Драконья сага. Сердце Холода - Туи Сазерленд

Ледяной дракончик смотрел с содроганием. Чешуя Хладны всегда была белее, чем у кого бы то ни было, когти были острее, зубы сияли, а шипы оставались чистыми, даже после того как она забивала хвостом моржа. Сестра шесть раз в день окуналась в морскую воду и говорила, что алмазный блеск чешуи вернее наводит ужас на врагов, а грязнулям место в Седьмом круге.

И вот теперь сестра в таком виде. Невероятно!

Она ухватилась за края туннеля, злобно глядя на Холода.

– Хладна… – заикаясь, пролепетал он. – Ты как…

– Зачем ты сюда явился? – сплюнула она. – Хочешь разрушить ещё один мой план? Тебе мало было окончательно погубить Града?

– Что с тобой, Хладна? – воскликнула Кинкажу. – Ты выглядишь ужасно!

– Могло быть хуже, – фыркнула ледяная, – если бы я выглядела, как ты.

– Я прилетел, чтобы помочь найти Града, – снова заговорил Холод. – Если он ещё жив…

– Без твоей помощи я уж точно обойдусь! – зашипела она, шагнув наружу и припадая на одну лапу. – У тебя духу не хватит сделать то, что надо. – Ледяная смахнула с морды кровь, струившуюся из раны возле рога. – Может, Пурпур уже убила его…

– А что она сказала? – Холод расправил крылья, преграждая сестре путь. – То есть, когда узнала, что Звездокрыл и остальные живы?

– Не говорила я с ней… – буркнула Хладна, пошатнувшись. – Не могу… не хочу её видеть… признаваться, что не смогла – по твоей вине, между прочим! – вдруг она убьёт его прямо у меня на глазах… или покажет его мёртвое тело.

Она снова сделала нетвёрдый шаг, и Холод потянулся, чтобы помочь, но сестра отшатнулась, угрожающе щёлкнув зубами.

– Как же ты… – начал он.

– Ты ни разу не спала! – догадалась Луна. – С самой Яшмовой горы.

– Если не спать, – самодовольно кивнула ледяная, – она до меня не доберётся. В чужие сны не попадёшь, если их нет, ха-ха!

– Но ведь прошло уже несколько дней! – ахнула радужная. – Тебе же совсем плохо!

– Я не нуждаюсь в сне! Когда устаю, ложусь рядом с лавой и лежу, пока не начинаю гореть. – Ледяная показала крылья с вздувшимися между чешуйками пузырями ожогов.

Похоже на неё, подумал Холод. Упрямая и бесстрашная, сестра наказывала собственное тело за предательскую усталость. Он понял, через что ей пришлось пройти и что она чувствует сейчас. Чувство вины за потерю Града уже два года терзало его самого.

– Хладна, мы должны знать, жив ли он, – нахмурился ледяной дракончик.

– Ставлю десяток верблюдов, что жив, – вставил песчаный. – Королеве Пурпур нужен заложник для переговоров, а что толку от трупа?.. Всё-всё, затыкаюсь, – поднял он лапы, поймав взгляд Луны.

– А где она прячется, ты не знаешь? – спросил Холод. – Мы могли бы попробовать сами…

– Будь это так легко, я бы давно его освободила! Обо всём передумала, можешь быть уверен. Есть только один способ – убить королеву радужных!

– Я не дам тебе убить Ореолу! – резко бросила Кинкажу.

Ледяная хрипло расхохоталась.

– Уж не ты ли мне помешаешь, розовая пустышка?

Закипев, радужная взмахнула крыльями и налетела на неё, словно маленький оранжево-красный смерч. Всё произошло так быстро, что Холод не успел вмешаться. Кинкажу опрокинула ледяную на спину и вцепилась когтями в горло.

– Никто не смеет угрожать моей королеве!

– Эй, постой! – крикнул Холод.

– Слезь с меня! – зашипела ледяная, пытаясь сбить противницу хвостом, но промахнулась. Длинные зазубренные когти зловеще блеснули, готовясь располосовать радужной незащищённый живот.

– Кинкажу! – выкрикнула Луна, кидаясь их разнимать, но, прежде чем успела сделать шаг, над головой что-то просвистело и воткнулось Хладне в шею.

Ледяная захрипела, отшатываясь. Кинкажу отпрыгнула с радостным воплем и задрала голову к небу. Ледяной дракончик проследил за её взглядом. В серой облачной пелене что-то мерцало, уплотняясь, словно комья снега, обретая форму и наливаясь красным, золотым, зелёным… В небе над головой зависло целое крыло стражников.

– Хладна из племени ледяных! – прогремел голос Ореолы. – Ты арестована за убийство и покушение на убийство!

– Нет! – проревела ледяная, хватаясь за шею. Перекатившись в сторону, она вскочила, но лапы тут же подкосились, а голова бессильно обвисла. – Что вы сделали? Что со мной?

– Всего лишь усыпляющая стрелка, – объяснил Потрошитель, опускаясь рядом. – Так гораздо удобнее сопровождать арестованных. Ничего страшного, через пару часов проснёшься.

– Нет, нельзя спать! – завопила Хладна. – Не заставляйте меня спать! – Она подползла к брату, вцепилась в плечи и затрясла изо всех оставшихся сил. – Холод, не дай им… помоги… скажи, что мне нельзя – она же доберётся до меня! Скажет, что Град умер и тогда всё, всё… Холод, не дай мне уснуть!

– Поздно, – покачал головой Потрошитель, с любопытством наблюдая. – Неплохая штука эти стрелки.

Захрипев, Хладна обвисла на лапах у брата, сжимая и разжимая когти в последней судорожной попытке остаться в сознании.

– Она придёт… – послышался последний шёпот, и наступила тишина.

Ледяной дракончик тяжело вздохнул, опуская сестру на каменистую землю.

– Пускай приходит, – тихонько шепнул он ей в самое ухо. – Спи, деваться некуда… всё равно рано или поздно отключилась бы, сколько можно. Поговори с ней, скажи, что она всё получит.

– Как? – еле слышно пробормотала Хладна. – Меня… тюрьма…

Холод окинул быстрым взглядом драконов вокруг. Никто не слышит… разве что читает мысли. Ну что ж, придётся положиться на действие небесного камня. Он прижал сестру к себе, чтобы мешочек с камнем касался её чешуи, и прошептал, глядя в закрывающиеся глаза:

– Скажи Пурпур: если она докажет, что Град ещё жив… Я сам убью Ореолу.