Клайв Стейплз Льюис. Человек, подаривший миру Нарнию - Алистер МакГрат

В воскресенье 22 октября 1939 года университетская церковь Св. Девы Марии в Оксфорде была битком забита студентами и преподавателями. Большая, чуткая аудитория, общее настроение — торжественное и немного подавленное, тема проповеди — «Никаких иных богов: культура в пору войны», проповедник — К. С. Льюис. Его мощная речь в защиту привычного академического порядка перед лицом мирового конфликта, неуверенности в завтрашнем дне, растерянности произвела глубокое впечатление на слушателей. С началом войны стало ясно, как все обстоит на самом деле, рассуждал Льюис, мы вынуждены отбросить оптимистические иллюзии насчет самих себя и мира в целом. Реализм вновь воссел на престол. «Мы безошибочно различаем, в какой вселенной жили и прежде, и ныне, и пора принять это»^[433].

Каждый, кому довелось побывать в Оксфорде в 1914–1918 годах, в пору Великой — теперь Первой мировой — войны, невольно припоминал сокрушительные последствия войны для университета. Число студентов резко сократилось, преподаватели ушли на войну, здания колледжей использовались для военных нужд. Теперь, с началом Второй мировой, повторялось то же самое, хоть и в меньших масштабах. Возникли также и новые проблемы. Невозможно было пренебречь угрозой бомбежки с воздуха. Затемнение погрузило весь маленький город в стигийскую тьму, какой здесь не ведали со времен Средневековья. Дефицит бумаги привел к тому, что студентам не хватало учебников для занятий.

В Килнсе тоже произошли перемены. 2 сентября, на следующий день после вторжения Германии в Польшу, Уорни призвали на действительную службу (подав в отставку 21 декабря 1932 года, Уорни оставался в офицерском резерве). Он получил приказ немедленно отправиться в Каттерик (Йоркшир). Две недели спустя его командировали во Францию налаживать доставку пополнения и боеприпасов для Британского экспедиционного корпуса, присвоив ему звание майора.

Через несколько часов после отъезда Уорни в Килнсе появились четыре жилицы — эвакуированные из Лондона школьницы. И далее в связи с угрозой авианалетов в Килнс будут поступать эвакуированные, некоторые прожили в этом доме много месяцев. В переписке Льюиса за этот период часто с недоумением упоминаются жалобы подростков на то, что им нечем заняться. «А почитать они не пробовали?» — удивлялся он.

Но в первые недели войны ему хватало и других забот. Акт о всеобщей мобилизации, подписанный 3 сентября 1939 года, предусматривал поголовный призыв всех жителей Великобритании мужского пола в возрасте от 18 до 41 года. Льюису было еще только сорок, и он явно встревожился. Неужели его призовут? Ему вовсе не хотелось сражаться на второй в своей жизни войне. На следующий день после вторжения немцев в Польшу Льюис обратился к главе Магдален-колледжа Джорджу Гордону, и тот рассеял его опасения: 41 год Льюису исполнялся 29 ноября, через два с небольшим месяца. Не о чем беспокоиться^[434].

В итоге Льюису была отведена в этом историческом событии роль наблюдателя, а не активного участника. Летом 1940 года он присоединился к «Волонтерам местной самообороны» (позднее эта организация была переименована в «Местную гвардию») и одну ночь из девяти проводил на дежурстве, «обходя самые угрюмые и вонючие закоулки Оксфорда»^[435]. Эти обходы с 1.30 до 4.30 с винтовкой на плече казались ему довольно нелепыми, он сравнивал себя с Кизилом из шекспировской комедии «Много шума из ничего»^[436]. Но все же он полюбил тот покой и уединение, которыми наслаждался на прохладных пустынных улицах Оксфорда в предутренние летние часы.

Переписка начала 1940-х годов рисует картину, знакомую всем исследователям Британии военной поры: необходимость экономить, недостаток еды и самых необходимых товаров, беженцы и эвакуированные в твоем доме, глубокая тревога за будущее. Порой методы Льюиса справляться с этими проблемами выглядят немного комично: например, «экономия военного времени» — подавать чай вместо мадеры, когда он обсуждает с друзьями Данте. После отъезда Уорни Льюис перебрался работать в меньшую гостиную своей квартиры в Магдален-колледже, ее легче было обогреть: тем самым снижались расходы на уголь^[437].