогла оценить результат.

На мне была довольно милая обтягивающая мини-юбочка в коричнево-белую полоску и белая блузка на пуговицах, слегка натянувшаяся на груди. Мне казалось, что это будет выглядеть просто отвратительно, но по сияющей физиономии Лизы поняла, что ошибалась.

– Ого! – присвистнул Гейб, стоя у меня за спиной.

Я повернулась к нему.

Он тоже улыбался.

– Да, и, между прочим, никакой я не гей, и очень внимательно смотрел! – Перед тем, как сказать «смотрел», парень так громко щелкнул зубами, что я даже отпрыгнула назад.

– Гейб, перестань пугать ее! – пожурила его Лиза. – А теперь, Кирстен, надевай бусы и туфли на каблуках, и будешь готова.

Я сделала все, что она сказала, встала напротив них и медленно повернулась вокруг своей оси, чтобы мои советчики могли посмотреть, что получилось.

Гейб наклонился вперед, и, опершись руками на колени, встал.

– Не пойдет. Переодевайся.

– Что? Почему? – У меня внутри все упало. – Разве я так плохо выгляжу?

– Лиза, ты что, хочешь, чтобы ее затащили в постель прямо сегодня? – Он покачал головой и обошел меня с таким видом, как тигр обходит свою загнанную жертву.

– На ней ведь даже не короткий топик, а рубашка, застегнутая на все пуговицы до самого верха! – Лиза продолжала стоять на своем.

– Именно, – почти что прорычал Гейб. Прежде чем я успела понять, что собственно происходит, он обнял меня сзади и просунул два пальца между пуговицами, чтоб дотронуться до моей груди. – И весь долгий вечер Митчелс будет только и думать о том, за сколько секунд ему удастся расстегнуть все эти пуговицы.

Лиза закатила глаза. А я так и продолжала стоять, застыв на месте.

– Он захочет прикоснуться к ее ногам, а потом захочет…

– Гейб! – Лиза вскочила и быстрым шагом подошла к нам. – Ты вообще сейчас о нем говоришь? Или о себе?

– Я не хочу, чтоб ее затащили в кровать! – практически завопил он.

– Эй, я вообще-то все еще здесь, – заметила я.

Гейб прошагал в противоположный от меня угол комнаты.

– Нет, я говорю о нем. Что, если он начнет к ней приставать? И если она вдруг не сможет вовремя найти свисток, и…

– Из тебя получится такой замечательный отец! – заявила Лиза. – А теперь отпусти девочку в свободное плаванье. Скажи ей, что она отлично выглядит, и пусть идет.

– Спасибо! – Я медленно, постукивая каблуками, подошла к Гейбу и чмокнула в щеку. – Это правда очень важно для меня!

– Лиза, – взволнованным голосом проговорил Гейб, – пожалуйста, дай нам минутку.

– Но…

– Я сказал, нам с Кирстен нужно поговорить.

– Ладно. – Она протопала в свою комнату, оставляя нас с Гейбом наедине.

– Ты знаешь, как правильно бить мальчиков? – спросил он, взяв меня за запястья. – Если я прижму тебя к себе и откажусь отпускать, ты знаешь, как, куда и чем нужно ударить?

Я резко подняла колено, но не до конца, чтоб не ударить на самом деле, и Гейб с довольной улыбкой отступил назад.

– Умница.

– Что-нибудь еще, папочка? – подмигнула ему я.

Он опять издал глухой звук, похожий на сдавленный рык, и снова притянул меня к себе.

– Если только он попытается дотронуться до тебя, если сделает хоть что-то, чего ты не хочешь, сразу же бери в руки чертов свисток и дуй в него, а лучше звони мне, чтоб я мог прийти на помощь. И не важно, в котором часу это будет, хоть посреди ночи, поняла?