Исторические районы Петербурга от А до Я - Сергей Глезеров

Акварели с видами Лесного, принадлежащие перу жившего на Английском проспекте (ныне – пр. Пархоменко) Виктора Павловича Половникова, известного горного инженера, 1915 г. Из семейного архива его внука, П.В. Половников а

Послереволюционная судьба Лесного характерна для большинства бывших столичных предместий: в 1920 – 1930-х гг. здесь еще сохранялся полугородской-полусельский облик.

«Берегите Лесной! – призывала на своих страницах летом 1923 г. „Красная газета“. – Лесной – лучший район Петрограда. Летом в праздничные дни сюда съезжаются рабочие, служащие разных питерских районов отдохнуть и подышать свежим воздухом. А сейчас… на улицах Лесного пасутся коровы, козы и другой домашний скот. Обгладывают сирень, акации… На углу Лесной и Болотной улиц в 1913 году был разбит растительный питомник. В годы империалистической войны ему было отведено особое внимание – тут выращивались лекарственные растения. А теперь на этой площади делают гряды под огород, сеют картофель и другие овощи, а оставшиеся деревья объедают козы».

Тем не менее сегодняшним старожилам Лесного, чье детство пришлось на предвоенные годы, тот, прежний Лесной, вспоминается настоящим раем. В 1960-х гг. сюда пришел город. От старого Лесного ныне уцелело лишь несколько домиков, среди которых – знаменитый своим революционным прошлым дом на Болотной, особняк у площади Мужества, который старожилы называют «домом Шаляпина», домик профессора Лесного института Кайгородова у Серебряного пруда. Вместе с реконструкцией района почти все улицы Лесного утратили свои исторические имена. Причем, как это нередко происходило, многие новые названия, выдержанные в советском духе, совершенно не привязывались к исторической местности. Постепенно стало утрачиваться и само название местности – Лесной.

Проект застройки площади Мужества разрабатывал в 1959 – 1960 гг. известный ленинградский архитектор Л.Л. Шретер в соавторстве с Л.И. Шимаковским, при участии С.Д. Тартаковского и Н.А. Зазерского. Одновременно с работой на площади Мужества под руководством Шретера велась застройка районов, примыкавших ко 2-му Муринскому проспекту, проспектам Мориса Тореза, Энгельса и Гражданскому. Надо отдать должное: новостройки органично вписались в природную среду Лесного. Несмотря на то что архитекторы 1960-х гг. стояли в жестких рамках стандартов и норм, новостройки Лесного согласуются с существовавшим городским и природным ландшафтом. Именно знание авторами застройки Лесного законов классической архитектуры и бережное отношение к природе помогло придать новым районам уютность и человечность…

Душа, уникальная аура Лесного, память места осталась. Одним из ее хранителей является ныне ученическое научное общество гимназии № 74 на Болотной улице, возглавляемое талантливым педагогом Наталией Павловной Большаковой.

Еще одним очагом изучения северных районов Петербурга стал Дом детского творчества (ДДТ) «Союз» на пр. Раевского (дом 5, корп. 2). В сентябре 2008 г. здесь открылся Музей истории Лесного. Появление музея стало логичным продолжением серьезной краеведческой работы, которая ведется существующим еще с начала 2000-х гг. в рамках ДДТ «Союз» краеведческим центром «Лесное» под руководством Галины Ивановны Костаковой. Огромная заслуга в организации музея принадлежала директору ДДТ «Союз» Елене Петровне Широковой, а организатором музея стала педагог Елена Андреевна Мозгалевская – прапраправнучка декабриста Николая Осиповича Мозгалевского…

И, наконец, весьма немаловажный вопрос, имеющий очень важное краеведческое значение: как же все-таки правильно говорить – Лесной или Лесное? Вопрос этот в последнее время вызывает острые дискуссии. Действительно, в большинстве дореволюционных справочников и путеводителей встречается исключительно написание «Лесной», однако в то же время в народном обиходе оно стало переиначиваться на домашнее, простое – «Лесное». Так все же – как правильно?

По мнению автора этих строк, вопрос о правильном употреблении названия Лесного вовсе не является дискуссионным. У него есть только один верный ответ – Лесной. Именно в такой и только в такой форме следует использовать название района.

Четкие аргументы в данном вопросе выдвинула филолог Галина Всеволодовна Кравченко – внучка одного из основателей Кружка изучения Лесного, преподавателя Коммерческого училища В.А. Трофимова. Она обращает внимание на то, что практически во всех дореволюционных источниках употребляется только «Лесной». Это относится к картам, к фотодокументам (открыткам), упоминаниям в книгах и периодике, справочным изданиям («Весь Петербург» и др.), почтовой корреспонденции, свидетельствам жителей Лесного. Важно, что и в современной краеведческой литературе чаще всего, хотя и с некоторыми оговорками, используется именно понятие «Лесной».

Наконец, как известно, название «Лесной» произошло от Лесного корпуса (института). Точно так же общеупотребительное сегодня понятие «Смольный» пошло от Смольного института, только слово «институт» впоследствии отпало за ненужностью. Таким образом, мы имеем дело с переходом одной части речи в другую: прилагательное трансформировалось в существительное. В филологии этот процесс, весьма характерный для русского языка (вспомним слова «военный», «рабочий» и т. д.), называется субстантивацией.

Что же касается понятия «Лесное», то в нем нет исходного существительного. Оно образовано по типу названий «Ягодное», «Степное», то есть путем выделения обобщающего признака – особенности данной местности. Таким образом, в этом случае получалось бы, что наше, петербургское «Лесное» получило свое название от признака местности – леса. А это уже – серьезная историческая ошибка, которая грозит подменой понятий.

Почему так важно точно определить: «Лесной» или «Лесное»? Галина Всеволодовна Кравченко так отвечает на этот вопрос: «С чего начинается Родина? С имени того места, где ты родился и вырос. Для меня это – Лесной. Он всегда был для меня важным, дорогим словом. С него начиналась моя Родина. Потерять это слово – значит, потерять память о Родине…»