Лучи уходят за горизонт. 2001-2091 - Кирилл Фокин

Нам Туен не мог понять, то ли сетевой аватар не передаёт мимику Иоанна, то ли тот сам по себе сохраняет спокойное лицо и не помогает себе руками во время восклицаний. Скорее всего, решил Нам Туен, Иоанн говорит искренне.

— Происходящее в Западной Азии, — продолжил Иоанн, — касается всех нас. И если «Фариштаха» захватит власть, получит ракеты… Политика — это искусство возможного. Поэтому я обращаюсь к вам, господин Нам Туен, спаситель корейского народа. Помогите мне спасти ещё и народ всей Земли, пожалуйста.

— Чего вы хотите от меня?

— Цзи Киу должен узнать об оружии американцев, — сказал Иоанн. — И дать своё согласие на его использование против Пакистана с последующей гуманитарной интервенцией против «Фариштаха» и других организаций «Возрождения».

— Это официальное предложение?

— Нет. Я прошу вашей помощи.

— Хорошо, Иоанн, — сказал Нам Туен. — Я согласен с вами в оценке происходящего. Я не представляю, как и чем я могу вам помочь, но я готов вас выслушать.

— У вас ведь были связи с Цзи Киу.

— Наше сотрудничество с Китаем носит стратегический характер.

— У вас были связи и более тонкого свойства.

— Поясните.

— Вы знаете, о чём я говорю.

— Нет.

— Туен, — сказал Иоанн, — сейчас нам угрожает возврат в средневековье с танками и ядерными боеголовками. Неужели вы полагаете, что сейчас имеет значение тот факт, что вы попросили президента Цзи — бывшего тогда министром — убить генерала Кима?

Нам Туен промолчал.

— Я бы и сам на вашем месте поступил так же, — заверил Иоанн. — За вами пристально следило ЦРУ, и всё это время данные находились в нашем распоряжении…

— ЦРУ, — повторил Нам Туен и вдруг вспомнил свой давний разговор с Тао Гофэном, когда он в первый раз возвращался из Пхеньяна и узнал, что его жену и детей насильно вернули в Китай, а его былая соратница Хоу У завербована американцами.

— ЦРУ передало материалы в МИ-6, — пояснил Иоанн. — Вы достаточно хорошо знаете Цзи Киу, вы помогли ему стать президентом, и вы десять лет провели в тюрьме за свои убеждения, ему известно, что вас не сломать и не запугать. Встретьтесь с Цзи Киу, расскажите ему об оружии американцев и убедите его согласиться на операцию… Если кто-то в этом мире на это и способен, то его сетевой аватар я сейчас вижу перед собой.

— Цзи Киу не поддаётся на уговоры, а заключает сделки, — ответил Нам Туен. — Я не хочу знать, господин Касидроу, сколько государственных секретов вы выдали и сколько обещаний нарушили, но если у американцев действительно есть оружие, которое может перехватить контроль над арсеналами Пакистана… То же самое оружие может быть использовано в отношении Китая.

— И Великобритании. И Франции. И России. И любой другой страны.

— Цзи Киу не согласится, — возразил Нам Туен. — И, узнав, тут же прикажет похитить технологию или создать средства противодействия… Это новая холодная война.

— В таком случае придётся поставить его перед фактом. Американцы используют оружие немедленно. А если президент Цзи будет благоразумен, то сразу после операции они передадут контроль над оружием в руки международного комитета.

— Куда войдёт Китай?

— Куда войдёт Китай, — подтвердил Иоанн. — И который станет альтернативой Совету Безопасности и после, я думаю, его полноценной заменой.

— Цзи Киу захочет участвовать в формировании этой организации.

— Он получит это право.

— Иоанн, — спросил Нам Туен, — вы можете это гарантировать?

— Да.

— Кто даёт гарантию?

— Европа, — ответил Иоанн.

Нам Туен кивнул. Следующие пятнадцать минут он потратил на выяснение деталей. Предложение Иоанна поразило его.

— Я хочу реформировать ООН, — рассказывал тот. — Я не говорил об этом никому кроме вас, Туен, надеюсь, вы понимаете… Я хочу заставить Организацию работать. Я хочу создать новый международный комитет, ввести туда Евросоюз, обе Америки и представителей от Азии… Региональный принцип, который заложит фундамент для будущего объединения. Для новой системы союзов, которая переплетёт весь мир…

Нам Туену эти предложения показались утопическими; но их озвучивал исполняющий обязанности министра иностранных дел Евросоюза на секретной встрече внутри Всемирной сети, и говорил он это бывшему узнику спецтюрьмы на островах Блонд, который вернулся и объединил Северную Корею с Южной.

«“…Из-за вашей биографии, — вспомнил Нам Туен начало разговора, — я верю, что мы с вами похожи”. И правда, что может быть убедительнее, чем моя биография, сам факт этой встречи и этих слов, произнесённых здесь, между нами?..»

— Хорошо, Иоанн, — сказал Нам Туен. — Я отправлюсь к президенту Цзи и озвучу ему ваши слова. Он узнает об оружии американцев и получит предложение принять участие в задуманном вами…

— Если до этого дойдёт, — усмехнулся Иоанн, — и мы с вами не умрём от выведенного пакистанцами вируса…

— Да…

— …или не станем радиоактивным пеплом раньше.

— Да. — Нам Туен помедлил.

— Спасибо вам, господин Нам, — сказал Иоанн. — Вы моя последняя надежда.

— Спасибо вам, Иоанн, — ответил Нам Туен. — Не будем терять времени.

Они оба вышли из Сети, и Нам Туен открыл глаза. Он поднялся с кушетки и отключился от компьютера. Некоторое время сидел без движений и смотрел в пол.

— Простите? Вам плохо? — услышал он голос.

— Нет, — ответил он. — Я чувствую себя очень хорошо.

В соседней комнате Тао Гофэн вёл совещание и ждал, пока Нам Туен закончит встречу. Он дождался. Что же, подумал Нам Туен, этот день так хорошо начался. Оценку тому, как он проходит, Нам Туен пока дать побоялся. Но в нескольких вещах он был уверен уже сейчас: во-первых, совещание он не закончит, во-вторых, в театр вечером не попадёт. А в-третьих — и это вызывало больше всего сомнений, но и давало больше всего надежд! — у него возникла идея. Вероятно, ему выпало сделать в своей жизни ещё одну важную вещь. И увидеть, как из хаоса военной тревоги, паники и ненависти, религиозных войн и страха родится Азиатский союз.