МИД. Министры иностранных дел. Внешняя политика России: от Ленина и Троцкого – до Путина и Медведева - Леонид Млечин

21 августа, в пятницу, все фракции Государственной думы выразили недоверие правительству и потребовали отставки Кириенко. В Москву срочно вернулся Виктор Черномырдин, который находился в Оренбурге. Он правильно рассчитал, что настал его час, потому что в окружении президента заметались в поисках фигуры, которая могла бы спасти ситуацию. Сам Черномырдин первым делом поехал в Государственную думу договариваться с депутатами. Он говорил им:

— Пора действовать. Товарищ Кириенко растерялся, его ребята разбежались.

Черномырдин предлагал коалиционное правительство. Партии отказываются от политической борьбы, делегируют самых толковых в правительство и общими усилиями вытаскивают страну из кризиса. По словам Черномырдина, лидер коммунистов Геннадий Андреевич Зюганов его поддержал. Поддержал и Николай Иванович Рыжков, лидер фракции «Народовластие»: Черномырдин хорош тем, что ему не надо осваивать новое дело, он все знает.

22 августа, в субботу вечером, глава президентского аппарата Валентин Юмашев привез Ельцину на дачу проекты двух указов — об отставке Кириенко и назначении Черномырдина.

23 августа, в воскресенье утром, Ельцин вызвал к себе Кириенко. Когда Сергей Владиленович ехал к президенту, он понимал, что почти наверняка уедет уже не главой правительства. Попрощавшись с Кириенко, Ельцин сразу пригласил к себе Черномырдина, который жил по соседству, и предложил ему сформировать правительство. Черномырдин с удовольствием принял предложение, но поставил свои условия. Он получает значительно большие полномочия, чем прежде, а президент соглашается ограничить свою власть. Виктор Степанович старался не только для себя. Он должен был получить поддержку Думы и брался добыть для оппозиции то, чего она тщетно добивалась много лет, — отказа президента от своего всевластия. Он полагал, что это предел мечтаний оппозиции — конституционная реформа, передел полномочий в пользу Думы и правительства. Виктор Степанович предложил основным думским фракциям подготовить политическое соглашение. Если президент его подписывает, то Дума автоматически утверждает Черномырдина.

Президент был в таком состоянии, что соглашался на все. В те дни казалось, что президент настолько болен и слаб, что вообще вот-вот сам подаст в отставку. Ельцин действительно подписал политическое соглашение. Думу охватила эйфория: наша взяла, президент сдался, кризис закончился.

30 августа, в воскресенье вечером, коммунисты неожиданно отказались от этого соглашения и, следовательно, от поддержки Черномырдина.

31 августа, в понедельник, при голосовании в Государственной думе Черномырдин получил голоса всего 94 депутатов. Против проголосовал 251 депутат. Ельцин сразу же вновь внес его кандидатуру на утверждение Думой.

7 сентября, в понедельник, Дума еще раз отказалась утвердить Черномырдина: 138 голосов за, 273 — против.

Курс доллара стремительно подскочил. Торги на валютной бирже пришлось остановить. Казалось, что страна погружается в глубочайший экономический кризис, в хаос. Потом, после утверждения Примакова станет ясно, что объективных причин для такого падения рубля не было. Просто действовали внеэкономические категории — общество охватила паника.

Оставалось последнее, третье голосование по кандидатуре Черномырдина. Если Дума вновь говорит «нет», президент по Конституции распускает Думу и назначает досрочные выборы. В ответ депутаты лихорадочно готовились к процедуре импичмента — это лишит президента права разогнать их. Президент и его окружение не знали, что делать: рискнуть и настоять на своем или же подыскать новую кандидатуру? Одни считали, что надо выставлять кандидатуру Черномырдина в третий раз: в последнюю минуту депутаты, как пить дать, испугаются роспуска и проголосуют за. В этом предположении был резон.

Депутаты не хотели роспуска Думы. Одно дело готовиться к выборам, располагая мощным думским аппаратом, депутатскими привилегиями, другое — в решающий момент оказаться на улице и начинать все с нуля. Весной избранники народа уже дали слабину, когда после всех протестов и негодования с третьего раза проголосовали все-таки за Кириенко. Но они боялись вновь проявить губительное отсутствие принципиальности, накануне возможных выборов опозориться в глазах избирателей. Поэтому риск третьего отказа был велик.

В ответ на роспуск Думы депутаты могли начать процедуру импичмента, и тогда страна попала бы в ужасающее положение, когда власти не признавали бы друг друга. А Ельцин уже не тот, что в 1993 году.