Погибель Империи. Наша история 1965–1993. Похмелье - Марина Сванидзе

«В начале октября 91 – го, находясь в США, я встретился с господином Гринспеном – руководителем Резервной системы США. Он спросил меня: «Понимаете ли вы, что остается всего несколько недель для того, чтобы предупредить финансовый крах?» Я ответил, что, по нашим оценкам, этот срок измеряется двумя месяцами».

Жесткие, но не эффективные меры уже опробованы напоследок последним правительством СССР, которое возглавлял Павлов. Весной 91-го было проведено значительное повышение цен на продукты. На мясо цены подняли в 2,6 раза, на колбасу – в 3 раза, на хлеб – в 3 раза. Но пустых денег на руках столько, что продукты с ходу смели и по новым ценам, дальше – опять тотальный дефицит. Более того, неэффективные меры вызывали массовую ярость и обострили социальную ситуацию. К бастовавшим шахтерам прибавились забастовки в других отраслях. В декабре 91-го магазины совсем пустые. В очередях в ожидании прихода грузовика с молоком и хлебом уже не скандалят. Знаменитая хроника с драками в очередях – это 90-й год. В 91-м, в декабре, люди стоят молча.

Цены отпустили 2 января 92-го года. Плюс временно отменены пошлины на импорт, чтобы ускорить приход товаров в магазины. Цены отпустили на все, кроме хлеба, молока, спиртного, коммунальных услуг, транспорта и энергоносителей. Эти цены были фиксированно повышены. Освобожденные цены в январе шли и шли вверх. Продукты стали появляться на прилавках. В течение января цены выросли на 352 %. Только тогда стало возможно покупать продукты в течение всего дня.

В конце января подписан указ о свободе торговли. Начало свободной торговли выглядит совершенно неэстетично. Торгуют все, кто хочет, где хочет, чем хочет и по той цене, которая сложится. Торгуют бюджетники, те, кто никогда не торговал. Самые бойкие места в центре Москвы, у «Детского мира», у Малого театра. Продают у кого что есть. По несколько пачек сигарет, консервы, водку, какую-то одежду, духи, мыло.

Проблемы сохраняются с теми продуктами, цены на которые по-прежнему контролируются. С одной стороны, люди не желают роста цен на хлеб, молоко, сахар и подсолнечное масло, с другой – звереют от их отсутствия. То есть хлеб и молоко – это факторы политические. Фиксированные цены на хлеб отменят в мае 92-го. До этого с хлебом большие проблемы. Колхозы – обладатели зерна – ждут свободных цен, чтобы заработать, и не отдают зерно. Целые области, богатые зерном, отказываются отгружать хлеб нуждающемуся центру, Уралу, северо-западу. Хотя это все равно не решило бы проблем. СССР не обеспечивал себя хлебом и закупал его на Западе, пока была валюта. Теперь валюты нет.

Валютный кризис в стране таков, что с трудом удается погасить задолженность за фрахт судов, которые должны транспортировать ранее закупленное зерно из США и Канады. Еще в конце декабря 91-го года решением правительства РСФСР Внешэкономбанк приостановил все виды операций по валютным фондам предприятий и организаций, не связанных с оплатой доставки зерна. В связи с этим остро стоит вопрос о западных кредитах. Но западных кредиторов интересует вопрос, кто после распада Союза будет отвечать по долгам СССР. На начало реформ Россия еще даже не является членом Международного валютного фонда, и от него пока нечего ждать.