Погибель Империи. Наша история 1965–1993. Похмелье - Марина Сванидзе

Это нормальная феодальная система. И Горбачев десятилетия спустя скажет про эту систему: «Безотказный, крепостнический механизм».

Брежнев сам тщательно отбирал людей на должности первых секретарей. Правда, до этого шел долгий сбор информации из разных источников. Как раз один из таких источников, по Горбачеву, – глава КГБ Андропов. Они познакомились весной 1969 года. Андропов приехал отдыхать в Железноводск на территории Ставропольского края. Горбачев был тогда вторым секретарем крайкома. Андропову не нравился тогдашний первый секретарь, и на встречу был направлен второй – Горбачев. Горбачев вспоминает, что позже раза два отдыхали в одно время, семьями совершали совместными прогулки. Иногда сидели у костра, жарили шашлыки. Прекрасная южная ночь, тишина, костер и разговор по душам. Офицеры охраны привозили магнитофон. Горбачев в воспоминаниях пишет, что Андропов особо выделял Высоцкого, любил его песни и сам неплохо пел. Лирическая сцена – Андропов, поющий летней ночью песни Высоцкого, – нисколько не усложняет образ Андропова: советская номенклатура любого уровня живет по элементарному правилу – что позволено нам, совсем не следует позволять народу. Концерты Высоцкого запрещены и в то время, когда Андропов слушает его с Горбачевым, и потом, вплоть до самой смерти Высоцкого, и диски, и книги которого будут запрещены до смерти Андропова и до прихода Горбачева.

Андропов не был сторонником прихода более молодого поколения в высшую власть. О старых и молодых во власти у них с Горбачевым на Ставрополье был разговор еще в 75-м году. В изложении Горбачева это был откровенный разговор. Горбачев спрашивает Андропова: «Вы думаете о стране или нет?» – «Что за дикий вопрос? – реагирует Андропов. «Но ведь в течение ближайших трех-пяти лет большинство членов Политбюро уйдет. Просто перемрет. Они уже на грани», – продолжает Горбачев. Андропов в ответ смеется: «Ну, ты уж нас совсем». – «Да я не о вас лично, но надо ведь думать об этом», – продолжает Горбачев. Андропов отвечает: «Когда двигаешь человека в годах, за его плечами опыт, и нет у него амбиций. Делает свое дело без всяких карьеристских замашек. А все эти молодые только и думают о карьере, о том, чтобы перескочить повыше».

При этом Андропов заинтересован в том, чтобы привести наверх своих людей, он ищет возможность расширения собственной опоры для прихода на первую должность в стране. Возможности шагнуть на вершину Андропов готов ждать долго. Он учит Горбачева: главное – терпение и лояльность.

В 78-м году Андропов откровенно протежирует Горбачева. Предлагает совместить по времени их отпуска, встретиться в Кисловодске. Горбачев вспоминает, что в тот отпуск много говорили о ситуации в стране.

На время их совместного отдыха придется приезд Брежнева в Минводы. Брежнев едет в Баку и по дороге делает остановки, общается с трудящимися, с местным руководством. В Ставропольском крае Брежнева встречают Горбачев с Андроповым. Едут они на вокзал в одном ЗИЛе. Это была та самая встреча, когда на перроне вокзала собрались сразу четыре генеральных секретаря – в смысле, один действовавший на тот момент и три последующих: Брежнев, сопровождавший Брежнева Черненко, Андропов и Горбачев. Вскоре после этой встречи Горбачев станет секретарем ЦК по сельскому хозяйству. После избрания Горбачева поздравит премьер-министр Косыгин: «Поздравляю вас с избранием, рад вашему появлению среди нас». Эта мелочь не скроется от Андропова. Андропов при первой же возможности скажет Горбачеву: «Ты понимаешь, Михаил, сейчас самое главное – единство. И центр его – Брежнев. Запомни это. А то, я смотрю, тебя уже Косыгин начал обхаживать. Держись».

