Города под парусами. Ветры Забвения - Алексей Калугин

– Я не собираюсь подчиняться приказам бабы!

Боец кинул на землю тренировочный меч и презрительно сплюнул.

Он был на голову выше стоявшей перед ним Анны-Луизы Бетанкур Дель-Градо Иннуэндо. И примерно вдвое шире ее в плечах. Голова его была наголо выбрита и блестела от пота. На квадратном лице были вытатуированы две молнии, будто выскакивающие из уголков глаз, летящие через скулы, по щекам и встречающиеся на подбородке. Мускулистый торс был также украшен несколькими татуировками, спорящими меж собой о степени безвкусия своего владельца. Из одежды на бойце были только серые полотняные штаны, заканчивающиеся чуть ниже колен. Босые стопы упирались в землю так, будто вросли в нее корнями и ничто не может их сдвинуть.

Взгляд бледно-голубых глаз бойца был скорее насмешливым, чем суровым. Он много слышал про эту девицу в странном кожаном костюме, которой капитан ни с того, ни с сего вдруг присвоил офицерское звание и назначил своим помощником по работе с командой бойцов. Но, глядя на нее, он не мог поверить в то, что она могла представлять собой хоть какую-то угрозу. Оружия на ней было полно, и не учебного, а боевого, но татуированный боец был уверен, что запросто справится с ней голыми руками. Поэтому он и учебный меч кинул на землю.

Анна-Луиза кольнула бойца холодным, презрительным взглядом.

– Для тебя – старший офицер Иннуэндо.

– Да пошла ты, – боец осклабился в оскорбительной, ернической усмешке. – И знаешь что…

Наверное, Анне-Луизе было неинтересно, что он собирался сказать.

Одним движением она выхватила из-за пояса две небольшие, сантиметров тридцать каждая, деревянные палочки, соединенные короткой цепочкой, с окованными железом свободными концами, и нанесла ими короткий, резкий удар в солнечное сплетение своего оппонента.

Татуированный боец согнулся пополам, раскинул руки в стороны, будто курица крылья, да так и замер в нелепой позе, хватая разинутым ртом воздух и пытаясь удержать текущие из глаз слезы.

– Шесть нарядов на кухню, – Анна-Луиза убрала свои бойцовские палочки на место. – Три – за неуважение к офицеру, три – за неумение держать удар.

Из группы бойцов, прервавших тренировку, чтобы понаблюдать за происходящим, послышались смешки. Судя по всему, адресованные татуированному.

– Кто-то еще хочет оспорить мое назначение? – призывно раскинула руки в стороны Анна-Луиза.

Желающих не нашлось.

Выждав положенное время, Анна-Луиза опустила руки.

– В таком случае, продолжаем тренировку! И давайте-ка посерьезнее относиться к делу, парни. А то вот это, – она не глядя ткнула пальцем в так еще и не сумевшего разогнуться татуированного, – никуда не годится!

– Может, ему помощь лекаря требуется, гос- подин старший офицер? – подал голос один из бойцов.

– Нет, – уверенно ответила Анна-Луиза. – Помощь лекаря ему понадобится, если он захочет повторить подобную выходку.

Бойцы загоготали.

А что? Забавно было посмотреть на то, как девчонка уделала здоровенного мужика.

– За работу! – щелкнула пальцами Анна-Луиза.

Бойцы быстро разобрали оружие и разошлись по тренировочным площадкам.

А что? Смотреть, как девчонка уделывает здорового мужика, оно, конечно, забавно. Но кому хотелось бы оказаться на его месте?

Анна-Луиза неторопливо прохаживалась вдоль тренировочных площадок, на которых сегодня было как никогда многолюдно. Старший офицер Иннуэндо положила конец старым порядкам и выгнала на тренировку всех, за исключением дежурных по кубрикам.

Собственно, с этого и начался конфликт с татуированным бойцом, который попытался было отстаивать свое неотъемлемое, как он полагал, право тренироваться столько, сколько требовала душа, и тогда, когда он сам сочтет нужным. Но его уверенности сужден был недолгий век. Сейчас татуированный старательно махал тренировочным мечом, вымещая свою злость на вращающемся бревне с перекладинами и привязанными к ним грузами, которые при неудачном уходе после удара могли здорово заехать по плечам, спине, а то и по голове.

Понаблюдав за тем, как проходят занятия на площадках, Анна-Луиза по одному подозвала к себе командиров каждой из групп, чтобы дать им необходимые указания насчет того, какие изменения или дополнения следует внести в систему тренировок.

Сделав это, она решила на какое-то время исчезнуть, дабы не смущать своим видом бойцов. Поскольку и сама прекрасно понимала, насколько трудно мужчинам-бойцам смириться с тем фактом, что ими теперь командует женщина. Пусть постепенно привыкают. Анна-Луиза в отставку подавать не собиралась.

Помахивая поднятым с земли прутиком, Анна-Луиза свернула за кубрик, где и налетела на прятавшегося там Джерри.

– Ты что тут делаешь! – удивленно воскликнула Анна-Луиза.

– Жду тебя, – ответил Джерри.

Анна-Луиза окинула Джерри внимательным взглядом и удивленно свистнула. На Джерри был парадный мундир ветрохода: новенькая тельняшка с длинными рукавами, оливковые брюки со складками и ремнем, черные ботинки на высокой шнуровке и малиновый берет. Оливковую куртку с открытым воротом и эмблемой Корнстона на левой стороне груди Джерри надевать не стал по причине того, что город еще не успел далеко уйти от Сибура и деньки все еще стояли жаркие. Аккуратно сложенная куртка висела у него на сгибе руки.

– Ты куда это так вырядился? – спросила Анна-Луиза.

– Мне нужно в городок, – Джерри подбородком указал в сторону кормы.

– А туда только в парадной форме пускают?

– Нет, но у меня… – Джерри замялся, опустил взгляд. – Ну, в общем, я как бы с официальным визитом.

– Поздравляю, – улыбнулась Анна-Луиза, собираясь пройти мимо.

Ее не интересовало, что за дела у Джерри в городке. Она не имела привычки лезть в чужие дела. И терпеть не могла, когда кто-нибудь совал свой нос в то, чем она занималась. Шибко любопытный имел все шансы остаться без носа.

– Постой! – протянул руку, чтобы задержать ее, Джерри.

В ответ Анна-Луиза вскинула свои руки, давая понять, что прикасаться к ней не стоит.

– Извини, – опустил руку Джерри.