Исторические районы Петербурга от А до Я - Сергей Глезеров

Руины одного из приходских зданий, относившихся к церкви Смоленской иконы Божьей Матери. Соседнее здание сохранилось. Современный адрес – переулок Ногина, 1 и 3. Фото автора, сентябрь 2006 г.

На участке между улицей Ольминского и переулком Ногина с 1865 г. находилась церковь Смоленской иконы Божией Матери. Сначала она была деревянной, а в 1879 г. граждане села Смоленского обратились к властям с просьбой разрешить им возвести новый, каменный храм «по случаю избавления императора от угрожавшей опасности» (имелось в виду неудавшееся покушение революционера Александра Соловьева на Александра II).

Проект новой церкви с колокольней выполнил известный архитектор М.А. Щурупов.

Деньги на храм по большей части собирали среди жителей села Смоленского (13 тыс. руб. внесли рабочие Невского завода, 8 тыс. руб. – местные крестьяне) и владельцы стоявших здесь предприятий. Особенно серьезные вклады сделали купцы Аристов, Варгунин, Громов, Кокин, Паль.

Освящение церкви состоялось 7 марта 1882 г. Затем в 1883 – 1884 гг. Щурупов возвел трехъярусную колокольню.

Кстати, в конце XIX – начале XX в. село Смоленское стало своеобразным центром церковной жизни. Здесь находилось два монастырских подворья – Важеозерской Спасо-Геннадьевской мужской пустыни на озере Важе в Олонецкой губернии и Калязинского Александро-Невского женского монастыря в Тверской епархии. Оба подворья, с церквями, закрыли в годы воинствующего безбожия.

Церковь Смоленской иконы Божьей Матери тоже закрыли – это произошло 5 сентября 1934 г. Затем ее уничтожили. Такую же судьбу, как и церковь, постигло православное кладбище села Смоленского. Оно находилось в конце нынешнего переулка Ногина (в 1894 – 1901 гг. он именовался Кладбищенским).

Патриархальная идиллия Перевозной набережной. Фото автора, сентябрь 2006 г.

«В советское время кладбище уничтожили, а впоследствии его территорию застроили, – отмечает Дмитрий Шерих. – Судя по картам, именно на его землях стоят сегодня школа-интернат и спортплощадка средней школы-лицея, а также жилой дом под номером 6 по переулку Ногина. На части бывшего некрополя долгое время был пустырь. А в последние годы и пустырь застроили: здесь теперь стоит новое жилое здание. Уютно ли жить на месте некрополя?»

В селе Смоленском за Невской заставой прошли детство и юность замечательной ленинградской поэтессы Ольги Федоровны Берггольц. Ее дед, уроженец Риги Христофор Фридрихович Берхгольц, с 1879 г. состоял на службе у петербургского фабриканта Паля и ведал у него хозяйственными делами. Здесь он в 1887 г. женился. Долгое время семья жила на съемной квартире напротив фабрики, а затем переехала в дом на Палевском проспекте, 6/2.

После революции село Смоленское стало менять свой облик: в середине 1920-х гг. здесь появился один из первых рабочих городков – Палевский жилмассив. Еще один подобный микрорайон двух– и трехэтажных домов появился в ту же пору на улице Ткачей. К 10-летию Октябрьской революции, в ноябре 1927 г., открылся Дом культуры текстильщиков, построенный по проекту архитектора С. Овсянникова (пр. Обуховской Обороны, 105, – ныне здесь размещается Дворец культуры им. Крупской).

Старожил Перевозной набережной Владимир Петрович Гречухин вспоминает: «В тридцатые годы Перевозная набережная – это берег от завода Ленина до фабрики Ногина с двадцатью четырьмя по преимуществу деревянными домами и домишками, в которых жили так называемые „бережные“, составляющие особый мирок, тесно связанный с кормилицей – красавицей-Невой.

Единственный уцелевший деревянный дом (№ 47) по Перевозной набережной. Фото автора, сентябрь 2006 г.

С незапамятных времен здесь существовал перевоз. Я еще застал то время, когда на правый берег и обратно ходили ялики, а в период индустриализации курсировал пароходик, на который по сходням пристани гремели деревянные подошвами „шанхаев“ (так прозывалась эта обувь) толпы людей с разных концов государства великого. В дни церковных праздников, Троицы и родительского, перевоз достигал апогея. Сотни, если не тысячи празднично одетого люда устремлялись на Киновеевское кладбище. Там пили водку, бывали и драки.

…Улица была университетом, а Нева – кормилицей. Она давала возможность подработать на разгрузке барж, рыбачить, заготавливать на зиму дрова, добывать брошенные якоря, доставать со дна реки топляк, словом, не сидеть без дела.

…Теперь берег стал неузнаваем. Понадобилось шесть-семь десятилетий, чтобы превратить некогда цветущий анклав в жалкую свалку, в забытый властью и людьми задворок, известный разве что медвытрезвителем. Мне больно смотреть на все это…»

В сентябре 2006 г. я отправился на Перевозную набережную, чтобы увидеть все своими глазами. Увы, моим глазам предстало грустное зрелище. Маленький клочок невского берега, замусоренный и захламленный, буквально весь усеянный стеклом от битых бутылок. На всем – печать упадка и запустения. Несколько старых каменных жилых домов, обшарпанных и неопрятных, да высокие заборы. А с самого края набережной приютилась «реликвия» – деревянный домик под № 47, который дает представление о том, как выглядела Перевозная набережная в предвоенные годы.

Скоро вдоль Невы пройдет новая Обуховская набережная, протяженностью около четырех километров, призванная стать дублером проспекта Обуховской Обороны. Она пройдет от Обводного канала почти до Володарского моста. Предполагается, что новую набережную построят к 2015 г.

…Что же еще сегодня напоминает о прежнем селе Смоленском? Прежде всего – имена. Сохранились названия Большого Смоленского проспекта и Общественного переулка. Последний звался так потому, что к его левой стороне примыкали земли крестьянского общества села Смоленского, и здесь же находилось правление общества ямщиков. Зубковская улица напоминает о местном землевладельце, гласном уездного земского собрания Дмитрии Зубкове, а Старопутиловский вал (название, очень редкое для Петербурга!) – о железнодорожной ветке, соединившей предприятия Невской заставы с Путиловским заводом.

Среди уцелевших островков старины села Смоленского – бывшее общежитие фабрики Максвеля (ул. Ткачей, 3), а также Корниловская (Смоленская) вечерне-воскресная школа (пр. Обуховской Обороны, 107б/2), открытая в 1883 г. на средства фабриканта Николая Варгунина для обучения грамоте рабочих и работниц. Однако в немалой степени она служила источником беспокойства для полиции, поскольку школа стала рассадником революционных настроений. Многие ее преподаватели были связаны с петербургской социал-демократической группой, в первую очередь Надежда Константиновна Крупская. А во время первой русской революции тут находился подпольный Невский райком большевиков.