Кремль 2222. Тобольск - Константин Кривчиков

– Вот именно – по закону! – с возмущением воскликнул Ермил. – Что ты, Бортник, себе позволяешь? Ты сам неизвестно кто. Ты еще пожалеешь.

– Ага, – «горный» усмехнулся. – Пожалею. Только не тебя, предатель.

– Я не предатель, уверяю.

– Да ну? Да ты на наших глазах чуть Павла не зарезал.

– Это недоразумение. В смысле, я считал его изменником. Все в общине говорят, что Сновид переметнулся к шайнам. Потому что он скрытый мутант. Вот я и подстраховался.

– Заткни едальник, директор, – очень нехорошим тоном процедил «горный». – А то кляп засуну.

Он расстегнул маркитантский кафтан «снабженца» и обшарил карманы. Вытащил из внутреннего кармана небольшую тетрадь. Открыл на первой странице. Затем перелистнул. И присвистнул.

– Что там? – Павел с любопытством заглянул через плечо.

– Видишь рисунки? Это явно кремль и схема укреплений. А вот это…

– Это план Промзоны… Да тут же все наши объекты указаны! Вот, сволочь! – Сновид с ненавистью взглянул на «родственника».

– Так и я о том же, – спокойно заметил Бортник. – И это еще не все. Вот здесь, похоже, графики караулов. Смотри, все посты указаны. А это, думаю, количество воинов и их размещение по гарнизонам и подразделениям… Короче говоря, целое шпионское донесение. Шайны, думаю, за это мешок золота отвалят. А, предатель?

Ермил отвернул голову в сторону и с презрением сплюнул.

– Не хочешь разговаривать? – вкрадчиво спросил Бортник.

– Я требую объективного расследования!

– Будет тебе все, – тон «горного» стал зловещим. – И расследование, и суд присяжных. И даже электрический стул. Хотя нет – стула не будет. Электричества нет. А вот осиновый кол в задницу я тебе точно обеспечу.

Он схватил изменника за отвороты кафтана и с силой тряхнул. И все услышали, как что-то забренчало. Бортник с подозрением прищурился и начал по-новой обыскивать Ермила. На задней поле кафтана он обнаружил потайной карман. В нем лежали два круглых и тонких алюминиевых контейнера, похожие на стаканчики с колпачками.

– А это что? – «горный» сунул «стаканчики» под нос изменнику. – Что еще за хрень?

Тот откинул голову и процедил:

– Таблетки от поноса.

– Юморист, значит? – Бортник протянул контейнеры Павлу: – Положи себе в сумку… А ну пойдем!

Он развернул Маркитанта и, держа его за шкирку, доволок до мусорной кучи. Затем сильно толкнул, одновременно поставив подножку. Ермил плюхнулся на спину и с ненавистью прошипел:

– Ничего я вам не скажу, дебилы.

– Уверен?

Бортник вытащил из ножен палаш, задумчиво покрутил перед собой. Потом отвел в сторону, словно к чему-то примериваясь.

– Эй, ты чего? – с тревогой спросил Маркитант.

«Горный» хмыкнул. И вдруг резко ударил навершием рукоятки по колену изменника. Тот мгновенно взвыл от боли.

– Это так, для легкой разминки, – сказал Бортник. – Видишь ли, урод. У меня и не такие фраера раскалывались. Вот, буквально час назад, с одним дампом мило пообщался. Не веришь?.. А зря. Павел, как этого дампа звали? Я что-то запамятовал. Буш?

– Нет, Руж, – сказал Сновид.

– Верно, Руж. Не слышал о таком, Ермил?.. По глазам вижу, что слышал. Так вот, этот Руж много чего интересного поведал. Например, о том, как старшины маркитантские заказали ему поймать Павла. А наводку им дал один человечек из кремля. Не ты, часом? А, чего молчишь?.. Понял. Хочешь продолжения процедуры.

«Горный» демонстративно отвел в сторону руку с палашом.

– Или тебе сразу колено перерубить? Чтобы не так больно было?

– А пошел ты, Бортник… Руби. Хоть голову руби.

– Ишь ты, какой отчаянный. Быстрой смерти захотел? Не дождешься… Значит, о Руже ты не слышал. А о шаме Жабо тоже не слышал?

– Не знаю я никакого Жабо.

– Вот как? – Бортник поковырялся в кармане и достал оттуда плоскую железную баночку с ядом.

– Что это? – спросил Ермил.

– Да так, снадобье одно. Вроде бы противоядие. Жабо его Павлу продал. Не хочешь попробовать?

– Зачем?

– Чтобы убедиться в том, что это противоядие, а не яд.

– Я не хочу.

– Зато я хочу, урод! – рявкнул «горный». – Ты у меня сейчас всю эту баночку сожрешь. И начнешь медленно умирать. А я тебе скрашу последние часы. Буду кромсать по кусочкам и скармливать кракозяке.

– Кому-у-у?

– Вон, кракозяке, – Бортник показал на спира. – Он просто обожает человеческую свеженину.

Зюб с готовностью кивнул и оскалил прокуренные зубы.

– Не надо, – сипло произнес изменник, побледнев. – Не надо меня скармливать этому самому…

– Будешь говорить?

– …Буду.

– Правильный выбор. Поверь, Ермил. У меня, если потребуется, и удильщик исповедуется… Давай по порядку. Это ты Павлу ловушку в Мертвой Зоне подстроил?

– Я, – опустив голову, произнес Маркитант.

– Зачем?

– Он мне мешал. Я хотел жениться на Рузанне. Она дочь Правителя Воислава, я хотел с ним породниться. А тут Павел… – Ермил говорил сбивчиво, пряча глаза. – В общем, он сильно мешал. А тут Рузанна попросила его, чтобы он «шамий амулет» достал. Ну я и придумал, как от него избавиться.

Сновид почувствовал, как закипает внутри. Вот же гадина! Он шагнул к изменнику, но наткнулся на выставленную руку «горного». И замер, сжав кулаки.

– Ну, я договорился со старшиной Прокопом и Жабо, – продолжал «исповедоваться» бывший родственник. – Шам должен был Павла из Мертвой Зоны выманить к западному проходу. Ну а дальше маркитанты с ним бы уже расправились. Они хотели его в цепи заковать и посадить на грузовую галеру гребцом. Ну а затем, в Тюмени, продать на невольничьем рынке. Но Павел как-то сумел сбежать.

– До этого места верю, – сказал Бортник. – Собственно, я что-то такое подозревал. А вот скажи – зачем Жабо Павлу яд подсунул вместо противоядия? Я догадываюсь, что это ты Изота отравил. Видимо, хотел занять его место. Но зачем Павлу яд давать? Ведь он, по вашему плану, и без того должен был исчезнуть.

– Я не знаю, зачем Жабо это сделал. Честно, не знаю. – Ермил исподлобья покосился на Бортника и снова опустил голову. – Я с ним после этого не разговаривал. Скорее всего, он решил инициативу проявить. Жабо знал, что я Изота отравил, потому что яд у него доставал. Ну и, когда Павел попросил продать снадобье, наверное, решил подстраховаться. И подсунул ему яд.

– Ну, предположим, что так, урод, – процедил «горный». – Это, собственно, не так важно. Павла ты хотел устранить – это понятно. Когда узнал, что ему удалось спастись, ты испугался разоблачения. И попросил старшину Прокопа подключить к розыску дампов. А сам слухи стал распускать о предательстве Павла, чтобы его опорочить. Но все это, можно сказать, личные разборки…