Добрый медбрат - Чарльз Грабер

«Святого Варнавы? – спросил Тим. – Ты надо мной издеваешься». Этот парень впервые поработал медбратом в том же месте, где Брон впервые поработал охранником. Брон посмеялся над очередным совпадением в этом деле. «Это я возьму на себя», – сказал Тим и взял пальто. Дэнни не возражал. Ему предстояло заниматься делом.

Дорога до Сомервилля проходила через холмы и вела на главную улицу пригорода, которая начинала теснить дома, стоящие на ней: двери открывались прямо на оживленную автотрассу, а на крыльце копились выброшенные игрушки. Все деньги были на холмах, где стояли псевдоособняки со знаками, предупреждающими о наличии сигнализации. Центр святого Варнавы построили на подъеме, посередине между самой высокой и самой низкой точкой. Он был на месте, сразу за старым бассейном, где Тим раньше парковался, приезжая на смену. Он почувствовал легкий укол ностальгии, когда заехал на парковку. С тех пор как он был здесь в последний раз, прошло несколько десятилетий.

Тим впервые работал в медцентре святого Варнавы по ночам и выходным во время учебы в старших классах в конце семидесятых, добираясь от родительского дома на «бел-эйре» 63-го года, который называл «пивным фургоном». После выпуска из школы он вложил накопленные деньги в новенький темно-синий «мустанг» 78-го года с четырехступенчатой коробкой передач – хорошую машину, которую нехило разбил, слишком наслаждаясь настоящим, чтобы думать о чем-то еще. Тим поступил той осенью в колледж Уэсли и начал там футбольную карьеру. Его даже назвали защитником недели после игры с «Пенн стейт»^[9], и его лично поздравил легендарный тренер Джо Патерно. Но с Уэсли дело не заладилось. Тим поступил в академию и уже через год носил значок. До этого момента он работал в больнице.

В «Святом Варнаве» Тим был на стартовой позиции, но синяя форма охранника и металлический значок давали мимолетное ощущение власти, так же как и форма медсестры или халат доктора. Тим был потрясен тем, что прощалось человеку в форме.

Тот медцентр святого Варнавы, который Тим знал, был похоронен под стройкой стоимостью в полмиллиарда, что прошла за последние шесть лет и держалась на облигациях с уровнем риска AAA, таких же надежных, как попытки угадать смерть или рост налогов. Он припарковал «краун-викторию» рядом с грязной будкой охранника, где тот собирал оплату за парковку, и поразился незнакомому зданию.

Приросли новые отделения, пристройки и офисы. Учреждение предлагало одновременно центр по лечению ожирения и круглосуточный «Макдоналдс». От ностальгического путешествия Тим почувствовал себя немного старым, и у него закружилась голова. Он остановился в новом открытом кафе – небольшом красочном заведении, где медработники могли покурить во время перерыва. Это было такое веселое место, где можно взять кофе, если ты не очень привередлив. Почему бы нет? Сын Тима родился в «Святом Варнаве». В какой-то момент после выхода на пенсию Тиму, вероятно, тоже придется здесь оказаться, подключенным к аппаратам под наблюдением незнакомцев в зеленой униформе. Все здесь оказываются рано или поздно.

Дымовая труба, которую он помнил, стояла на месте, но теперь не изрыгала дым. Он больше не мог определить, где была вертолетная площадка. В то время спасатели-дайверы прилетали в центр святого Варнавы, где находилась самая большая гипербарическая камера в мире и единственное в штате отделение ожогов – Тим каждый раз гордился, когда отдавал честь военным пилотам. «Си кинг» сначала слышишь и только потом видишь: он как летающий трактор-трейлер. Тим был готов поклясться, что за спокойной музыкой, доносящейся из встроенных в потолок лобби динамиков, он все еще слышал шум лопастей вертолета, везущего пачками людей с ожогами.