Хроники Империи Ужаса. Нашествие Тьмы - Глен Кук

Тогда они решили, что Чинь погиб. Может, он выжил, хотя маска лишилась глаз-кристаллов…

– Чинь… Старый друг пришел на помощь, – прошептал Насмешник, пытаясь язвительно улыбнуться.

Тот никак не отозвался, лишь едва заметно поколебался, а затем сказал:

– Будет еще больнее, толстяк. Если потребуется – целую вечность. Я могу подождать. Или ты можешь послушать. И кое-что узнать.

– Я весь обратился в слух. С головы до пят – лишь два больших уха.

– Да. Так и будет. Время грубых действий прошло. Теперь ты будешь слушать и отвечать.

Выпрямившись, он направился к двери, в которую двое вкатили тележку. Насмешник стиснул зубы, хотя понятия не имел, что перед ним.

Однако человек в маске разъяснил ему предназначение чародейских орудий. Боль была еще хуже, чем раньше. Мучения причинялись с научной точностью и имели лишь одну цель – свести его с ума.

Насмешник никогда не отличался душевной стойкостью, и хватило двух дней, чтобы полностью его сломать. Всю последующую неделю он провел в темноте, бессвязно бредя. Потом что-то произошло – он ощутил новую боль, запах дыма и горелой плоти, услышал чужие вопли и увидел дерущихся людей. Затем раздался его собственный вопль, когда он ударился о пол камеры, и наступила темнота. Мирная безмятежная темнота.

В ту ночь вновь вернулся шепот – однако он изменился, став более мягким, счастливым и радостным, словно голоса нимф у водопада. Шепот успокаивал и придавал сил.

Потом он почувствовал прикосновение нежных женских рук и услышал далекое мрачное бормотание мужчин. Однако он еще долго оставался связанным, а глаза его закрывала повязка. Воспоминания путались в голове. Человек в маске… «Люди Эль-Мюрида, – подумал он. – И офицеры-наемники».

Ему постоянно давали наркотические снадобья, и он об этом знал, однако иногда ему удавалось в достаточной степени прийти в себя, чтобы уловить обрывки разговоров. Однажды он услышал новый женский голос, полный ужаса:

– О боги! Что случилось?

– Его пытали, – ответил мужчина. – Жгли заживо. Мне не все до конца понятно. Судя по тому, что он говорит, его заманили в ловушку те, кого он считал друзьями. Никто пока не знает почему. Его спас лорд Чинь.

«Что?» – подумал Насмешник, мозги которого, похоже, полностью превратились в кашу. Разве не Чинь его пытал?

– Это запутанная интрига. Один его друг, похоже, подкупил агентов Эль-Мюрида, которые его похитили, потом послал наемников, инсценировавших спасение… А затем передал в руки Гаруна, скрывавшегося под маской, которую потерял лорд, когда Дракон пытался вторгнуться на Запад.

– Ты хочешь сказать…

– Существует связь между человеком и маской. Лорд потерял свою, но ему известно все, что происходит, если ее наденет кто-то другой… Погоди. Кажется, он приходит в себя. Лучше дать ему еще нюхнуть. Ему предстоит еще немало лечиться, прежде чем мы позволим проснуться.

Прошел день, а может, неделя. Другой мужчина и другая женщина. На этот раз новичком, похоже, был мужчина.

– …говорит, что лорд Чинь перенесся прямиком в подземелье. По какой-то причине бин Юсиф в тот день носил настоящую трофейную маску, а не подделку. Лорд Чинь узнал об этом в то же мгновение, когда тот ее надел. Он разбил глаза-кристаллы, вероятно решив, что этого достаточно, чтобы прервать связь.

– Наверняка лорд устроил немалый шум.

Женщина мелодично рассмеялась:

– Они все еще каменеют от ужаса, думая, что Шинсан вновь перешел в наступление. Гоняются за собственным хвостом, не зная, что тут наступил новый порядок и пришел Эхелеб.

– Что случилось?

– Тот, кого зовут Гаруном, сбежал. Остальных покарал лорд Чинь.

– Бин Юсиф вполне мог бы. Он скользкий как змея.

– Он не может вечно пребывать в бегах. Пришел Эхелеб. От правосудия Праккии никому не убежать.

Даже в полубессознательном состоянии Насмешнику показалась, что ее слова слегка напоминают проповедь. Возможно, эта женщина была фанатичкой или новообращенной.

– Что они пытались сделать?

– Лорд Чинь считает, что его готовили как оружие против Шинсана. У человека по имени Рагнарсон на этот счет полная паранойя… Возьми вату и бутылку. Он просыпается.

Послышался шорох. Насмешник почувствовал сладковатый запах.

– Сколько еще?

– Может, месяц. Лорд…

Подобных эпизодов было еще несколько, и все они заканчивались вмешательством бдительных врачей или медсестер. Наконец наступил день, когда ему позволили прийти в себя.

– Слышишь меня?

– Да, – прошептал он. Горло пересохло и болело, словно он не переставал кричать.

Он ощутил прикосновение ладоней к лицу, а затем на щеку надавило холодное острие скальпеля.

– Не шевелись. Мне нужно это разрезать. – Ткань сползла с лица. – Все. Открой глаза, только медленно.

Несколько мгновений он не различал ничего, кроме света и темноты, потом перед глазами возникли очертания фигур, а затем нечеткие овалы лиц. Его окружали трое мужчин и пять женщин, чем-то обеспокоенных.

У одного мужчины открылась дыра на месте рта, и Насмешник услышал:

– Видишь что-нибудь?

– Да.

Появилась рука.

– Сколько пальцев?

– Три.

– Хорошо, – усмехнулась женщина. – Сообщите лорду Чиню, что у нас все получилось.

Они задали еще несколько простых вопросов, а потом освободили его от ремней.

– Ты слишком долго лежал, – сказал все тот же мужчина. – Не пытайся вставать без посторонней помощи. Потом начнем упражнения.

Внезапно все замолчали, и вошел тервола, одетый в черное. Лицо его закрывала маска – черный узор на золоте, рубины, кошка-горгулья. Насмешник съежился. Из-за маски послышался тихий смех. Тервола присел на его постель, откинул одеяло:

– Хорошо. Ожоги полностью зажили. Шрамов почти не останется.

Насмешник не сводил взгляда с маски. Там, где до этого зияли дыры, сверкали драгоценные камни.

– Как…

– Это я виноват. Извини. Я неудачно рассчитал. Твой враг обладал большим могуществом, чем я ожидал. Он оказался трудным противником. Во время схватки ты получил ожоги, за что я приношу тебе искренние извинения. Ты достаточно настрадался. Год пыток… просто удивительно. Ты сильный человек. Мало кто из моих товарищей выдержал бы нечто подобное.

– Увы, заточение лишило меня памяти. И сейчас меня мучает лишь один вопрос – где я?

– В Эхелебе.

Тервола осмотрел глаза Насмешника. И Насмешник заметил, что его собеседник – левша. Человек в маске был правшой. И Гарун тоже.