Кремль 2222. Тобольск - Константин Кривчиков

Бортник так и сделал. Аккуратно положил автомат и перекатился на спину, выставив руки перед собой. Как он и предполагал, в шести-семи шагах от него нарисовался дамп с арбалетом. А чуть подальше – ближе к трубе – еще один «шепелявый» сжимал в руках копье-длинномер.

– Чего вам надо, хлопцы? – лицо «горного» излучало благодушие. – Я вам не мешаю. Прилег вот тут отдохнуть на дневном…

– Хватит трепатша, – оборвал «хлопец» с арбалетом. – Мы жнаем, кто ты. Где жолото?

– Какое еще золото? Да я отродясь золота не видал.

– Жолото, которое ты жабрал у торгашэй. Вырушку.

– Да не знаю я…

– Жаткниш! – рявкнул дамп. – Не шкажеш, где жолото – проштрелю ногу. – Он повел арбалетом. – Жатем вторую. Не надейша, што быштро умреш.

– А-а, золото, – протянул Бортник. Препираться дальше не имело смысла. Мутанты явно действовали по наводке. И ее могли дать только маркитанты, у которых он забрал выручку. Наверное, недельную. А то и месячную.

Вот почему мешок был набит под завязку, а телегу с обычной тарой охраняли три мордоворота с автоматами. И даже с подствольным гранатометом. Они везли на базу выручку. А Бортник ее грабанул. Надо же!

К гадалке не ходи – дампы их с Павлом вычислили и подкараулили. Как именно – отдельный вопрос. Но сейчас надо было срочно менять тактику. А то и вправду начнет стрелять, урод. Никакой человечности у этих мутантов.

– Так бы и сказали, что золото. Вот это, что ли?

Нарочно не придумаешь, но Бортник действительно прихватил с собой три десятка золотых монет из брезентового мешка. И Павлу две пригоршни загрузил в поясную сумку. Тяжесть не особая, зато с добычей.

Подумал, что мешок с собой тащить нельзя – будет мешать, да и преждевременно. Неизвестно еще, получится ли в кремль попасть. Но вот в качестве боевого трофея, чтобы Ворону предъявить, вполне нормальный ход. Тоболякам сейчас деньги во как нужны! И срочно.

Сновид рассказал, что у них мало пороха. А патронов для автоматов и вовсе с гулькин нос. Как и самих автоматов. Поэтому полсотни золотых сразу в дело пойдут. Так подумал «горный». Вот и прихватил. А дампы словно прочухали. Да, смешно будет, если золотишко им достанется.

Он засунул руку в карман и вытащил два «золотых».

– Ты про это золото говорил? Лови!

Бортник швырнул одну монету. Но не арбалетчику, а второму – с длинномером. Монетка подлетела вверх и шлепнулась в шаге от мутанта. Тот заворчал и опустился на колено, чтобы подобрать «золотой».

– Лови!

Вторая монета полетела в направлении правого плеча арбалетчика. «Горный» сделал это умышленно, и расчет оправдался. Дамп, как завороженный, уставился на блестящий кругляш и инстинктивно – ах, жадность-жадность – поймал его на лету правой ладонью. Предварительно убрав ее со спускового рычага, естественно.

Точно в тот миг, когда все внимание арбалетчика сосредоточилось на монете, Бортник схватил АКМ. И немедленно открыл стрельбу. Вот что он умел изумительно, так это быстро атаковать врага.

Первую очередь «горный» выпустил лежа, держа автомат в одной руке. Оказалось очень кстати, что он не переключил раньше переводчик огня в режим одиночной стрельбы. Еще попробуй такое прогнившее существо, как дамп, с одного выстрела завалить. Ведь через него пули проходят, как сквозь решето. А вот очередь сыграла свою убийственную роль.

Мутант попытался вскинуть арбалет. Однако схлопотав в середину туловища пять пуль, отшатнулся и начал заваливаться на бок. Бортник тут же изменил положение – присел и подхватил автомат под цевье второй рукой. И очень вовремя. Потому что копейщик, несмотря на внешнюю неуклюжесть, успел вскочить и ринуться на врага.

Учитывая длину копья, он имел шансы достать наконечником «горного». Да на свое несчастье натолкнулся на тело падающего арбалетчика, споткнулся и шлепнулся прямо у ног Бортника. Тот милостей от природы ждать не стал – влепил короткую очередь в треугольную башку мута. Так засадил, что только серо-буро-малиновые брызги полетели.

И заодно отослал несколько пуль в черепушку арбалетчика. Для надежности. Чтобы тот с дуру не решил, что еще жив.

Крутнувшись на сто восемьдесят градусов, «горный» нашел в прицеле платформу транспортного биоробота. Ту самую, где ранее обнаружил арбалетчика. А тот на тебе – все там же. Как зритель в театральной ложе.

Мут оказался не слишком сообразительным и шустрым. Вместо того, чтобы применить умение маскировки на местности, стоял и пялился на крышу котельной. И лишь заметив, что Бортник развернулся к нему, наконец-то смекнул пригнуться за бортом платформы. Спрятался, так сказать.

Но с «горным» такие игры не проходили. Он опустил прицел немного ниже уровня бортика и, нажав на спуск, стальным веером прошелся вдоль борта. Чай не броня там, а обычное проржавевшее железо. Прятаться ведь тоже надо умеючи, а не абы как.

А то, что очередь получилась длинная… Да, патроны он сейчас не экономил. Потому что не имел права упустить арбалетчика. Ведь где-то там – на подходе к биороботу – находился Сновид.

Бортник перевел взгляд – и не увидел Павла. Ни у грузовика. Ни на пустыре. Странно…

* * *

Вопреки предположениям Бортника, Павел в эти мгновения никуда не двигался, находясь за грузовиком – вне зоны видимости «горного». Хотя первоначально ничто не предвещало столь резкого изменения планов.

Добравшись до остова грузовика с прицепом, Сновид отдышался. И уже собрался совершить последний рывок – к неподвижной туше биоробота – как вдруг почувствовал себя плохо. Его резко бросило в пот, сердце заколотилось, а вслед за этим из носа выступила кровь.

Нельзя сказать, что Павел сильно удивился или, тем более, испугался. Он хорошо понимал, что какие-то сутки назад находился на грани жизни и смерти. И вряд ли мог за такой короткий период полностью восстановиться. Даже благодаря чудесным мазям и лекарскому мастерству Бортника.

И все-таки он расстроился. Надо же! До лаза меньше ста шагов осталось, а он чуть в обморок не хлопнулся, как последняя девчонка.

И тут ему пришло в голову, что на него могли подействовать отравляющие вещества. Может, надышался как-то незаметно, кто его знает… Он втянул носом воздух. Снова втянул… Вроде бы ничего не чувствовалось: ни чеснока, ни горчицы. Но при этом ощущалось что-то неприятное. Даже противное. И знакомое.

Еще через пару секунд он понял, что пахнет гнилым мясом. Хм… Теоретически с той стороны грузовика могли валяться какие-то отходы. Почему бы и нет? Чей-то труп, например. Но лишь теоретически.

Потому что в мире, где жил Сновид, трупы долго не залеживались. Уж слишком много находилось желающих полакомиться плотью. Не важно какой – живой или слегка подтухшей. А тут несло натуральным гнилым мясом. И воспоминания об этом запахе были настолько сильны, что Павел решил кое в чем удостовериться.