Талисман - Питер Страуб

— Боже! — выдавил из себя Капитан. — Они все пьяны. Пьяныена Королевской земле! И кучер, и пассажиры! Мерзавцы!

— Но, вероятно, дорога свободна, если весь этот транспортсмог проехать по ней?

Они вошли в Общую Деревню. Широкая Западная Дорога былапокрыта пылью. Фургоны ехали один за другим; по улицам шли люди, и все оничрезмерно громко говорили друг с другом. Джеку бросились в глаза двое, стоявшиевозле здания, которое могло бы быть рестораном. Они громко спорили, и черезминуту уже катались по земле.

«Это не единственные пьяные в Королевстве», — подумал Джек.— «Мне кажется, этим здесь грешат почти все».

— Большие фургоны, проехавшие мимо нас, были местные, —сказал Капитан Фаррен. — Те, что поменьше, могли бы проехать, но у Моргана немаленький экипаж, мальчик.

— Морган…

— Ни слова о нем.

Запах эля стал острее и крепче. Они вышли за пределы деревнии подходили к месту аварии. Джек подумал, что они прошли уже не меньше трехмиль.

«Как далеко это в моем мире?» — эта мысль напомнила ему оволшебном напитке Смотрителя.

Поток фургонов уменьшался — зато увеличивался потокпешеходов. Большинство из них покачивалось, разговаривало, смеялось. Все онихлебнули эля. Одежда людей была залита, будто они лакали эль по-собачьи.Смеющийся мужчина вел за руку хохочущего мальчика. Он ужасно походил набледного клерка из Альгамбры, и Джек понял, что этот мужчина и клерк —Двойники. И он, и мальчик были пьяны. Когда Джек посмотрел на них, мальчика началорвать. Его отец взял сына на руки. Ребенок прильнул к его груди и громко пукнулна пожилого мужчину, валяющегося у противоположного края дороги.

Лицо капитана становилось все мрачнее.

— Бог им всем судья, — сказал он.

Через десять минут они прибыли на место происшествия.Бочонки раскатились во все стороны. Некоторые из них разбились и перегородилидорогу. Одна лошадь валялась мертвая возле фургона. Вторая — немного в стороне.Других лошадей не было видно.

Под фургоном лежал сын погонщика с рассеченной надвоеголовой. Половина его лица была обращена к ярко-синему небу Территорий, вглазах остывало изумление. Другая половина была засыпана обломками большойбочки.

Карманы парня были вывернуты наизнанку.

Вокруг бродило много любопытствующих. Многие были пьяны. Онигромко смеялись и шумели. Когда-то мать водила Джека и Ричарда в кино наполумистические фильмы «Ночь мертвецов» и «Прочь от смерти». Пьяные, шумныелюди напомнили ему зомби из этих фильмов.

Капитан Фаррен достал из ножен меч. Он был коротким иострым; Джеку он напомнил мечи Средневековья. Меч был чуть длиннее ножамясника; рукоятка, обтянутая старой кожей, потемнела от времени. Лезвие тожебыло темное, только конец его был блестящим и очень острым.

— Прочь! — закричал Фаррен. — Прочь от королевского эля!Убирайтесь прочь!

Гул недовольства встретил эти слова, но толпа отступила отКапитана; все, кроме мужчины с всклокоченными волосами. Весил он не менеетрехсот фунтов.

— Ты хочешь иметь с нами дело, служивый? — спросил он иплеснул немного эля в сторону Фаррена.

— Ну что же, — оскалился Капитан. — Иди ко мне, если хочешьскандала. — Я сделаю первое доброе дело за весь день — выпущу тебе кишки.

Ругаясь, пьяный гигант отступил.

— Эй, вы, все! — крикнул Фаррен. — Убирайтесь! Сюда идетрота моих людей. И пока они не пришли сюда, вам лучше исчезнуть. Потом этобудет сделать гораздо сложнее. Убирайтесь, я сказал!

Толпа уже валила в направлении деревни, и впереди всех —пьяный гигант, споривший с Капитаном.

Фаррен оглядел место происшествия. Он снял куртку и прикрылею лицо сына погонщика.

— Интересно, кто из них выпотрошил его карманы, — медленнопроцедил он. — Если бы я знал, это не осталось бы безнаказанным.

Джек ничего не ответил.

Капитан долго смотрел на мертвого юношу, потом поднял глазана Джека.

— Теперь тебе нужно уходить, мальчик. Уходить до того, какОсмонду захочется еще немного побеседовать с моим идиотом-сыном.

— Что теперь будет с вами? — спросил Джек.

Капитан слегка улыбнулся.

— Если ты уйдешь, у меня не будет проблем. Я скажу, чтоотослал тебя к твоей матери, или что привязал тебя к дереву и убил. Осмондповерит и тому, и другому. Он ненормальный. Все они ненормальные. Они ждут еесмерти. Это произойдет скоро. Если только…

Он не закончил.

— Иди, — бросил Фаррен. — Не задерживайся. Когда тыуслышишь, что приближается экипаж Моргана, убегай с дороги и прячься подальше влесу. Подальше. Или он почует тебя, как кошка чует мышь. Он всегда чувствует,когда что-то не в порядке. Не в привычном ему порядке. Он — дьявол.

— Я услышу его приближение? Его экипажа? — Джек смотрел наваляющиеся на дороге бочки. В лесу, наверное, темно, думал он… возможно, Морганпоедет другой дорогой. Страхи и одиночество слились воедино.

«Лестер, я не могу сделать этого. Как ты не понимаешь? Я ещеребенок!..»

— Экипаж Моргана запряжен шестью парами лошадей стринадцатым коренником, — сказал Фаррен. — На полном скаку они грохочут похлещеземлетрясения. Ты услышишь это. Услышишь заранее и успеешь спрятаться.

Джек что-то прошептал.

— Что? — переспросил Фаррен.

— Я говорю, что не хочу идти, — чуть громче повторил Джек.Он чуть не плакал. Ему хотелось попросить Капитана Фаррена спрятать его,защитить, спасти…

— По-моему, слишком поздно хотеть или не хотеть, — произнесКапитан. — Я не знаю твоего задания, мальчик, и не хочу знать. Я даже не знаю,как тебя зовут.

Джек смотрел на него. Плечи его вздрагивали, губы дрожали.

— Возьми себя в руки! — с неожиданным раздражением Фарренприкрикнул на него. — Кого ты собираешься спасать? Куда идешь? Ты слишком юн,чтобы быть мужчиной, но ты должен, хотя бы пытаться! Ты выглядишь сейчас хужепобитой собачонки!

Слезы у Джека мгновенно высохли. Глядя на погибшего сына возчика,он подумал: «В конце концов, ведь я еще жив. Он прав. Стыдно отступить. Ядолжен идти».

— Уже лучше, — улыбнулся Фаррен. — Не совсем, но немноголучше.

— Спасибо, — саркастически заметил Джек.