Хроники Черного Отряда. Книги юга. Игра Теней. Стальные сны. Серебряный клин - Глен Кук

Я выехала перед рассветом. С собой взяла всех воинов, кроме тех, кто помогал разделаться со жрецами. Они остались в качестве гарнизона. Им было приказано неделю провести в городе, а затем берегом Майна добраться до отдаленного брода Ведна-Бота. Не хотелось, чтобы эти люди общались с теми, кто еще не узнал о бойне.

Всего со мной шло шесть тысяч человек, которые отличались от обычной толпы лишь тем, что имели оружие. Но они были полны энтузиазма и рвались освобождать Дежагор. Я надеялась обучить их на марше.

Нарайян, которому мой замысел явно не понравился, все время о чем-то хмуро раздумывал. На третий день похода, поздно вечером, он подошел ко мне. От Годжи нас отделяло двадцать миль.

– Госпожа?

– Решил поговорить наконец?

Нарайян притворился, что мой вопрос не стал для него неожиданностью. Сожалел ли он о своем скоропалительном решении сделать меня мессией душил? Наверняка он рассчитывал держать Дщерь Ночи под контролем. И конечно же, не мог и мысли допустить, что она пренебрежет его амбициями и планами.

– Да, Госпожа. Завтра Этсатайя, первый день Фестиваля. Мы всего в нескольких милях от Священной рощи. Твоя встреча с джамадарами – дело исключительной важности.

Мы отошли в сторону от людского потока.

– Я и не пытаюсь уклониться. Просто хлопот по горло. Вот ты говоришь, первый день. А я думала, Фестиваль и длится всего один день.

– Трое суток, Госпожа. И самый пик праздника приходится на вторые.

– Я не могу отлучиться на трое суток, Нарайян.

– Знаю, Госпожа. – (Смешно: когда ему что-то нужно, он не скупится на почтительные обращения.) – У нас есть люди, которые могут проследить за движением Отряда. Их задача – идти по дороге. А с твоими лошадьми мы их быстро догоним.

Я старалась не показывать своего истинного отношения к этой затее. Не всегда хочется делать то, что делать нужно. Пока что от собратьев Нарайяна большого толка не было. Но сам он незаменим. Не стоит его расстраивать.

– Хорошо. Распорядись, чтобы эта толпа двигалась куда нужно. И позови Рама, пусть придет с моими вещами.

– Да, Госпожа.

Через полчаса мы оставили Отряд.

Уже стемнело, когда мы добрались до Священной рощи. Видно было плохо, но я почувствовала место. Мне редко приходилось сталкиваться с более гнетущей аурой. Кое-кто из братства душил уже был там. Мы присоединились. Они украдкой поглядывали на меня, но смотреть в глаза никто не решался.

Заняться было нечем, и я рано улеглась спать.

Сны выдались хуже прежних – мерзкие, жестокие, – и не было им конца. Всю ночь до самого восхода я пробиралась ощупью сквозь туман и темный лес. Над головой граяли и хлопали крыльями десятки тысяч ворон.

Нарайян и его друзья расценили их присутствие в моих сновидениях как знак удачи. Эти птицы были любимцами Кины, служа ей вестниками и шпионами.

Существовала ли какая-нибудь связь между ними и теми воронами, что так долго и неотступно следовали за Черным Отрядом? Если верить Костоправу, они пристали к нам, как только мы пересекли Пыточное море, что начинается в семи тысячах миль на север от рощи.

Проснувшись, я сразу ощутила тошноту. Когда попыталась сесть, меня вырвало. Мужчины суетились вокруг, стараясь выказать заботу. Нарайян до смерти перепугался – еще бы, ведь я была его капиталовложением. Если потеряет меня сейчас, он банкрот.