Его повесили на площади Победы - Лев Симкин

Линия защиты была выстроена и продемонстрирована Еккельном еще 4 января, на допросе после предъявления обвинения. Вину он признал, но частично: да, проводил карательные экспедиции против советского народа, в отдельных случаях приказывал сжигать хутора и села, да, оказывал помощь в угоне в Германию советского населения силами подчиненной ему полиции. Но что касается массовых арестов, пыток и прочих зверств органов СД и гестапо Остланда, хотя они и были подчинены ему территориально, — все это делалось по приказам германского правительства. К ним он причастен лишь постольку, поскольку подчиненные ему об этом докладывали.

Свою вину за произошедшее на Украине не признал вовсе: «Ликвидация евреев проводилась айнзатцкомандами, командир айнзатцгруппы — бригадефюрер СС Отто Раш… Были случаи, когда подчиненные мне войска принимали участие в оцеплении». И только.

Кстати, уловка с оцеплением была очень популярна у коллаборационистов-полицаев. О чем мне известно как человеку, изучившему десятки материалов судебных процессов над ними: все они, включая непосредственных участников экзекуций, уверяли, что были заняты лишь в оцеплении…

Впрочем, на проходившем в Риге процессе отпираться от участия в «акциях» в Румбуле было бессмысленно. Еккельну пришлось признать, что был там трижды, присутствовал на расстрелах.

— С какой целью присутствовали?

— Если я даю задание подчиненным, всегда проверяю исполнение моих указаний. Если они получают трудное задание, я всегда нахожусь в первых рядах, чтобы показать пример.

«Шум в зале». Обычно секретарь судебного заседания такое в протоколе не пишет, но тут — особый случай.

Вот еще один из диалогов с прокурором.

— Я не имел никакого приказного положения по отношению к СД и полиции безопасности и никогда не отдавал им приказы.

— Для чего вы слушали их доклады?

— Они меня просто информировали о том, что творится в стране.

— Они докладывали вам как постороннему человеку или как высшему руководителю полиции?

— Они мне не докладывали, они меня информировали.

— Почему они сообщали все это вам, а не Юсту, например?

— Потому что я был высшим руководителем СС на территории Остланда.

— Вот это меня и интересует.

«Смех в зале». Опять комедия положений.

На самом деле в ведении высших фюреров СС и полиции находились следующие формирования: территориальные органы безопасности и СД, части вспомогательной полиции, айнзатцкоманды в тылу действующей армии, а также подвижные полицейские части для борьбы с партизанским движением и местные полицейские части — охранная полиция и жандармерия. В ведении — но не в прямом подчинении. Это, кстати, дало повод коллеге Еккельна фон дем Баху позже апеллировать к немецкому суду по поводу формального, представительного характера данной должности.

Уполномоченный Гиммлера имел право координировать все акции, координация нередко значила куда больше, чем прямое подчинение того или иного отряда карателей.

Еккельн:

— Да, я всего лишь подчинялся!

— Кому?

— Гиммлеру.

— Кому еще?

— Только ему.