Небо без звезд - Джоан Рэнделл

– Стой! – Механический голос отдался от ржавых стен, и яркий оранжевый луч прорезал мутный воздух.

Но Алуэтт не остановилась. Она бежала дальше, путаясь в длинных полах серой хламиды. Оглянувшись через плечо, девушка различила вдали огромную жуткую фигуру.

Дроид.

Не отстает. Преследует ее.

А она даже понятия не имела, зачем этот монстр за ней гонится. Оставив Марцелла, она хотела вернуться в машинный зал, но машинного зала на том месте, где она думала его найти, не оказалось. Алуэтт совсем запуталась. И тут-то услышала этот голос.

– Стой!

Опять он. Взвизгнув, Алуэтт припустила со всех ног. Никогда в жизни она не бегала так быстро. Ноги горели, она с трудом дышала, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

На следующем перекрестке коридоров она замедлила бег. Обдумывая, куда свернуть, пыталась выровнять дыхание, щурилась, разглядывая полутемные проходы, отыскивая что-нибудь – хоть что-нибудь – знакомое. Но повсюду видела лишь абсолютно одинаковые, безликие, тускло освещенные коридоры Трюмов. Они составляли бесконечный лабиринт, в котором она заблудилась. Окончательно заблудилась.

Металлические удары ног за спиной стали громче. Дроид приближался. Что, если он ее поймает? Что он с ней сделает? Куда заберет?

Она не хотела этого знать. Старалась об этом не думать.

Мгновенно решившись, Алуэтт свернула налево, припустила по безнадежно длинному коридору. Она представления не имела, приближается к машинному залу или удаляется от него. Но остановиться не могла. Ей надо было вернуться в Обитель.

Вновь оказаться в безопасности.

На бегу она смотрела под ноги, выискивая капли крови. Те, что привели ее к тому мальчику – к Марцеллу. Но пол был покрыт тусклым слоем грязи. Ни единой капли она не заметила.

Впервые в жизни Алуэтт пожалела, что лишилась «пленки». Та подсказала бы ей дорогу. Она читала в «Хрониках» об этих «пленках» – вернее, телепленках, так они назывались официально, – которые указывали людям путь и место назначения. А у нее остались только бесполезные шрамы.

– Властью патриарха приказываю тебе остановиться! – прогрохотал сзади голос дроида.

Алуэтт осмелилась бросить еще один взгляд через плечо – и увидела его. Целиком. Страшное серебристое тело заполняло собой проход. Голова щелчком сдвинулась к ней, нацелила два грозных оранжевых глаза. А потом из руки монстра выдвинулось оружие.

Лучинет.

– Солнца! – в ужасе выкрикнула девушка. Колени у нее подогнулись, она чуть не растянулась ничком. Но успела швырнуть тело за поворот.

Там, впереди, виднелась открытая дверь. Выбора у нее не было. Подлетев к проему, она нырнула в него и очутилась на лестнице. Забившись в темную щель под пролетом, Алуэтт отчаянно вспоминала, что читала о дроидах в «Хрониках».

Запрограммированы ли они на движение или на звук? Или на то и другое?

Так и не вспомнив, она набрала воздуха в грудь и задержала дыхание, заставила тело замереть, не издавая ни звука. Снаружи гремели и лязгали шаги дроида. Они приближались и приближались, от них уже задрожал пол. Алуэтт крепко зажмурила глаза.

И вдруг лестничный колодец исчез.

Она оказалась в другом месте. В холоде и в темноте. В глубинах собственной памяти.

Но и здесь ей слышались те же ужасные шаги, звучащие все ближе. Сотрясающие землю. Что-то нависало над головой. Дерево? Нет, камень. Огромная скала, угрожающая ее раздавить. Раздавить их.

Она была не одна. С ней был отец. Совсем рядом. Они прижались друг к другу на холодной сырой земле. Она едва различала его во мраке. Он поднес палец к губам: «Тсс, ma petite. Тихо, тут нельзя шуметь».

Алуэтт, задохнувшись, открыла глаза. Что это было? Вдруг ожила память о временах до Обители? Но для нее никакого «до» не существовало. Все, что было прежде, тонуло в мутной тьме. Ее воспоминания не простирались дальше Обители, сестер и отца, стряпающего на маленькой кухне.

Но эти шаги. Дребезжащие шаги дроида – они были такими знакомыми.

– Ходу! Не оглядывайся! Глушилы рядом!

Очнувшись, Алуэтт вслушалась в донесшийся из-за лестничной двери голос. Это было не монотонное гудение дроида. Голос был живой.

Собравшись с духом, Алуэтт выбралась из тайного укрытия и выглянула из-за дверного косяка – как раз вовремя, чтобы увидеть двух показавшихся из-за угла запыхавшихся мужчин. Одетых в отрепья, с блестящими от пота лбами.