Кровавая Роза - Николас Имс

– Сюда.

Друин провел их сквозь полуразрушенные арки, кольцом окружавшие крепость, а потом направился к лестнице, уходившей в кромешную тьму. Тэм помахала рукой перед носом и не смогла разглядеть пальцев.

Она услышала шелест одежды (кто-то рылся в кармане), а потом легкий выдох, и лицо Розы озарилось слабым светом. В руках наемницы была шипастая розовая раковина, откуда и исходило сияние. Роза снова дунула на нее, и свет разгорелся сильнее.

– Вот уж не думала, что ты любишь ракушки, – усмехнулась Тэм.

Роза повертела раковину в пальцах:

– В детстве я обожала их собирать. Эту мне подарил дядя Муг, когда я была совсем маленькой, вот как Зарянка. Он утверждал, что нашел ракушку на аскатарском берегу и что в ней живет дух огня.

– А все-таки почему она светится? – полюбопытствовала Тэм.

– У Муга лучше не спрашивать про волшебство, – ответила Роза.

По наклонному коридору они осторожно спускались в подземелье. В крепости не было ни ветхой мебели, ни выцветших шпалер на стенах. Не было даже залов, только нескончаемый извилистый коридор. Свет раковины отражался от гладкого черного камня стен и пола. Становилось все теплее, и вскоре рубаха Тэм взмокла от пота.

– Пришли, – наконец объявил Вольное Облако. – Смотрите под ноги.

Коридор оканчивался черной бездной, которую серебряной нитью пронзал луч света, а в нем пылинками мельтешила стая летучих мышей.

– Они не сгорят? – спросила Тэм у Вольного Облака.

– Это звездный свет, – ответил друин. – Солнечный луч вмиг бы их испепелил. Днем здесь настоящее пекло.

Роза сделала шаг к краю пропасти и поглядела в темноту:

– Как туда спуститься?

Друин достал монетку из лунного камня, вложил ее в углубление в стене, надавил и повернул противосолонь. Слева от Тэм воздух задрожал, поблескивая, будто пролитое ламповое масло. Бездна и луч звездного света исчезли, на их месте возник огромный зал.

Колонны у стен оказались исполинскими металлическими големами, напоминающими рыцарей в доспехах. Каждый голем опирался на рукоять перевернутого молота, а в глазах за щитками шлемов тускло светились зеленые спирали. В дальнем конце зала виднелся трон, похожий на наклоненное корыто, а за ним сиял столп звездного света.

Вольное Облако хмыкнул и снова повернул монетку, на этот раз посолонь. Тронный зал зарябил, как озеро, в которое бросили камень, и превратился в некое подобие литейни. Столп звездного света теперь опускался прямо в огромную чашу из граненого черного камня. Чашу окружали шесть формовочных столов, и над каждым деловито сновали какие-то аппараты, будто части механизма водяной или ветряной мельницы, исполняющие простую работу.

– Ни фига себе! – изумленно воскликнула Роза. – У твоего отца есть персональные Врата?

Друин попытался скрыть ухмылку, но без особого успеха:

– Так ведь он их и изобрел.

Вольное Облако спрятал монетку и шагнул в литейню.

Роза последовала за ним, а Тэм замешкалась, поскольку изо всех сил старалась не думать о том, что если бы не друинская магия, то, падая с огромной высоты в бездну, можно было бы довести предсмертный вопль до полного совершенства. Эта мысль затмила все остальное, и бард заметила рядом с собой стража лишь после того, как Вольное Облако произнес:

– Привет, Орбисон!

Высокий и гибкий голем был сделан из какого-то металла типа меди. Трубки спиралями обвивали его конечности и сплетались в одну, проходившую вдоль груди до самого подбородка, что придавало голему скованный, несколько надменный вид. Голова напоминала чайник еще и потому, что на ней рогом торчала маленькая трубочка. Зарешеченные квадратики глаз мерцали ярко-зеленым светом, а рот закрывала ржавая металлическая заплатка, скрепленная болтами. Вместо ответа голем приветливо помахал рукой.

– Орбисон, что у тебя со ртом? – спросил друин, встревоженно прянув ушами. – Это отец тебя так?

Разумеется, голем ничего не сказал, но из носика во лбу вырвался клуб пара и резкий свист, глаза замерцали чаще, а рука с длинными пальцами указала на спящую девочку.

– Это моя дочь. Наша дочь, – тут же поправился Вольное Облако, предупреждая возражения Розы. – Ее зовут Зарянка.

Девочка сонно шевельнулась, веки дрогнули и приоткрылись.

– Я сплю? – пролепетала она.

Из трубочки вырвалось еще одно облачко пара, и голем тихонечко присвистнул, будто восхищаясь.

– Зарянка, это Орбисон. Мы с ним подружились, когда я был совсем маленьким. А теперь он будет и твоим другом.

– Привет, Орбисон, – сонно ответила девочка, закрыла глаза, почмокала губами и снова уснула.

Вольное Облако негромко представил голему Розу и Тэм. Орбисон приветствовал барда веселым сопением, а Розе достался откровенно похабный посвист.

– Эй, полегче, приятель! – рассмеялся друин, но, покосившись на заколоченный рот голема, сразу погрустнел. – Отец в мастерской?

Орбисон кивнул и указал на еще один коридор.

– Проводи нас, пожалуйста.

– Когда пала Держава, отец очень расстроился, – рассказывал Вольное Облако, ведя своих спутниц в подземелья Ламнета; Орбисон распахнул дверцу на груди, озаряя путь призрачным зеленым светом. – Его втянули в ненавистную войну, потом предали, а вдобавок ему пришлось стать свидетелем уничтожения своего драгоценного воинства.

– А кто его предал? – спросила Тэм.

– Все подряд, если верить ему. Экзархи воевали друг с другом, каждый стремился отхватить лакомый кусок пирога. А отцу больше всего хотелось восстановить в Державе порядок и вернуть законную власть Веспиана.

– Но ведь архонт убивал своих соплеменников, чтобы раз за разом воскрешать жену! – удивилась Тэм.

– Отца это ничуть не волновало. Его больше интересовали его собственные изобретения, – с горечью произнес Вольное Облако. – Големы, Врата, приливные двигатели…

– Конта изобрел приливные двигатели?

– Да, – кивнул друин. – В общем, когда началась война, он пытался примирить экзархов, объяснить им, что междоусобица не приведет ни к чему хорошему, но дипломатия оказалась бессильна, и ему пришлось отправить големов на битву.

– И чем это закончилось?

– Вначале все шло прекрасно. Он разгромил орду Ариоха, загнал легионы Кораманта в Кромешную Жуть, а потом южные экзархи пригласили его на мирные переговоры в руинах Каладара.

– Разумеется, это была ловушка, – сказала Роза.

– Естественно, – согласился Вольное Облако. – Но отец славился не только блестящим умом, но и безграничной гордыней. Он считал, что его войско непобедимо, и, возможно, сам намеревался стать архонтом, хотя, разумеется, никогда об этом не заявлял. Как бы то ни было, его армию заманили в западню и уничтожили. Он вернулся в Ламнет и заперся в подземелье крепости, где просидел почти два века, а тем временем Держава распалась и Грандуаль заполонили орды чудовищ. А отец ничего не предпринимал, только проклинал тех, кто уничтожил империю. Так что я вырос среди бездушных машин.