Наряду с Горбачевым Андропов переводит в Москву главу Ленинградского обкома Романова. Горбачев пишет: «Андропов прекрасно знал личные качества Романова, знал, что это ограниченный и коварный человек с вождистскими замашками, видел, что на Политбюро от него редко можно дождаться дельной мысли. И тем не менее перевел его в Москву, рекомендовал избрать секретарем ЦК по оборонной промышленности». После смерти Андропова Романов станет конкурентом Горбачева. Но в 83-м генсеком изберут совершенно больного Черненко, который был не жилец и потому устраивал всех: появлялось время для подковерной борьбы. Горбачев пишет: «Все проголосовали за Черненко, в том числе и я». При новом генсеке Черненко Горбачеву удается сохранить позиции. Он ведет заседания Секретариата ЦК и Политбюро.

Насколько возможно, не отпускает генсека Черненко, играет против Романова. За время правления Черненко умирает министр обороны Устинов, который поддерживал Горбачева. Но еще жив министр иностранных дел Громыко, в прошлом, как и Устинов, политический партнер Андропова, а следовательно, союзник Горбачева.

Одно время после смерти Андропова Громыко сам стал проявлять активное стремление к власти. Но с Громыко, через его сына, наладили отношения по линии КГБ. Очень серьезным фактором к тому же была позиция ряда первых секретарей обкомов, которые не желали прихода очередного старика. Уже возникло некое ядро из этих региональных первых секретарей. В свое время одни обкомовские секретари обеспечили победу Хрущева над Молотовым и Маленковым. Потом другие помогли Брежневу свалить Хрущева. Потом новые составили опору Андропова. Теперь они идут к Горбачеву с тем, чтобы он взял на себя обязанности генсека. В результате именно Громыко предложит кандидатуру Горбачева на Пленуме ЦК. А Пленум ЦК с ядром из первых секретарей обкомов единодушно проголосует за Горбачева.

В соответствии с накопленным опытом Горбачев сразу же меняет баланс сил в Политбюро. Он вводит в его состав своих – Лигачева, Рыжкова и главу КГБ Чебрикова. Через пару месяцев Горбачев удаляет из ПБ Романова. Тогда же он делает Громыко Председателем Президиума Верховного Совета, должность почетная, формальный глава непартийной власти, но в СССР – пустая. К тому же Громыко лишается привычной возможности курировать МИД. Министром иностранных дел Горбачев делает Шеварднадзе. Появляются новые секретари ЦК. В частности, Ельцин. Вскоре он возглавит вместо Гришина Московский горком партии. Завотделом пропаганды в ЦК становится Яковлев, зав. общим отделом – Лукьянов. Кроме того, в ближайшем окружении – выходцы из международного отдела ЦК Черняев и Шахназаров. То есть Горбачев очень быстро, откровенно формирует свою команду. Это аппаратный переход в новейшую историю.

Начало правления Горбачева лишено всякой программы действий. Идут беспорядочные большие совещания. Сначала по подъему машиностроения. Потом по сельскому хозяйству. Горбачев едет на Украину. Это лето 85-го. На встрече с украинским руководством Горбачев заговорит о плачевном экономическом положении, о том, что хлеб на Украину уже давно приходится завозить, что ведущие промышленные отрасли республики в скверном состоянии. Местная власть удивлена непривычным тоном разговора.

Потом Горбачев поедет в Восточную Сибирь. В СССР, сидящем на сырьевой игле, к 85-му году падает добыча нефти и газа. Практически после той поездки Горбачева в отрасли ничего не изменится. Внеэкономическое «ручное управление» на месте бесполезно. Но у него остаются впечатления. В Уренгое все население города вываливает на улицу. Люди впервые заговорили: «Как же так, живем в вагончиках, всего не хватает. Газ нужен Союзу, а мы никому не нужны. Привозят залежалый товар, который нигде сбыть не могут, молока нет. Оборудование привозят в россыпи. Кое-как тут собираем. Для этого новых людей везут, а снабжения, жилья нет».