Хроники Империи Ужаса. Нашествие Тьмы - Глен Кук

Он проехал рядом, и она увидела лицо.

– Рольф! – выдохнула она. – Рольф Прешка! – Она повернулась к Уте. – Приготовься.

Пока лучники втыкали стрелы в землю, чтобы те были под рукой, она махнула Бевольду. Приближалась многочисленная группа всадников. Она понятия не имела, кто они, но враги Прешки были ее врагами.

Рольф был ее мужчиной еще до Браги, хотя Рагнарсон не знал, насколько глубокие чувства их связывали. Она до сих пор чувствовала себя виноватой, вспоминая, насколько сильно его обидела. Но его любовь – редкость в нынешние времена, в особенности для сколовданца, – не была ревнивой. И когда она в конце концов сделала выбор, он сам помог ей поймать в силки Рагнарсона.

Прешка, как и Браги, был наемником. После замужества Эланы он стал заместителем Рагнарсона. Когда Браги отошел от дел, Прешка остался с ним, но так и не смог пустить корни. Два года спустя, когда у них в гостях побывали Хаакен Черный Клык – молочный брат Браги – и Рескирд Драконобой, Рольф ушел с ними, оставив жену и ребенка в полном недоумении и обиде.

Элана по-своему заботилась о Прешке в не меньшей степени, чем о собственном муже. Отношения между ними оставались вполне пристойными, и все же она скучала по нему. Он пробыл с ней столь долго, что стал одной из опор ее мира.

А теперь он вернулся. И кто-то хотел его убить.

III. Сыновья Ученика

Из-за деревьев выкатилась волна всадников в бурнусах. В первое мгновение Элану удивило подобное зрелище столь далеко от Хаммад-аль-Накира. Еще мгновение ушло на то, чтобы оценить их количество – от сорока до пятидесяти, – а затем настало время боя.

– Вперед! – крикнула она.

Вскочив, лучники выпустили тучу стрел. Преследователи попадали с лошадей, вызвав замешательство среди ехавших за ними. Из-за кургана вырвался отряд Бевольда и выстрелами из луков отбросил неприятеля. Затем бойцы Бевольда выхватили мечи и обрушились на передние ряды врага, прежде чем тот успел выровнять строй. Первые мгновения казалось, будто они в одиночку способны победить толпу.

– Всадники! – крикнул Уте Хаас. – Цельтесь во всадников!

– Не радуйся раньше времени, Уте! – крикнула в ответ Элана, прячась в траве. Со своим арбалетом она мало чем могла помочь. – Стреляйте во все, что можно!

Хаас, уже предвкушая победу, пусть и далекую, хотел завладеть лошадьми в качестве трофея. И им это почти удалось – половина вражеских седел опустела, прежде чем противник пришел в себя. Дикие наездники из Хаммад-аль-Накира так и не научились сражаться с итаскийскими лучниками, хотя и терпели поражение за поражением. Во время десятка крупных битв на территории всего Либианнина, Хеллин-Даймиеля, Кардина и Малых королевств бесчисленные фанатики мчались в тучу стрел длиной в ярд, но лишь немногие преодолевали шестьсот смертоносных ярдов, чтобы столкнуться с прикрывающими лучников щитоносцами. Однако командир этого отряда не боялся. Быстро преодолев расстояние между людьми Лифа и курганом и тем самым ликвидировав защиту, которую мог обеспечить Бевольд, он послал всех бойцов, потерявших лошадей, в атаку на лучников.

– Это солдаты, не бандиты, – пробормотала Элана. – Люди Эль-Мюрида.

Беглецы-роялисты из Хаммад-аль-Накира рассеялись по западным королевствам, но все они были сторонниками Гаруна. Они не стали бы преследовать Прешку, по крайней мере предполагая, что Рольф оставался другом бин Юсифа.

Наконец и Элана получила возможность сразиться. Два быстрых выстрела из арбалета – и атакующие уже рядом. У первого был крючковатый нос и глубоко посаженные темные глаза. Он выпучил их, увидев, что приходится сражаться с женщиной. Мгновенное колебание стоило ему жизни – рапира с легкостью пробила его защиту. Элана едва успела перевести дух, прежде чем появился следующий – средних лет, наверняка успевший понюхать войны. Если все они были ветеранами, значит принадлежали к лучшим людям Эль-Мюрида. Ради чего столько проблем? Чтобы поймать одного человека в тысяче миль от дома?

Следующий противник не отличался ни благородством, ни искусством фехтования. Хорошо зная недостатки рапиры, он попытался использовать вес и силу сабли, чтобы пробить защиту Эланы. Он оттеснял ее, и она посмотрела ему в глаза над сталкивающимися клинками – он вполне мог быть близнецом того, кого она только что убила. В глазах его пылал фанатичный огонь, но, похоже, пройденные им войны несколько остудили пламя. Он уже не верил, что спасение Эль-Мюрида можно принести неверным ударами молота. Избранные, даже если им благоприятствовали милость и могущество Господа, вынуждены были распространять свою веру с хитростью и изяществом. Идолопоклонников было слишком много, и они были слишком воинственны.

Этот солдат не столько хотел ее убить, сколько вынудить отступить. Без щита, вооруженная лишь рапирой и более хрупкая, она являлась самым слабым звеном в оборонительном четырехугольнике, который они сформировали. Следовало обратить усилия врага себе на пользу – то был ее единственный шанс.

Парировав ложный удар, она сделала короткий выпад на уровне паха и, пока он наносил ответный удар, отступила, пытаясь вынудить его к такому же маневру. Парировать удар она не пыталась. Клинок просвистел в доле дюйма от ее груди. Получив преимущество в полсекунды, она снова сделала выпад в пах, прежде чем он успел принять низкую защиту, и попала.

Блокирующий удар угодил со всей силой в клинок возле рукояти, опасно его изогнув и рывком оторвав острие от раны. Удар бросил ее на колени – чем она воспользовалась, чтобы ткнуть в неприкрытое бедро очередного атакующего, стоявшего слева от ее противника, после чего молниеносно подняла рапиру и блокировала слабый ответный выпад. Тем временем первый, вместо того чтобы воспользоваться преимуществом в росте и осыпать ее градом ударов, решил применить силу и вынудить ее опустить оружие, одновременно пытаясь ударить коленом в лицо. Достав левой рукой кинжал, она под скрещенными клинками попыталась попасть сперва в его бедренную артерию, затем по подколенным сухожилиям. Ни один удар не достиг цели, но она сумела ранить противника, который попятился, уступая место следующему. Тот тем временем упал от удара по бедру, чем воспользовался Уте и втолкнул Элану внутрь строя. Выглядело это не слишком вежливо, но вполне разумно – она поняла, что стала скорее помехой, нежели помощью.

Поверх голов сражающихся она пыталась разглядеть, как обстоят дела у Бевольда. А обстояли они не лучшим образом. Он пытался добраться до кургана, но в рядах его людей начинался хаос, и казалось невероятным, что им удастся пробиться, – половина седел отряда опустела. На ее глазах сам Бевольд получил удар по шлему. А солдаты пустыни по одному и по двое продолжали выезжать из леса. Вскоре они могли уже отправиться в погоню за Рольфом.

Она бросила взгляд в сторону дома. Прешку она не заметила, зато увидела нечто, придавшее ей силы духа, – всадников вдали, казавшихся не больше точки, но приближавшихся галопом через поля.

– Браги! – крикнула она. – Браги здесь!

Для Уте и остальных это прозвучало как боевой клич, подстегнув дикую ярость и ненависть к врагу.