На изнанке чудес - Юлия Флоренская

Прокручивая в голове подобные мысли, Марта начала тихо его ненавидеть. Пока она размышляла, как бы побыстрее его спровадить, Теоре сделалось хуже. Она заметалась на постели, и все усилия по плетению кос пошли прахом. Кольцо, которое она обронила, Киприан собственноручно надел ей на палец. Но это не сработало. В черепной коробке у Теоры гудели сотни военных труб. Разрываясь лютой болью, гремели снаряды. Пульс участился до немыслимых значений. Не вмешайся вторая тень — и печальный конец был бы неизбежен. Но вот пришел в движение меч на полу, заколыхались неосязаемые одежды. Марта и Пелагея разом отскочили в сторону, хотя поранить меч не мог.

— Она из верхних миров, — спокойно констатировал Киприан. — Скоро лихорадка пройдет. Корут Незримого способен отогнать любую хворь.

— А! Так вот, значит, в чем дело! — воскликнула Юлиана, как будто это многое объясняло.

Пелагея между тем по-хозяйски обвела взором присутствующих и покачала головой.

— Раз, два, три, четыре… Нет, так не пойдет. Слишком много народу. Марта, душенька…

У Марты ёкнуло сердце. Неужели сейчас ее выгонят? Но Пелагея всего-навсего передала записку с кодом от тайной комнаты и попросила открыть.

В кои-то веки отпирают секретную дверь! Пирог и Кекс поняли, что настал их час. Сколько они ни пыхтели над разгадкой шифра, ни одна попытка успехом не увенчалась.

Когда Марта стала подниматься по винтовой лестнице, псы увязались за ней.

— Мы все слова перепробовали, — прохрипел Пирог, неуклюже взбираясь по ступенькам и сдирая когтями голубую краску.

— Что же там за код? — высунув язык, спросил Кекс.

Код оказался немыслимо простым. Он, можно сказать, лежал на поверхности и состоял из двух имён. Эти имена слетали у Юлианы с языка всякий раз, как она замечала где-нибудь очередной погрызенный коврик.

— «КексПирог»? — не поверили псы. — Так не честно!

Марта не стала выяснять, что честно, а что нет, нажала нужные кнопки и повернула ручку. Дверь отворилась без шума. Из недр тайной комнаты повеяло недостижимым счастьем: запахами ракушечного пляжа, кофейными ароматами приморских ресторанчиков и ветром южного побережья. Расширились лёгкие, расширилось сознание. И дом Пелагеи тоже словно бы раздался вширь, хотя никаких изменений снаружи не произошло.

Марта, Кекс и Пирог осторожно просунули головы в дверной проём. Тайная комната пустовала. По полу перекатывались комки серой пыли, с потолка сыпалась побелка, а стены были абсолютно гладкими, за исключением одной. На месте северной стены зияла бесконечность. Вернее, бесконечная тьма с вкраплениями ярких точек.

— Это что, пространственный трюк? — вслух подумала Марта.

— Даже если и трюк, я разочарован, — сказал Пирог. Несмотря на разочарование, ушки у него по-прежнему стояли торчком, а хвост был воинственно поднят.

— Мы надеялись, здесь хранятся сундуки с сокровищами, — с досадой протянул Кекс. — Или, на худой конец, пара волшебных шкатулок.

Когда упомянули о шкатулках, Марту словно электрическим разрядом прошило. Шкатулка с болотными огнями! Ведь именно ради нее был проделан весь этот изнурительный путь. Желание Марты отомстить за семью привело ее в лесной дом. Стало быть, шкатулка где-то здесь. Где-то совсем близко… Она зажмурилась и приготовилась внимать голосу интуиции. Но тут, как нарочно, появился Пересвет со своей раздражающей манерой лезть, куда не просят. Он втиснулся в просвет между Мартой и стеной, обвел тайную комнату восхищенным взглядом и произнес всего одно слово:

— Фантастика!

— Убить тебя мало, — сквозь зубы процедила Марта.

— Маловато, согласен, — с лучезарной улыбкой отозвался Пересвет. — Надо зажарить и съесть. Ладно, признайся, ведь я тебе нравлюсь!

— Еще чего! — фыркнула та. Оттащив его за воротник, она хлопнула дверью перед самым его носом и решительно двинулась за шваброй. В тайной комнате следовало прибраться, и как можно тщательней.

— Ох, как просторно стало! — сказала Юлиана и раскинула руки в стороны. — Ощущение, словно я на берегу бескрайнего океана.

Пелагея хитро и понимающе прищурилась.

— Скорее, на границе бескрайнего космоса, — уточнила она.

С верхнего этажа присеменил Пирог и ворчливо завозился в ногах.

— Мы зря потратили уйму времени, когда пытались вскрыть замок, — кисло сообщил он. — В комнате нет ничего интересного. А теперь там заперли Кекса, и он остался наедине с бесконечностью.

— Что ж, это мы исправим, — сказала Юлиана. Узнав шифр от замка, она долго покатывалась со смеху: — Два мелких вредителя возомнили себя следопытами, а обычный код подобрать не могут!

Вызволив Кекса из заточения, она поставила обоих псов перед собой и отчитала — так, на всякий случай. А потом стала принюхиваться. Она наклонялась к Кексу всё ближе и ближе, пока окончательно не убедилась: белый негодник вывозился в какой-то пакости, пока сидел наедине с бесконечностью. Схватив за шкирку Кекса и Пирога, она потащила их в ванную и купала целый час. Первого — с целью дезинфекции, а второго — для профилактики. Юлиана в который раз пришла к заключению: где мохнатого ни оставь, он везде найдет вонючую канаву. Пусть даже и в пугающей бесконечности.