Хроники Черного Отряда. Книги юга. Игра Теней. Стальные сны. Серебряный клин - Глен Кук

– Что он сказал?

– Сказал, подумает. И это, пожалуй, лучшее из того, чего можно было ждать.

– Надо было пойти самой.

– Сестра, – вмешался Прабриндра, – другой вообще не стал бы слушать нас сразу после того, как его пытались убить.

Радиша пришла в крайнее изумление.

– Не дураки же они, – продолжал Лебедь. – Смекнули, что мы неспроста навязались в попутчики. И следили за нами так же, как и мы за ними.

Копченый, оправдывая свое имя, сидел в уголке, в облаках дыма. Совещание проходило в подвале дома одного из друзей Радиши, невдалеке от оливковой рощи. Пахло плесенью, хотя окна были растворены на ночь. Копченый сделал несколько шагов и очутился в круге света трех масляных ламп; сморщенное лицо было хмурым. Он подозрительно оглядел подвал.

– Что такое? – спросил Корди.

Он заметно дрожал. Лебедь тоже ощутил холодок в животе.

– Не уверен… Но на секунду показалось, что кто-то смотрит на меня.

Радиша переглянулась с братом и повернулась к Лебедю:

– Лебедь, эти два чудных старика… Одноглазый и Гоблин, жулики? Или колдуны?

– Середина на половину. Верно, Нож? Корди?

Корди кивнул.

– Мелкий, – сказал Нож, – вроде ребенка, Жабомордый, вот кто опасен.

– Что он собой представляет? – спросила Баба. – Более странного ребенка в жизни не видывала. Порой ведет себя словно столетний.

– Ему может быть и все десять тысяч, – сказал Копченый. – Это бес. Я не осмелился его прощупывать, после того как он понял, что я не просто выживший из ума старик. Не знаю, на что он способен. Но наверняка это сверхъестественное существо величайшей силы. Загадка в том, как колдун ученического уровня, Одноглазый, получил в свои руки власть над Жабомордым. Я ни вызвать такого, ни управлять им не могу, хоть и превосхожу Одноглазого по таланту, образованию и мастерству.

Внезапно в темном углу раздался писк и хлопанье крыльев. Вздрогнув от неожиданности, все обернулись. В круг света ворвались и заплясали в воздухе летучие мыши. Среди них мелькнул темным сгустком ночной тьмы гораздо больший силуэт – и одна из мышей оказалась разорванной пополам на лету. Затем другой крупный силуэт прикончил другую мышь. Уцелевшим удалось вылететь наружу сквозь решетку подвального окна.

– Что за черт?! – прохрипел Лебедь. – Что это?

– Вороны, – сказал Нож. – На мышей охотились.

Голос звучал совершенно спокойно, словно вороны каждую ночь гонялись по подвалам за летучими мышами – и над самой головой Ножа.

Птицы больше не показывались.

– Не нравится мне это, Лебедь, – сказал Корди. – Вороны по ночам не летают. Тут что-то не так.

Все посмотрели друг на друга, ожидая, кто нарушит паузу. Они не замечали леопарда, заглядывающего одним глазом в подвал. И уж тем более никто не углядел детскую фигурку, уютно развалившуюся на ящике за пределами светлого круга и довольно ухмыляющуюся. Копченый снова задрожал и принялся описывать плавные круги по подвалу. Его не оставляло чувство, что за ним наблюдают.

– Насколько я помню, – заговорил Прабриндра, – кто-то говорил, что встречаться поблизости от рощи – не самая удачная идея. Помню и предложение собраться для совета во дворце, в комнате, защищенной Копченым от чужих чар. Не знаю, что сейчас произошло, но мы явно имеем дело с чем-то сверхъестественным, а посему я не желаю разговаривать в этом подвале. Идемте. Такая задержка уж точно делу не повредит. Что думаешь, Копченый?

Старика била крупная дрожь.

– Возможно, так будет мудрее, мой князь. Гораздо мудрее. Здесь нечто большее, чем можно разглядеть глазами… Впредь следует считать, что за нами следят.

– Кто следит, старик? – раздраженно спросила Радиша.

– Не знаю. Но есть ли разница? Это дело может интересовать многих. Высших жрецов. Или солдат, которыми ты намерена воспользоваться. Или Хозяев Теней. Возможно, и некие вовсе не известные нам силы.

Все воззрились на него.

– Объясни! – приказала Баба.

– Не могу. Разреши лишь напомнить, что пришельцы одолели речных пиратов, долгое время державших реку. Никто из них не рассказывал о произошедшем, но случайные фразы, собранные вместе и сопоставленные, свидетельствуют, что обе стороны пустили в ход магию высшего порядка. Магия пришельцев оказалась более действенной. Однако, помимо беса, при них не было ничего указывающего на эту магию, когда мы присоединились к ним. Если они обладают такой силой, где же она? Можно ли ее так хорошо спрятать? Весьма сомневаюсь. Не исключено, что эта сила путешествует с ними, не будучи с ними, если вы понимаете, что я хочу сказать.

– Нет, не понимаем. Ты взялся за старые фокусы. Наводишь тень на плетень.

– Я говорю туманно оттого, что не имею ответов, Радиша. Лишь вопросы… Я все чаще думаю: может быть, банда, которую мы видим, только иллюзия, специально для нас и созданная? Горстка людей – конечно, крепких, сильных, искушенных в науке убивать, – чем она могла напугать Хозяев Теней? Что так обеспокоило их? Либо они знают больше нашего, либо же больше нашего видят. Вспомните историю Вольных Отрядов. То были не просто банды головорезов! А эти люди твердо намерены дойти до Хатовара. Их Капитан перепробовал все способы, кроме насилия, стараясь выведать дорогу…

– Эй, Копченый! – перебил его Нож. – Ты предлагал перебраться для разговора в другое место. Может, пойдем наконец?

– Ага, – поддержал его Лебедь. – В этой дыре меня дрожь берет. Не понимаю я вас с князем, Радиша. Вроде как правите Таглиосом, а прячетесь по темным углам.

Радиша встала:

– Наш трон не так уж прочен. Мы правим в согласии со жрецами. И не следует им знать обо всем, что мы делаем.

– Так ведь все мало-мальски значимые владетели и жрецы были нынче в роще. Они знают…

– Лишь то, что им было сказано. Часть правды.

Корди наклонился к уху Лебедя:

– Слушай, кончай. Не видишь, что делается? Тут ставки покрупнее, чем победа над Хозяевами Теней.

– Угу.

Следом за ними беззвучно, как сама смерть, кралась от одного темного закоулка к другому тварь, похожая на леопарда. Вороны скользили от ветки к ветке. А по мостовой, совершенно не скрываясь, однако оставаясь незамеченной, двигалась детская фигурка. Но летучих мышей в воздухе не было.

Лебедь понял, на что намекал Корди. Баба с братцем полагают, что борьба с Хозяевами Теней захватит и жрецов с паствой. Пока те будут отвлечены, князья приберут к рукам все бразды правления.

Жалеть жрецов не стоит, от них и впрямь никакого толку. Возможно, Нож что-то затевает. Да не возможно, а наверняка. Всех их следует утопить, иначе Таглиос никогда не поднимется с колен.

Через каждую дюжину шагов Лебедь оборачивался. Улица позади всякий раз оказывалась пуста. И все же он был уверен, что за ним следят.