Исторические районы Петербурга от А до Я - Сергей Глезеров

Деревня с таким названием находилась за Большой Охтой. «Топонимическая энциклопедия Санкт-Петербурга» 2003 г. обозначает Исаковку в следующих современных границах: между шоссе Революции, рекой Охтой, Новомалиновской дорогой, Партизанской ул., пр. Энергетиков, ул. Дегтярева и пр. Металлистов.

В конце XIX в. в Исаковке насчитывалось 72 дома и 400 человек жителей. Здесь, в Исаковке, а также на Пороховых заводах было сосредоточено токарное ремесло – здесь выделывалось больше всего ручек для разных инструментов, ножек для мебели и ручек для гробов, а также игрушек.

Исаковка на карте Петрограда, 1916 г.

По сообщению «Петербургского листка» от августа 1895 г. «обыватели Исаковки и соседних деревень начали открытую борьбу с кабаками, которые положительно заполонили эту местность. Наибольшим злом являются здесь постоялые дворы одного и того же владельца, один – в Исаковке, другой – в слободке. Для чего понадобились здесь постоялые дворы, Аллах ведает, а между тем они торгуют водкой и пивом, и к ним стекаются толпы пьяных рабочих по закрытию трактиров».

«С того времени, как петербургские домовладельцы чуть ли не вдвое увеличили цены на квартиры, в Исаковке вырос целый ряд зимних дач с довольно красивой и изящной архитектурой, – отмечал обозреватель „Петербургской газеты“ в июне 1898 г. – Уже в прошлом году здесь насчитывалось несколько тысяч городских жителей – преимущественно мелких служащих купеческих контор, банковских и других учреждений. Неудобство сообщения с городом вознаграждается дешевизной квартир. Земство приступило к замощению пролегающих здесь улиц, возлагая на дачевладельцев всего лишь одну треть расходов».

В конце 1890-х гг. в Исаковке появились дом трудолюбия и школа. Один из местных дачевладельцев, М.В. Проворов, пожертвовал для этих двух учреждений 700 кв. саженей земли. При школе разбили сад, а существовавшую и прежде в Исаковке часовню присоединили к дому трудолюбия.

Дела с благоустройством в Исаковке обстояли неважно. «Обывателям густо населенной деревни Исаковки, Пороховых и жителям более двухсот сел и деревень Петербургского и Шлиссельбургского уездов угрожает опасность быть отрезанными как от Большой Охты, так и от города, – сообщал в июне 1904 г. репортер „Петербургского листка“. – Дело в том, что на рубеже Исаковки и Большой Охты устроенный через реку Чернавку мост пришел в ветхость. Местами вместо настила образовались громадные дыры, и нет дня, чтобы здесь дело обошлось без нескольких случаев калечения лошадей.

В случае пожара Исаковке угрожает опасность не получить помощи со стороны городских пожарных частей, так как мост этот служит единственным местом для проезда в Исаковку, между тем как при настоящих условиях проезд сюда с городским тяжелым пожарным обозом совершенно немыслим. Не мешало бы уездной земской управе немедленно приступить к ремонту моста».

…Память об Исаковке хранит ныне Объездное шоссе в Красногвардейском районе, которое проходит от проспекта Энергетиков до реки Большой Охты. Названо оно так было потому, что по нему можно было объехать Исаковку с севера.

Любопытная страница из истории Исаковки связана с русскими террористами-народовольцами. В начале 1880-х гг. в Исаковке некоторое время жила Ольга Любатович – участница «Народной воли», вступившая в эту организацию вскоре после ее основания. «По натуре очень живая, энергичная и способная, она была моей товаркой по Цюрихскому университету и Берну, – вспоминала революционерка Вера Фигнер. – В студенческом кружке Бардиной, среди „Фричей“, как называли нас, она отличалась горячностью и резкой нетерпимостью».

Вернувшись из-за границы в Россию, Ольга Любатович поступила простой работницей на бумагопрядильную мануфактуру близ Москвы, где занималась распространением социалистического учения среди рабочих. В 1875 г. она была арестована, три года отсидела в тюрьме, а потом отправлена в ссылку в Сибирь. В июле 1878 г. бежала из ссылки за границу, а когда «социалистическое сообщество» распалось на «народников» и «террористов», вернулась в Россию как участница террористического крыла. В ту пору она была очень близка к Николаю Морозову, который являлся редактором обозрения «Народная воля».