Год Оракула - Чарльз Соул

– Доктор Стаффмен, если я вас правильно поняла, то мы получим результат не раньше чем через год?

Глаза ее больше не улыбались. Стаффмен проглотил слюну. Быстро же Тренер посчитала. И абсолютно верно.

– Тренер, вы должны понять: абсолютно невероятно, что мы вообще можем это сделать. Процедура ускорена в тысячу раз! Я понимаю, что все равно медленно, но иного способа нет.

– А мне нужно быстрее. Мне нужно прямо сейчас, Стаффмен.

– Это невозможно. Я и так уже использую четверть мировой компьютерной мощности. Чего вы от меня еще хотите?

Тренер приподняла темную бровь. Интересно, подумал Стаффмен, она их красит? Волосы у нее были равномерно серебристыми.

– Почему только четверть?

– Позвольте мне объяснить ситуацию, Тренер. Посмотрите на эту карту. – Стаффмен показал на центральный монитор. – Моя команда мониторит, сколько процессорной мощности высасывает мой ботнет, чтобы нигде не было слишком густо. Если мы хотим этим пользоваться достаточно долго, надо не засветиться на радаре.

– Но если бы вы захотели использовать остальное, – задумчиво сказала Тренер, – то ведь могли бы?

– Да, наверное, но… послушайте, наверное, я плохо сформулировал. Если я повышу процент использования, то вирус будет замечен. Люди начнут принимать меры, нам придется прекратить.

– Но если вы возьмете на себя все, то куда быстрее пробьете защиту Оракула. Плевать, что нас кто-то обнаружит – мы уже туда войдем.

Стаффмен начинал чувствовать раздражение. Он в свое время отработал положенный срок учителем в младших классах. Объяснять концепции профанам – всегда тяжело, а хуже всего, когда они что-то все же знают и думают, что этого достаточно, чтобы ему подсказывать. Единственная проблема – Тренер была не из тех, кому можно поставить двойку с минусом.

– Но дело в том, – начал он, доблестно стараясь удалить из своего голоса даже тень сарказма, – что компьютерные мощности, которые мы крали бы таким образом, используются прямо в данный момент. Движение самолетов, Интернет, военные задачи – и не только здесь, а по всему миру. Хаос был бы глобальный, Тренер.

– Но возможность у вас есть.

Стаффмен пригладил волосы:

– Да, возможность такая есть.

– Насколько это ускорило бы дело?

– Экспоненциально. Ответ мог бы быть дан через несколько часов.

– Тогда так и сделайте.

– Тренер, это невозможно! Погибнут люди.

Тренер уселась на край стола Стаффмена – ученый рефлекторно подался назад, как можно дальше от этой женщины.

– Слушайте, доктор Стаффмен. Вы не праведник. Вы это знаете, и я тоже знаю. Вы эгоист и вы трус. В этом ничего страшного, вы совершенно не оригинальны. Почти все, кого я знаю, в этом смысле на вас похожи.

Поэтому, – продолжала она, – мы оба знаем, что вы никак не станете жертвовать жизнью ради каких-то там людей, которые могут погибнуть или не погибнуть, когда вы исполните свои обязанности как член моей команды. Никого из этих людей вы не знаете. И если правду сказать, единственный человек, на которого вам не наплевать, это вы сами. Так что поберегите свою жизнь, поберегите мои уши от лишних слов и сделайте, как я сказала. Прямо сейчас.

Стаффмен смотрел на нее. Он подумал о деньгах, которые Тренер обещала ему за взлом Сайта. Лет десять назад он делал для нее работу, и на деньги, полученные тогда, финансировал собственные исследования в последующие годы. Блаженные годы, когда не надо было лебезить перед университетскими советами, а главное – не надо было учить этих дубинноголовых студентов с тупыми мордами.

Те деньги почти кончились.

– О’кей, Тренер, – сказал он.

– Вот и хорошо, – ответила она ледяным голосом. – Давайте.

Стаффмен прокашлялся.

– Прекратить мониторинг узлов! – обратился он к своей команде. – Выключайте рабочие станции, и все свободны. Если мне что-то будет нужно, я с вами свяжусь.

По всему залу поднялся ропот жалоб и вопросов. Люди хотели знать, получат ли они обещанную плату и вообще почему проект остановлен. Стаффмен сжал рот в ниточку.

– Все вон! – крикнул он. – Все получат свои деньги, а сейчас – вон!

Никто не двинулся с места.

– Ну, доктор, так толку не будет, – сказала Тренер.

Она осторожно слезла со стола Стаффмена, встала на ноги.

– Люди вас не забудут. Даю вам слово. Сейчас можете идти и развлекаться. Черт побери, вам освободили вечер такого хорошего дня – чего взаперти сидеть? Можно пойти тарелку покидать или позвать на свидание кого-нибудь. Честное слово, вам понравится.

Она тихо засмеялась. Техники переглянулись неуверенно.

– Давайте, давайте, – повторила Тренер уже тверже.

Техник возле двери пожала плечами, потом щелкнула выключателем компьютера. Остальные последовали ее примеру, и через несколько минут зал опустел.

– Учитесь работать с людьми, доктор Стаффмен, – сказала Тренер. – Как говорится, на мед мухи ловятся лучше, чем на уксус.

– Верно, Тренер, – рассеянно ответил Стаффмен.

Его руки запорхали по клавиатуре, готовясь увеличить загрузку ботнета. Это заняло некоторое время.

– Готово, – сказал он. – Нажимайте Enter, и оно запустится.

– Нет-нет, профессор, запускайте вы. Вы приняли решение так поступить – вы и ответственность должны на себя принять.

Стаффмен скрипнул зубами. Протянул палец и нажал на клавишу.

На карте сыпью стали появляться в зелени красные точки, быстро расширяясь, образуя кровавые рубцы на поверхности мира. И тут же строка прогресса на третьем мониторе ускорилась, через минуту перейдя отметку «один процент».

Стаффмен смотрел в благоговении.

– Сколько времени это займет?

– Я не думал, что получится так быстро. Видимо, вирус заразил больше компьютеров, чем я думал. Это… потрясающе.

Он смотрел, как загипнотизированный, а его детище делало свою работу.

Ботнет прогрызал себе путь, работая именно так, как было рассчитано. Сердце Стаффмена наполнилось гордостью.

Тренер стояла рядом с креслом Стаффмена, положив руки на бедра, глядя через очки на мониторы.

– А скажите… – начала она.

– Да, Тренер?

– Мне вот тут пришло в голову. Так, как вы объяснили, получается, что ваш вирус захватит практически все компьютерные системы мира, и они не смогут делать того, что им положено. Вместо этого они будут работать над нашей маленькой задачкой про Оракула.

Да, Тренер, подумал Стаффмен, небо синее. Да, Тренер, дважды два будет четыре.

– Так вот, – продолжала она, повернувшись к нему и глядя в упор, – энергосистем это тоже касается?