Странствия шута. Книга 2. Сага о Фитце и Шуте - Робин Хобб

– Мы останемся тут на три дня. Потом я проведу вас обоих обратно.

А потом мне придется ждать еще три дня, прежде чем вернуться сюда. Одна задержка за другой.

– Нет, – сказал Лант.

– Не пойду, – отозвался Персивиранс.

Не глядя на меня, он сходил к палатке, где оставил свой мешок, и вернулся с котелком. Отойдя туда, где лежал нетронутый снег, наполнил им посудину. Вернулся и подвесил котелок над огнем.

– На ужин будет каша, – объявил он. Потом посмотрел на Ланта. – Если хотите, я могу добавить туда немного ваших фруктов.

Лант грел руки у огня:

– Они у меня в сумке. Принеси мне ее, и я найду тебе яблок.

– Нет, – сказал я.

Они оба уставились на меня. Я ткнул в кузена пальцем:

– Сам принеси, Лант. Персивиранс – мой человек, не твой. Эти три дня ты все будешь делать сам. А потом посмотрим, не захочешь ли ты вернуться в Олений замок.

Он сердито сверкнул на меня глазами, потом, ни слова не сказав, встал и побрел к палатке. Вернулся с сумкой, открыл ее и достал кулек с сушеными яблоками. Мне пришлось отдать должное его выдержке. Лант не стал срывать гнев на парнишке, а молча протянул ему фрукты. Персивиранс поблагодарил его.

Я проверил, как они установили палатку. Она предназначалась для меня одного, и в одиночку в ней было бы слишком просторно. А вот троим будет тесновато. Палатка холщовая, сшитая так, чтобы можно было растянуть края колышками на земле, привязав верх к дереву. Я подтянул несколько бечевок и вбил один из кольев понадежнее. Я не хотел брать ее, но сегодня ночью она нас выручит. А ведь я собирался бросить ее при первой возможности.

Мороз уже не казался таким страшным, я ведь знал, что могу в любую минуту вернуться к костру и погреться. Я медленно обошел круглую поляну, где когда-то был рынок, пытаясь представить, как Элдерлинги собирались здесь, чтобы торговать и обмениваться новостями. Колонна, откуда мы вышли, едва выделялась на фоне неба. Я вспомнил, как пришел сюда впервые. Кетриккен, Шут, старуха по имени Кеттл, Старлинг и я тогда разыскивали короля Верити, чтобы убедить его вернуться, отвоевать трон и защитить королевство. Шут вскарабкался на колонну, и когда я посмотрел на него, то увидел на его месте кого-то другого – паяца или менестреля иных времен. Старлинг тогда пришлось отвесить мне хорошую пощечину, чтобы привести в чувство. Позже мы с Шутом и Ночным Волком пошли на охоту и устроили шутливую баталию в ручье. Мальчишки… Мы были сущие дети, но я-то считал себя мужчиной. Как давно это было. Как все изменилось с тех пор. Как изменились мы сами…

Я покосился на Пера и Ланта. Пер, сидя на корточках, добавил в котелок еще снега. Овес и яблоки лежали наготове. Он объяснял Ланту, что понадобится немало снега, чтобы набрался полный котелок воды, а потом вода должна еще закипеть, прежде чем забросить в нее крупу и яблоки. На мгновение меня охватило презрение: этот Лант не умеет даже сварить кашу на костре зимой, хотя чего уж проще. Потом я вспомнил, что ему негде было этому научиться, как мне не довелось выучить правила множества азартных игр, которыми развлекаются аристократы в Оленьем замке. Несправедливо требовать от него таких умений. Но жизнь вообще несправедлива. Жизнь не ждет, пока мы повзрослеем. Возможно, будь сейчас лето, Пер и Лант брызгались бы водой у ручья.

Я попытался посмотреть на Ланта без предвзятости. В силе воли ему не откажешь. Он ведь поехал за мной, еще страдая от незажившей раны. Даже сейчас, сам того не замечая, он время от времени потирал ребра. Кому, как не мне, знать, как ноют на холоде старые раны. Он сознавал, что я не обрадуюсь ему, но все же увязался за мной. Вот только я никак не мог понять зачем.

Лант сказал что-то, Пер хихикнул, ворона карканьем передразнила его. Меня в эту ночь ничто не могло заставить улыбнуться. Я позавидовал их молодости, но в то же время вдруг ощутил теплоту к ним обоим. Они сегодня совершили большую ошибку, за которую им придется дорого заплатить.

И я дал им возможность попытаться. Вода в конце концов закипела, и овсянка сварилась. Мы съели по маленькой порции и стали ждать, пока Пер приготовит еще. Ланту после еды явно стало лучше. Я выделил вороне немного хлеба, растопил снег в собственном маленьком котелке и заварил чаю. Мы пили его медленно, каждому досталось всего по кружке. Первым я поставил караулить Пера, строго-настрого наказав не жалеть дров. Рядом больше не было волка, чтобы меня защищать. У меня защемило сердце от одиночества. Так хотелось, чтобы Шут, каким он был прежде, и Ночной Волк были рядом. Я помнил даже, каков мех на спине волка на ощупь – кончики шерстинок холодные, а ближе к коже теплеют. Я мысленно потянулся к нему, но нашел лишь пустоту.

Я показал Персивирансу на одну из звезд и велел разбудить Ланта, когда она доберется до верхушки пихты. А Ланту велел разбудить меня, когда звезда опустится так, что окажется среди голых ветвей дуба.

– А зачем караулить? Что может случиться? – Лант посмотрел на безмолвный лес.

– Дикие звери. Рыси. Медведи. Любые животные, которые могут попытаться нас съесть.

– Но они же боятся огня! – гнул свое Лант.

– Потому-то один из нас и должен оставаться на страже и следить, чтобы огонь не погас.

Больше он ничего не спросил, и я не стал объяснять, что Слуги по крайней мере однажды использовали расположенный тут столп. И что иногда хищный зверь может так оголодать, что огонь его не отпугнет.

Мы с Лантом попытались по возможности удобнее устроиться в тесной палатке. Мы улеглись спина к спине, и я порадовался его теплу.

Когда я уже задремал, он вдруг сказал:

– Я знаю, ты не рад, что я пошел с тобой.

– Я не знал, что ты или Персивиранс отправитесь со мной сквозь столп. Увязаться вот так без предупреждения было очень опасно. Нам повезло, что все обошлось.

Я подумал о том, как отвести их обратно, и меня осенило. Как я раньше не догадался: кто-то из магов Неттл может заняться этим, мне не обязательно идти самому! Только тут я спохватился, что не связался с ней по прибытии. Я взял себя в руки и потянулся к ней Силой.

– Почему ты так ненавидишь меня?

– Тихо. Я пытаюсь работать Силой, – ответил я, отмахнувшись от его вопроса.

Неттл? Дьютифул?

Я услышал далекую мелодию, словно пение ветра в кронах. Сосредоточившись на ней, я попытался подтянуть ее ближе.

Фитц? Фитц? – Голос Дьютифула еле доносился до меня, он словно пытался перекричать рокот прибоя. Если бы не музыка Олуха, которая несла его, словно волна – обломки корабля, я бы и не услышал.

Я что было сил направил мысли в его сторону:

Мы в безопасности. Лант и Персивиранс со мной.

Персивиранс?

Мальчик-грум из Ивового Леса.

Что случилось? Ты молчал так долго!