Кремль 2222. Тобольск - Константин Кривчиков

Бортник многозначительно покосился на Сновида и продолжил:

– Давай, рассказывай, кому ты секретные сведения собрался передать. И что там у тебя в этих стаканчиках. Небось, тоже яд?.. Ну, говори?

– Яд, – охотно подтвердил Ермил. – А сведения маркитантам хотел продать.

– Зачем им такая информация? Они же, вроде, с тоболяками не воюют?

– Ну и что? Они любую информацию покупают. Тем более – секретную.

– Хочешь сказать: покупают и перепродают?.. – «Горный» сверлил предателя глазами, а тот упорно смотрел в сторону. – Ты ее шайнам хотел продать. Так, Ермил?.. Ну и сволочь же ты! Недаром в народе говорят – маркитанта могила исправит.

– Все там будем, – презрительно сощурившись, проговорил изменник. – А живем один раз. Ну да, я бы продал сведения шайнам. А что? Тобольские все равно обречены на смерть. Им шайны предлагали по-хорошему сдать кремль, а они отказались. Дебилы. Теперь шайны всех уничтожат – от мала до велика.

– И ты решил обратно переметнуться к торгашам? Верно?

– А что? Вернуться к своим – чего в этом зазорного?

– Сдается мне, что они для тебя всегда своими оставались. Не раскусили тебя тоболяки, змею подколодную. Ну ничего – лучше поздно, чем никогда. – Бортник помолчал. – А зачем ты в подземный ход полез? Из кремля же проще сбежать – там до Мертвой Зоны всего ничего.

– Вот там как раз не сбежишь. Выходить за пределы кремля категорически запрещено. Посты удвоены, а ночью еще и караулы увеличены. Под землей уйти проще. Спустился в тоннель, будто бы в Промзону собрался. А сам в потайной ход свернул. Ну и…

– Что «ну и»? – требовательно спросил «горный».

– Да ничего. Я сказал караульному, что хочу дверцу снаружи осмотреть. Он и выпустил.

– Так и выпустил?

– Он же директор, член Большого Совета, – вмешался Сновид. – Имеет право объект осмотреть.

– Изнутри – да, – согласился Бортник. – А вот снаружи… Получается, за пределы кремля выходить нельзя, а из потайного хода вылезать можно?

– Слушайте, мужики, – сказал Ермил. – А чего вы в этот кремль рветесь? Шайны всех уничтожат, за этим у них не станет. Давайте со мной к маркитантам. Я за вас словечко замолвлю.

– Замолвишь, – сказал Бортник. – На том свете. Когда тебя в кремле прилюдно казнят… Что-то тут не так, Павел. Проверь-ка ты дверцу, что с ней.

– Она, наверное, изнутри закрыта, – сказал Сновид. – Иначе бы Ермила давно хватились.

– Вот и я об этом же, – с тревогой в голосе отозвался «горный». – Иди, глянь. Только осторожно. Нам кипеш пока рано поднимать. Понимаешь, о чем я?

– Понимаю.

Сновид быстро дошагал до будки, залез в пролом и осмотрелся, привыкая к сумраку. Дверца, вроде бы, была закрыта. Или прикрыта?

Он вплотную приблизился к входу в подземелье. Подумав, осторожно повернул стальную ручку и толкнул квадратную дверцу от себя. Она подалась легко, даже не скрипнув. Павел, не удержавшись, заглянул в открытый проем.

В коридоре царил полумрак. Воткнутый у самого входа в держатель факел чадил, отбрасывая на стены и ступеньки причудливые тени. У основания лестницы лицом вниз лежал долговязый воин.

– Ермил убил стражника, – негромко произнес знакомый писклявый голос. Зюб стоял рядом, высовывая мордочку из-под плеча Сновида.

– Мне кажется, что он пошевелился, – сказал Павел. – Я спущусь к нему.

– Это опасно. Надо сообщить Бортнику.

– Сообщай. А я пока гляну.

Сновид залез в проем и медленно спустился по лестнице. В сердце кольнуло от нехорошего предчувствия. Он присел и перевернул воина на спину. Это был Антип Тощий. Когда Павел приподнял ему голову, Антип застонал и приоткрыл веки. Потом шевельнул губами и прошептал:

– Сновид… ты извини… я из-за брата… Ермил…

В конце коридора раздался шум. Павел взглянул туда и увидел приближающегося лейтенанта Крота. Сзади топал, держа в руке бердыш, Ванька Бугай.

– Что тут происходит? – грозно спросил Крот.

– Тут Антипа… Кажется, он тяжело ранен. Но это не я, лейтенант. Клянусь, это не я.

– Разберемся. А сейчас лицом к стене и руки за голову.

Сновид поднялся, выполняя команду Крота. Поворачиваясь боком, он посмотрел в сторону дверцы. Проем был по-прежнему открыт. А вот спир исчез – словно растаял в сумраке…

– Значит, Егор, ты закрыл люк и оставил Бугая на посту? – спросил Ворон.

– Да. Потом мы вынесли Тощего в тоннель, и я позвал дозорных.

Они находились втроем в, так называемом, каземате – небольшом подвальном помещении под Северной башней. Крот доставил туда Павла, а затем сходил за Ринатом. После чего Сновид рассказал все, что мог рассказать: и о своих злоключениях, и о показаниях Ермила.

– Как состояние Антипа?

– Тяжелое, – ответил Крот. – Его ударили стилетом под лопатку. Но лекарь говорит, что шансы есть. Повезло, что в сердце не попали.

– Павла сюда вели под конвоем?

– Как положено, даже руки связали. Я не мог иначе, Ворон.

– Ты все сделал правильно.

Подвал разделяла на две камеры стальная решетка. В основном в каземате содержали проштрафившихся тоболяков и, иногда, пленных. Потому и разделили помещение на две части – чтобы тоболяки не подрались с чужаками. Здесь отбыл свой кратковременный «срок» Бортник.

Но сейчас обе камеры пустовали. Если не считать Сновида. Он сидел на топчане и ждал, что решит Ворон. А тот стоял перед решеткой и задумчиво поглаживал черную бородку.

– Как ты думаешь, Павел, где сейчас Бортник?

– Думаю, где-то около будки. Караулит Ермила и ждет меня.

– Уверен? – Ринат взглянул на племянника исподлобья.

– Уверен, – твердо произнес Сновид.

– Что же, проверим твою уверенность. Лейтенант, у меня для тебя срочное задание. Особо важное и особо секретное. Понял?

– Понял, директор. – Крот, сидевший на краешке топчана, вскочил, демонстрируя готовность «номер один».

– Возьмешь двух особо доверенных бойцов – подчеркиваю, особо доверенных – и сходишь к потайному лазу, – сказал Ворон. – Твоя задача. Первое – выйти на контакт с Бортником. Второе – провести Бортника и Ермила сюда в подвал. Но провести тайно, чтобы никто не знал, кроме твоих бойцов. Даже Бугай не должен видеть лиц Бортника и Ермила. Поэтому накинешь на них какое-нибудь тряпье. Задание понятно, лейтенант?

– Понятно.

– Исполняй.

– А я? – спросил Павел.

– Чего ты?

– Можно мне с Егором сходить?

– Нет, нельзя, – отрезал Ринат.

– Но почему? – возмутился Сновид. – Я что, арестован?