Драконья сага. Сердце Холода - Туи Сазерленд

Лёд пошёл трещинами и осыпался, точно как в первый раз, и ночная дракониха медленно подняла веки. В глазах её сверкнуло изумление.

– Ну и чудеса! – промолвила она с ноткой раздражения. – Впервые меня будят дважды подряд. Хочешь тоже убить? Тебе не кажется, что это уже немного слишком?

– Послушай, – нахмурился Холод, – ты хоть понимаешь, как многого лишила ледяных, когда забрала нашего последнего дракоманта?

«Кем бы мы были без даров света и порядка, без глубокой веры в своё племя, которое научилось так мудро распоряжаться своей магией?»

– Ты только представь, – продолжал он вслух, – каким стало бы наше королевство, получай мы волшебные дары до сих пор? Сколько ещё всего могли бы изобрести дракоманты!

– Боюсь, вашего несчастного безупречного королевства уже не существовало бы… – скептически усмехнулась Люта. – Тебе не приходило в голову, что магию можно использовать и во зло?

Неужели правда? А в самом деле, если вдуматься… какие жестокие подарки могла бы потребовать у дракоманта королева Глетчер ради победы в войне за Песчаное наследство?

Ледяной дракончик сердито приподнял гребень и взмахнул крыльями.

– Так или иначе, когда ты похитила принца Арктика, мы разом потеряли всё, что могли бы иметь, и я хорошо понимаю тех, кто счёл это непростительным! Однако… – Крылья его обвисли, он тяжело вздохнул. – Такая страшная казнь, раз за разом, столетие за столетием… Мне кажется, пострадала ты уже достаточно.

Чёрная дракониха отвернулась, уткнувшись носом в грудь ледяной статуи. Помолчав, сдавленно прохрипела:

– Я не похищала его.

– Принца Арктика?

– Нет, не похищала… – Она застенчиво прикрыла морду крылом. – Я в него влюбилась.

Вся история племени, старые обиды, войны и ненависть – вся прошлая жизнь дрогнула и пошла трещинами в сознании Холода, словно оттаявший лёд на весеннем озере.

– Он тоже любил меня, – продолжала Люта. – Только ни у одного из ваших не хватило терпения дослушать меня до конца.

Лёд ушёл из-под лап, разваливаясь на куски.

– Мы не хотели никому вредить, – вздохнула ночная, – не хотели, чтобы из-за нас началась война и наши племена возненавидели друг друга. Мы просто хотели быть вместе.

Дракончик слушал и верил каждому слову. Совсем недавно он только посмеялся бы, но теперь хорошо понимал, каково ей пришлось тогда и каково придётся ему – бросить всё, чтоб быть с Луной.

Неужели и у них всё получится так же, как у Люты и Арктика? Пойдёт ли он на такой риск, зная, к чему это может привести?

С другой стороны, королева Алмаз очень переживала за своего сына, а Нарвалу и Тундре всё равно, что случится с их младшим… да и всему племени, если вдуматься.

– Ну что, ты готов убить меня? – сердито обернулась дракониха, кивая на копьё.

Холод покачал головой.

– Я хочу освободить тебя.

Чёрные глаза ночной блеснули в сиянии лунного шара.

– Боюсь, это невозможно, – вздохнула она. – Сколько ни пробовала перелететь расщелину, наталкивалась на невидимую стену. Заклятие должно удерживать меня здесь вечно.

– Может, и должно, – покрутил носом дракончик, – но мы, ледяные, драконы предусмотрительные, особенно когда речь идёт о магии. Алмаз наверняка оставила способ вытащить тебя… хотя бы на случай переговоров с ночными. – Он отступил на шаг, окидывая дракониху взглядом от рогов до хвоста. – Думаю, секрет в твоих кандалах, больше ему быть негде. Они ведь волшебные, да?