Метро 2033. Уроборос - Светлана Кузнецова

– Ушел, гад, представляешь? – рассказывал Семен, цедя чай и слова. – Ребята прибежали, а там только мертвое тело пришлого с Тульской. Мутный тип был, надо заметить, хотя о покойниках дурного не говорят.

– Вот видишь, – Кай посмотрел на Влада. – Я ж говорил: жив курилка. А ты не верил. Когда ты кого-нибудь прибьешь до смерти, я скажу сразу.

Парень передернул плечами и сглотнул. Значит, носатый выжил и сбежал. Однако осадочек на душе остался все равно, и пугающие неприятные ощущения, словно перешел свой личный Рубикон.

– Да и полезнее будет во всех отношениях: чем раньше переживешь первое убийство, тем легче с ним примириться, – добавил Кай, слегка хмурясь.

– Слушай, что тебе умный человек говорит, – поддержал его Семен. – Он по себе, видать, знает.

Кай фыркнул.

– Итак, что мы имеем на данный момент, господа, – произнес он. – Симбионт твари активизировался и объявил охоту на меня, а значит, и на вас.

– Почему это?

– Ты, Семен, конечно, почти ни при чем, но поостерегись все же.

Тот лишь рукой махнул:

– Я не о том. С чего ты взял, будто во всем виновен симбионт? Пришли молодчики, наслушались Винта, решили подзаработать.

– Не-а, – покачал головой Кай. – Те, кто напал на меня, попали под влияние симбионта.

– Уверен?

– Они не имели ни малейшего понятия, как со мной быть: то собирались тащить через все метро, то намеревались прибить на месте. При этом постоянно зависали, стоило спросить об их мотивах и прошлом. Будет так реагировать человек, если он психически нормален?

– Пожалуй, нет, – подумав, ответил Семен.

– Симбионт пока не научился правильно формулировать приказы, отличные от непосредственной задачи: привести людей к твари. Однако очень скоро он сообразит, как следует действовать. И тогда нам мало не покажется.

Влад передернул плечами, представив. Перед глазами встала запруженная народом станция. Люди вскидывали вверх руки, кричали; рты у всех были одинаково перекошены, а в глазах горела тупая, безрассудная ненависть. Наверное, именно так выглядел суд Линча, о котором рассказывал Кай.

– А теперь серьезно, – произнес тот, и в палатке словно стало холоднее. – Надо брать эту человеко-тварь, и чем скорее, тем лучше. Против меня она настроила двоих, а на сбежавшего бандита еще и поставила защиту.

– В смысле? – переспросил Семен.

– В самом прямом. Он ведь не просто вдруг убил подельника: тот посмел разговориться. Видимо, симбионт прекрасно понимал, что не в состоянии заставить их убить меня беспомощного. Необходим был толчок. Убивший раз нажмет на курок, не задумавшись.

– Да ну… – сказал Семен. – Не приписывай тваренышу излишний ум. На второго силенок не хватило – и все.

– Возможно, и так, – ответил Кай. – Я не слишком рассчитывал на допрос убийцы: убежал, и фиг с ним, хотя бардак, господа дозорные, конечно, вопиющий. Такое ощущение, будто я не на форпост вышел к защитникам внутреннего кольца от тварей с юга, а, извините меня, на некую станцию, зажравшуюся во всех отношениях и о безопасности слыхом не слыхавшую.

– Не то слово, – буркнул Семен, поморщившись. – О какой защите от тварей и прочей мерзости может идти речь, если три дозора и патруль прошляпили пусть и не совсем обычного, но человека? Или, думаешь, затаился где-то?

– Может, и затаился, – вздохнул Кай.

– И тогда вообще полный капец… – произнес Семен.

– Угу, – не стал обнадеживать его сталкер. – И все же… связана смерть племянницы главы с симбионтом или нет?

– Если принять во внимание нападение… – сказал Семен, – то связана.

– Аккурат наоборот, – возразил Кай. – Слишком быстро. Симбионт решил избавиться от меня накануне убийства, и этих двоих поймал у костра и обрабатывал вряд ли в тот самый момент, когда я беседовал с казначеем. Хотя… – он замолчал и сощурился что-то явно припоминая, а потом воспроизвел описание кривоногого: – Молодой, рослый и какой-то гадкий. Бесцветная моль, словно природа ему меланина недодала…

Семен аж крякнул, услышав это.

– Ну, господа, ваши соображения. Внешность-то весьма примечательная, – заметил Кай.

– Да только мужик – не девка, сам понимаешь, – сказал Семен. – Фигуры – это да. Своих знакомых в темноте на фоне костра вмиг различу, но вот спроси ты меня, какого цвета глаза, например, у Кириллыча, или цвет волос…

– С тобой все ясно. А ты, Влад, чего ерзаешь?

– Да так… – проговорил тот.

Он-то как раз очень тщательно сравнивал себя со всеми поклонниками Марии, особенно если девушка была благосклонна к ним. Симонов, у которого с темным пигментом все было в порядке, постоянно размышлял о том, что долговязый, белесый Алексей нравиться не мог в принципе. Однако Мария с ним общалась весьма охотно; даже в северный туннель ходила, пока тот еще считался полностью безопасным. Вероятно, тот разговор, который Влад невольно подслушал, касался одного из свиданий.