Кредит на милосердие - Андрей Фролов

– Я могу войти?

– Да, присаживайся.

Как обычно, в личном присутствии Цикла Сентябрь терялась, будто девчонка, не совсем зная, как себя вести. Подошла к огромному креслу, привычно протянула правую руку. Вожак, глядя через огромное окно на нижние ярусы, где хранились экспонаты, даже не повернулся в ее сторону. Выпустил из-под красного балахона кисть, небрежно подтвердил идентификацию. Иногда ей казалось, что в другой руке их лидер всегда сжимает взведенный пистолет…

В отличие от остальных «братьев-месяцев», лидер группы не носил птичью голову. Его наномаска была простой, безликой, серебряно-серой, словно отполированный лист железа или мутное состаренное зеркало. Агрессивная вертикальная грань делила маску строго напополам, вызывая ассоциации со старинными рыцарскими шлемами.

– Присаживайся, брат. – Цикл был единственным из всех, кто знал возраст и пол своих подчиненных, но придерживался установленных правил даже приватно. – У тебя есть новости, и они плохи. Я угадал?

– Да, брат… – Сентябрь, подобрав края балахона, осторожно присела в соседнее кресло.

В толще стекла, за которым виднелись рабочие цеха и лаборатории «Куэн Као», плавали сразу шесть голографических дисплеев, на которые сейчас выдавалась самая актуальная информация о проекте. Прибыв на станцию несколько дней назад, Цикл всё свое время посвящал анализу данных и личному участию в экспериментах.

Она знала, что старший «брат» будет недоволен. Но в правила организации не входило утаивание новостей, даже если они оказывались чудовищными.

– Говори. – Маска цвета отполированного железа повернулась в ее сторону, словно Цикл покосился, нетерпеливо, но вальяжно.

– Девять часов назад на восточном направлении утерян сигнал с протекторами. Десять особей. Обновленные данные говорят, что все они мертвы.

Цикл ничего не ответил, но Сентябрь слышала, как под балахоном заскрипела кожа алых перчаток, – глава братства сжал подлокотники.

– Я перепроверил трижды…

С помощью «балалайки» машинистка вошла во внутреннюю сеть «Куэн Као». По одному из экранов внутри панорамного окна тут же побежали новые цифры и данные. Клички протекторов, возраст, состояние «покровов» и другая информация. Зеркальная маска повернулась к дисплею, изучая данные об отряде хищников, охранявших восточные подступы.

– Сигнал был потерян вчера вечером. Я думал, стая ушла в дальний охотничий рейд, но сегодня спутник на более стабильном контакте. Они мертвы. Датчики уничтожены.

О, как он сейчас злится, должно быть. Может быть, даже кусает губы под своей гладкой маской, так непохожей на огромные массивные головы, которые заставляет носить остальных. Все знают, как он любит каждую свою зверюгу без исключения, построены протекторы на генокоде местных куньих или южноафриканских крокодилов…

– Мне выслать туда отряд dd? – Сентябрь не знала, как относиться к затянувшемуся молчанию Цикла.

– Нет, – после короткой паузы ответил тот. – Начинайте готовить эвакуацию.

– Прошу прощения?

– Я сказал, готовить эвакуацию! – глухо тявкнуло из-под маски. Взмахом руки Цикл свернул данные на всех экранах, легко поднялся из глубокого кресла. – По оранжевому протоколу. Немедленно!

– Будет исполнено… – она сама не помнила, как оказалась на ногах. Попятилась к дверям, не сводя глаз с его неподвижной темно-красной фигуры. Через несколько секунд глава «Братьев-Месяцев» остался в рубке один.

Десять протекторов. Целая стая, на выращивание, боевую подготовку и оснащение «покровами» которых ушла уйма времени и средств братства. Росомахи, перенесшие основательную генетическую переделку. Наследники технологий «Фармы-1», которые наравне с сокровищами Мутабор их всесильная организация вот уже третий год кропотливо выискивает по всему свету. Молниеносные, жестокие, умеющие выслеживать и убивать трупоеды.

В свое время находка умирающего корабельного зоопарка корпорации стала их настоящим триумфом. Причем еще более ярким, чем в Бразилии. К сожалению, после крушения большая часть животных проникла на берег, рассеявшись по местным лесам, но для продолжения работ уцелевших экземпляров оказалось предостаточно.

И вот теперь половина протекторов, задействованных в проекте «Плод», уничтожена. Вторую стаю они перебросить не успеют, животные запрограммированы на определенный ареал охоты и патрулирования. Это означало, что дорогу на «Куэн Као» рассекретили.

Цикл заметил, как в уголке правого глаза замигал сигнал тревоги, посыпались предписывающие эвакуацию инструкции. Оранжевый протокол, никакой спешки или паники. Сентябрь, добравшись до рабочего места, начала исполнять приказ, готовя станцию к опустошению.

Сделав шаг к выходящему в рабочие цеха окну, старший «брат-месяц» ударил кулаком в толстое стекло, начиненное электроникой. Заскрипел зубами, хрустнул пальцами.

Это не могут быть казаки БАРСа или спецназовцы Гилярова. Во-первых, те стали бы искать базу «братьев» с воздуха, как пытались уже, используя вертолеты и беспилотные летательные аппараты. Во-вторых, Президент не был настолько глуп, чтобы поставить проект «Средний фон» на грань провала, когда до окончания оставались считаные недели или даже дни. Значит, в пределы их северной российской базы вторгся неизвестный отряд. Вооруженный, готовый к драке с десятком протекторов, еще не встречавших сильного сопротивления ни в Сибири, ни в других уголках мира.

Неужели они оказались так неосторожны, что караван с экспонатами Гилярова удалось выследить? Это было невозможно. Барьер, состоящий из мутантов, отбивал любое желание продвигаться в глубь диких территорий куда эффективнее большого скопления «карманов»…

Новости, принесенные Сентябрем, были на самом деле ужасны. «Куэн Као» обнаружат со дня на день, сомнений нет. А это значит, что операцию «Плод» придется сворачивать, не доведя до победного финала, спешно перебазируясь куда-то еще. Уносить базы данных, сотни экспонатов, технику и вооружение. Подальше. Например, в Норвегию… Впрочем, планы по отступлению он подготовить еще успеет.