В прицеле черного корабля - Федор Березин

Однако закопанный в мозгах творец хитер. И еще он очень настойчив. Как новомодные имперские танки «Мартышка», которые не остановишь даже если они ползут колонной по узкому мосту. Что с того, что первая машина или даже две передних подряд горят? Используя свои хитрые гусеницы, остальные «Мартышки» пройдут поверху напарников как ни в чем небывало. Сейчас, достаточно тренированное, но соображающее только на ход вперед сознание думало, что способно переиграть партию в свою пользу и заставить вектор искусственной жизни отвернуть от запланированной пропасти. Действительно, чего туда торопиться, если главный исследователь мира хочет продолжить путешествие по всей этой нереальности? Однако кто теперь будет его спрашивает? Вы, дорогой товарищ, отказались выступить на главной роли? Отказались? Ну, теперь пожинайте плоды. Теперь красная кнопочка запуска Конца Света будет передана какому-нибудь другому, прячущемуся за кулисами статисту. Вам, по старой дружбе, придется только расписаться в получении извещения. Вот, пожалуйста…

– Шторм-капитан, линейный акустик на связи! Что-то срочное!

– Что у вас, Рюдан?

– Капитан Косакри, вы не могли бы прибыть к нам? Есть кое-какие проблемы.

– Сейчас буду! – и в сторону: – Линейный помощник, остаетесь за меня.

Отсеки, в большом «Кенгуру-ныряльщике», можно было бы наверное собрать в одном месте, однако из соображений безопасности, дабы один вражеский «гарпун» не подорвал все командно-управленческие звенья, они все-таки раскиданы по лодке. Но благо для попадания в «центральный акустический» не требуется делать дальний переход в соседний корпус лодки-катамарана.

– Что случилось, бас-лейтенант? Нас преследуют?

– Чур вас, капитан Стат, слава Страннице, нет. Похоже, мы умудрились выбраться из этого внутреннего моря не оставив следов. Разве что косвенных. Насколько таковыми получается считать разорванную в клочья «Жулю». Но посмотрите на это, – Рюдан Одек понижает голос, ибо за соседними пультами сидят, вперив глаза в экраны его непосредственные подчиненные. Однако переход на шепот мера явно лишняя, на ушах всей дежурной смены солидные, в половину головы, наушники.

– Что это? – говорит Косакри, тоже невольно снижая тембр. На длиннющей ленте, полумертвая кривая среднестатистических морских шумов оборвана как минимум десятком резких пиков. – Что-то подорвалось? Вот, я вижу затухание? Отражение того же от препятствий. Как далеко?

– Скорее всего, очень далеко. Это атомные взрывы, капитан Стат. Здесь разумеется присутствуют и переотражения, однако тут явно не один и не два подрыва. Вот продолжение ленты. Смотрите.

– Еще больше! Там что…

– Я не знаю, шторм-капитан.

– Это может быть в Северном полушарии, Рюдан?

– Вполне может, командир. Мы не знаем мощности взрывов. Если предполагать в широких пределах, это вполне может быть в Эйрарбии.

– На суше?

– Нет, вот это явно в воде. Хотя если взрыв чрезвычайно мощный, может быть и на суше, где-то поближе к морю.

– С кем на материке это может случиться?

– Все противники Империи на континенте не стоят такой суеты. Разве что для устрашения. Но… Мне кажется – хотя я могу только предполагать, не более – здесь очень большой топографический разброс. Кто у нас там, на суше, остался? Капуцины? Он достаточно локализованы.

– Значит…

Линейный акустик Рюдан Одек пожимает плечами, но явно боится высказаться вслух.

– Да, но почему мы не наблюдаем активности брашского флота?

– А разве не наблюдаем, шторм-капитан?

– Прихлопни Мятая! Вы правы, Рюдан.

– Капитан Стат, первые всплески засечены пол часа назад…

– Совсем недавно, значит…

– Однако если это действительно произошло около или на континенте Эйрарбия, то звук, сквозь воду добирался до нас, как минимум, более трех часов. Поэтому…

– Но активность началась раньше, еще когда мы были в заливе!

– Да раньше, капитан Стат. Однако в море этого Бычьего Пениса у нас и связь с океаном была хуже. Вдруг это не первая серия? Но даже если первая, капитан, то…

– Понятно, активность должна начаться еще до, а не после. Тем более в заливе Быка был никак не первый эшелон, так?

– Так, капитан Стат.

– Ясно, вовек душе не вознестись к Страннице! Эти графики, и вообще все записи надо срочно обработать на ММ. Вы же еще не…

– Конечно, нет! Я обязан был посовещаться с вами, как командиром.

– Тогда вперед – в обработку. Свяжись с Пончем Эудом. И покуда, молчание. А я сейчас подниму лодку «на перископ». Послушаем эфир. Может, все объяснится.

– Дай-то бог Эрр, капитан Стат.