Хроники Черного Отряда. Книги юга. Игра Теней. Стальные сны. Серебряный клин - Глен Кук

Слишком большая высота, слишком далекое расстояние. Но Плетеный Лебедь прекрасно понимал, что происходит перед его глазами.

– Ох и надерут же им задницы!

Сражение происходило у Дежагора, в самой середке круглой, окаймленной холмами равнины. Лебедь и три его спутника наблюдали за ходом битвы.

Нож ворчливо согласился, а Корди Мэзер, самый близкий друг Лебедя, промолчал, лишь дал свирепого пинка валявшемуся под ногами камню.

Армии, на стороне которой были их симпатии, приходилось туго.

Блондин Лебедь и брюнет Мэзер были родом из Роз, города, который находился в семи тысячах миль к северу от места битвы. Третий в команде – чернокожий Нож, опасный и немногословный гигант неизвестного происхождения. Несколько лет назад Мэзер и Лебедь спасли его от крокодилов. Тогда-то Нож и пристал к этой паре.

Лебедь непрерывно ругался вполголоса – те, за кого он болел, проигрывали.

Был еще и четвертый. Правда, он не принадлежал к команде, да его и не приняли бы, даже если бы напрашивался. Все звали его Копченым. Официально он занимал пост начальника пожарной охраны Таглиоса, города-государства, армия которого сейчас терпела поражение. На самом же деле этот каштановокожий карлик был придворным магом. С точки зрения Лебедя, само его существование на белом свете было досадным недоразумением.

– Это ведь твоя армия там гибнет, Копченый, – прорычал Плетеный Лебедь. – Проигрывает она, значит проигрываешь и ты. Теперь Хозяева Теней с удовольствием покончат с тобой.

С поля битвы доносились вой, мольбы, проклятия.

– Мокрое место от тебя останется. Конечно, если ты не сговорился с ними.

– Полегче, Лебедь, – одернул Мэзер. – Видишь, он колдует.

Лебедь взглянул на смуглого коротышку:

– Да понятно, что он колдует. Но что это за чары?

Глаза Копченого были закрыты. Он приглушенно бормотал. Иногда в его голосе слышались шипение и треск, будто на сковороде жарили бекон.

– Он вовсе не пытается помочь Черному Отряду. Кончай бубнить под нос, старый черт! Там наших бьют! Может, постараешься как-нибудь исправить положение? Не дожидаясь, когда я перекину тебя через колено и отшлепаю?

Старик разлепил веки и окинул взглядом долину. Выражение его лица нельзя было назвать приятным. Лебедь сомневался, что эти глазенки способны рассмотреть детали. Да и вообще от Копченого – воплощения лицемерия и фальши – можно ждать чего угодно.

– Не будь скотиной, Лебедь. Я всего лишь человек, к тому же слишком старый и слабый. Там, внизу, Хозяева Теней. Им ничего не стоит раздавить меня, как таракана.

Лебедь продолжал раздраженно ворчать. Погибали его товарищи.

Копченый резко прервал его:

– Любой из нас способен только привлечь к себе внимание. Ты и вправду хочешь, чтобы Хозяева Теней заметили тебя?

– Это всего-навсего Черный Отряд, да? Им платят, так пусть рискуют, да? Даже если вместе с ними полягут четыре тысячи таглиосцев?

Губы Копченого скривились в гнусной ухмылке. На равнине людской поток окружил высоту, последний рубеж, где реяло знамя Черного Отряда. Затем он отхлынул обратно к холмам, сметая все на своем пути.

– Ведь такой оборот и тебе не сулит ничего хорошего? – Лебедь уже не ворчал, в его голосе зазвучала угроза.

Копченый для него был хитрым зверем, хуже крокодила. Хотя крокодил и может полакомиться собственным потомством, по крайней мере его вероломство предсказуемо.

Колдун был задет за живое, но ответил Лебедю почти ласково:

– Они сделали то, о чем мы и не мечтали.

Равнина была сплошь покрыта мертвыми и умирающими людьми и животными. Забыв о хозяевах, повсюду носились очумелые боевые слоны. Уцелел лишь один легион таглиосцев. Он пробился к городским воротам и теперь прикрывал бегство остальных. За городской стеной над местами расположения войск поднимались столбы пламени.

– Они проиграли сражение, но спасли Таглиос, – произнес Копченый. – Убили одного из Хозяев Теней. Вряд ли теперь кто-нибудь отважится напасть на город. Их противникам понадобятся оставшиеся войска, чтобы отвоевать Дежагор.

Лебедь язвительно усмехнулся:

– Извини, что не пускаюсь в пляс. Эти ребята мне нравятся, а то, что ты собирался использовать их в качестве тарана, – не нравится.

Копченый едва сдерживал злость.

– Они не за Таглиос сражались, Лебедь. Они хотели нас использовать, чтобы через Тенеземье попасть в Хатовар. И это было бы хуже, чем победа.

Лебедь умел прислушиваться к голосу разума, когда доводы были очевидны.

– И поскольку они не станут лизать вам задницы, даже если и готовы защищать ваши шкуры от Хозяев Теней, ты, надо полагать, считаешь, что им досталось поделом? Я тебе вот что скажу: жаль, что так получилось. Если бы они победили, было бы чертовски интересно посмотреть, как ты будешь суетиться, чтобы выполнить условия договора.

– Полегче, Лебедь, – сказал Мэзер.

Но тот уже закусил удила.

– Ты считаешь меня циником, Копченый, но я могу поклясться: вы с Радишей с самого начала лезли из кожи вон, чтобы вывести Черный Отряд из игры. Разве не так? Только бы не пустить его в Тенеземье. А почему, черт возьми? Об этом я не подумал.

– Сражение еще не окончено, Лебедь, – произнес Нож. – Подожди. Придет черед рыдать и Копченому.

Все вытаращили глаза. Нож говорил редко, и если говорил, то всегда по делу. Что у него на уме?

– Ты заметил что-то? – спросил Лебедь.

Корди, не выдержав, гаркнул:

– Проклятье! Замолчишь ты наконец?

– Какого дьявола я должен молчать? Этот проклятый мир кишмя кишит старыми козлами вроде Копченого. И от начала времен они крутят нами как хотят. Глянь на этого гаденыша. Лопочет о том, что ему нужно скрыться, а не то попадет в лапы к Хозяевам Теней. Какой же он после этого мужчина?! А Госпожа? У нее-то хватило духу выступить против Хозяев. И если подумать, ей удалось сделать то, о чем Копченый и мечтать не смел.