Год Оракула - Чарльз Соул

Вместо этого он обернулся к пачке бумаг на столе – корреспонденция от «Сыщиков Христовых». Эту организацию Брэнсон учредил несколько месяцев назад, рассчитывая выследить Оракула народной силой. Проект оказался более чем удачным – по крайней мере в смысле привлечения участников. Почти все верные чада Церкви от Топики до Таллахаси стали подглядывать в окна соседям, выслеживая дьявольского Оракула.

Что самое удивительное – почти все сыщики его нашли.

То есть они были в этом убеждены и рвались рассказать Брэнсону о своем открытии, попросить руководства – как им дальше поступать. Корреспонденция валилась в офисы «Брэнсон министриз» тоннами – электронка, от руки написанные письма, заказные пакеты, телефонные звонки. Борьбу с этим потопом было поручено координировать Джонасу.

Поначалу Джонас поручил просматривать присланные паствой материалы – «следы», как их неизбежно стали называть, – одному стажеру. Сейчас стажеров стало трое, и они по двенадцать часов в день занимались разбором плевел в поисках зерен.

В основном разбираться было просто – как в случае с письмом о том, что счастливый выигрыш в бинго «этой мошенницы Дорис Хэнсон» точно означает, что бедная миссис Хэнсон и есть Оракул.

Но попадались сообщения менее выразительные, и Джонасу самому приходилось смотреть, нет ли в них действительно ключа к личности Оракула. Стажерам не полагалось посылать Джонасу пустые доносы, но им не хотелось, чтобы на них повесили пропуск действительно важного сообщения, и Джонасу посылалось куда больше, чем следовало бы.

Вот отсюда и взялась пачка бумаг на его столе, и в этом была причина, что он смотрел проповедь его преподобия на мониторе, а не стоял за сценой, наблюдая вживую.

Когда-то такое отдаление от Хосайи Брэнсона было бы для него жестоким потрясением. Сейчас он этому значения не придавал. Чем дальше, тем на самом деле лучше.

– Всем вам известны предвестия! – произнес Брэнсон на экране, торжественно воздымая руку перед слушателями. – Является в небесах звезда Полынь, Антихрист ползет своим мерзким путем к Вифлеему, вода в морях становится кровью и так далее. Но я прошу вас подумать сейчас об одном. Слова Книги Откровения были написаны почти две тысячи лет назад апостолом Иоанном. Он был пленником на острове Патмос, ожидал конца своей жизни, когда Господь ниспослал ему видение, как это все будет. И мне кажется, что святой Иоанн не мог понять все, что показал ему Бог. Это было очень давно. Иоанн постарался объяснить, что видел, передать нам послание Божие, но что, если у него просто слов для этого не было? Вы все знаете, что случилось пять дней назад. Мир погрузился во тьму. Исчезло электричество, наши машины подвели нас. Все земли мира посетила смерть. Десятки тысяч погибли за последние дни в каждой стране. Я знаю, что среди присутствующих в этом зале и среди тех, кто видит меня сейчас у себя дома, некоторые потеряли в этой катастрофе родных и близких. Вам я выражаю глубочайшее свое сочувствие, но и заверение, что вы увидитесь с любимыми – и скоро.

Хосайя замолчал, наклонил голову. Вынул из нагрудного кармана белоснежный платок и провел им по абсолютно сухому лбу.

А я его ненавижу? – подумал Джонас. Мог бы. Реально мог бы.

Джонас взял из пачки очередную бумагу.

«Ваше Приподобье!» – начиналась она.

Джонас вздохнул и стал продираться сквозь рассуждения некоего Донни Уинстона из Северной Калифорнии. Донни предлагал свои услуги – привязать Оракула за ноги к багажнику своего пикапа и протащить по улицам из города в город, останавливаясь в каждом, дабы богобоязненный народ мог побивать его камнями. «Как апостола Павла», – заключал Донни, упуская из виду, что в том случае побивающих вряд ли можно было считать положительными персонажами истории.

Он перечеркнул страницу красным крестом и бросил в мусорную корзину поверх уже отвергнутых.

– И не только смерть грозит нам сегодня, – продолжал Брэнсон. – Но и война. Вы все слышали об ужасных битвах на равнинах Средней Азии, в Кандустане. Наши братья во Христе вынуждены защищаться от мусульман, воспользовавшихся днями затемнения, чтобы вторгнуться в страну. А Филиппины, страна добрая и богобоязненная, раздирается на части беспорядками и страхом, ибо там военные отстранили президента от власти. И солдаты вооруженных сил нашей великой страны сшивают разорванные покрывала свободы в Африке и на Ближнем Востоке. Я бы еще многое мог назвать, но я не для этого говорю перед вами, чтобы излагать такие новости. Нет, мое дело – передавать вам ХОРОШИЕ вести, прямо от Бога.

– И это действительно хорошие вести, братья и сестры мои, ибо, когда говорите вы о смерти, и говорите о войне, и знаете, что недолго уже ждать мора и глада – что это для вас значит?

Джонас задумался. Брэнсон – лжец, но смысл в его словах есть. Мир действительно будто накрывается густеющей с каждым днем темной тучей.

– Ну как же! – сказал его преподобие, добавляя в голос страсти. – Я в этих речах слышу приближение ЧЕТЫРЕХ ВСАДНИКОВ! Не всадников пыльной прерии, не кавалерии, но всадников АПОКАЛИПСИСА! Наступают ПОСЛЕДНИЕ ВРЕМЕНА, дети мои, дети Божии, и я горд честью быть опорой и кормилом для вас в этот час испытаний.

Аудитория, до тех пор притихшая, вскипела экспансивными выкриками страха, мольбами к Иисусу, возгласами преданности и обетами.

– О да! – перекрыл хаос голос Брэнсона из усилителя. – Готовьте души свои к возвращению Господа!

– Братья и сестры! – заговорил он громче. – Успокойтесь. Ибо все вы купаетесь в свете Господнем. Да будут эти дни для вас днями надежды, днями не страха, но радостного ожидания. Если я хоть что-нибудь знаю на свете, так это то, что хорошие люди пойдут на небо. А вы, друзья мои, – он раскинул руки, будто обнимая аудиторию, – вы хорошие люди!

Он уронил руки, и лицо его стало серьезно.

– Но есть еще одно. Вы знаете, что в Библии говорится об Антихристе – исчадии зла. Ему суждено пройти по земле перед возвращением Христа, и я говорю вам: он уже здесь! Мы говорили уже о нем, и я со стыдом признаюсь, что недооценил эту страшную угрозу. Кто-то из вас знает, о ком я говорю. Ответьте же мне в полный голос, прямо сей…

Джонас щелкнул выключателем монитора. Взял телефон, провел пальцем по экрану, проверил почту.

Ничего.

Минуту глядел в телефон, потом положил его экраном вниз и вернулся к работе.