Князь Владимир - Юрий Никитин

Владимир нахмурился. Богатыри, несмотря на их мускулы, асила – уму могила, оказались не такими уж тупыми быками. Бывая в разных частяхсвета, встречаясь с разными людьми, поумнели больше, чем иной боярин, невылезающий из своей вотчины.

– А почему ты избрал Мухаммада… или Мухаммета, какправильно твоего Бахмета? Поклонялся бы Христу, как вон тот телепень напротив.

– Моя вера истинная, – вскипятился Рогдай. –Она строгая! Я могу детей учить и воспитывать, а кто меня? Я ведь еще не самыйлучший человек на свете! Только всевидящий Аллах бдит и ведет.

– В чем же?

– Вино не велит пить, больше четырех жен не разрешает…

Владимир засмеялся, за ним неуверенно заулыбались и другие:

– У тебя и одной нет!

– Но я мог бы завести, как ты, что пытаешься переплюнутьмудрого Соломона, у которого было тысяча жен… а так я должен блюсти себя. Укого много жен, тот уподобляется… не за столом будь сказано кому.

– Ладно, – сказал Владимир. – А ты, Ян, тожепоклоны бьешь Мухаммаду?

Ян, красивый золотоволосый богатырь, с достоинствомвозразил:

– Я в сердце своем чту только Христа.

– Ага, – понял Владимир, – как и ЛешакПопович?

Лешак рассерженно пытался вскочить, его удержали со смехом,князь-де прикидывается, он да не знает разницы!

– Моя вера вернее! – заявил Лешаквызывающе. – А у этого дурня настоящий Христос и не ночевал!

Ян грозно воздел себя из-за стола, ладонь упала на рукоятьмеча. Его ухватили сзади, отобрали меч, усадили, похлопывая по плечам. Лешаксмотрел гордо в глаза Яну, готовый принять мученическую смерть.

– Эх вы, – сказал Владимир с горечью. – Развемеч – довод? Убив или даже заставив супротивника замолчать, вы еще не убедилиего. А значит, и не победили… Так и скажи, что принял веру по греческомуобряду, а он – по латинскому. Меня радует, что в чужой вере нет единства! Нетокмо мы, славяне, истребляем друг друга. Ну да ладно! Ислам, вера Христа…Неужто иудеев нет?

За столом веселое оживление. Оглядывались на огромного ИльюЖидовина из далекого города Мурома. Тот восседал на другом конце стола, ел затроих, пил за десятерых. Под густыми черными бровями блестели разбойничьиглаза, в черной бороде поблескивали острые белые зубы. Но Илья смолчал, иВладимир понимал своего богатыря. Иудеи считают своих только по матери, а этотбыл сыном проезжего купца-рахдонита, что всякий раз останавливался у однойвдовы, пока не купил для нее дом и не объявил женой.

– Есть, – отозвался один из новых богатырей,Владимир только помнил, что он в одиночку сразил десятерых насильников и вернулуводимый полон. – Вон Трясило принял веру иудеев, а в моем десятке двоекланяются Яхве. Да что там иудеи, даже буддисты есть. Те вовсе откуда свою верупринесли? А у тебя у ворот индуист службу несет.

Владимир спросил:

– А как двор сторожит?

– Честно.

– Тогда пусть индуистит сколько влезет.

– Да, но он такое говорит, что неделю потом как напохмелье ходишь! Нет, моя вера – самая правильная. А все остальные – бред. Подкорень бы их…

Владимир сидел задумавшись, кулаки медленно сжимались иразжимались. Черный оселедец попал кончиком в рот, жевал рассеянно. Густыеброви сшиблись на переносице.

– Порадовали… Я тружусь как проклятый… как пчелка, яхотел сказать, капища строю, всех со своими богами собираю… А что делаете вы?

– Княже, – пробасил Жидовин издали, – мыслужим Руси верно!

– Да знаю. А пошто русских богов покинули?

– А пошто ты коня арабского взял? – спросил Рогдайв ответ. – А меч у тебя хазарский? Аль ты уже не рус? И чужие боги у насприживутся, по-нашему заговорят.

Владимир сказал печально:

– Вам легче. За себя решаете… А мне не так просто. Ячто букашка. Хробак, как говорил один… Но этот хробак решает за Русь!

Оставшись один, покачал головой. Рогдай! Ишь, уже не Рогдай,а Абдулла! Кто бы мог подумать, что такой здоровяк, где мускулов на трех быковхватит, а лоб закроешь одним пальцем, возжелает как-то переделывать себя иизнутри!

Но ислам, самая молодая вера, в самом деле быстро крепнет наРуси. Уже и князья принимают вместе со своими семьями, уже и целые русскиеплемена склоняются к учению Мухаммада, а последний раз ислам едва не стал веройвсей Руси после разгрома Хазарского каганата. В дружине Святослава было немаломусульман, но он не обращал на них внимания, как и на христиан или иудеев. Но,разгромив хазар, он сумел бы удержать за собой все прикаспийские земли, если быпринял ислам. Святослав заколебался, уже послал за старейшими муллами, но исламв это время как раз потерпел ряд сокрушительных поражений. Из Багдада, кударусские купцы ездили как к себе домой, донесли, что там от веры в Аллаха отпалибогатейшие провинции, шииты раскалывают страну, откололись Иран, Африка, дажесаму Аравию как раз захватили сарматы.

Багдадский халиф потерял Египет, затем Сирию и Месопотамию.Халиф сам отчаянно нуждается в помощи, какой из него союзник? А прими из егорук веру, тут же придется посылать свои войска на помощь!

Базилевс Василий напряженно говорил своему царственномубрату:

– Давай просчитаем еще раз… Мы навязываем христианствоРуси, чтобы таким образом ее сделать вассалом. Великий князь Руси этозаподозрит…

– Уверен?

– Шпионы называют его хитрым и коварным! А заподозрив,он не станет, подобно Оттону, громогласно обвинять нас в коварстве, тут жепридумает, как обмануть нас самих. Нам нужно только помочь ему обмануть так,как это выгодно империи…

– Ты уверен, что пойдет именно по этому пути?

– Он настоящий боец. Как он блестяще прошел сничтожными силами к Новгороду, как внезапно захватил Полоцк, овладел Киевом!Это был наш большой просчет, наше поражение. Мы его недооценили. Но каким бы онни был гением, но он – одиночка. А здесь, в империи, мудрость даже не веков, атысячелетий. И великая мудрость обманов, великих и малых, простых и настолькоизощренных, что ум человеческий вместить не в силах. Но в силах вместитьколлективный ум, какой у нас есть, а на Руси – нет.

– Ну-ну.

Василий сказал торжественно:

– Перехитрив нас, он все же найдет способ, как взятьидею христианства, ничего не заплатив. Он ее попросту украдет!

Константин в сомнении покачал головой:

– Украв, можно креститься самому. Можно окреститьдругого. Но окрестить страну? Ты что-то говоришь не то. Ему тогда потребуютсясотни, если не тысячи попов. Да не таких, как у нас в Константинополе,сладкоречивых да умствующих, а напористых, наглых, готовых отшвырнутьмолитвенник и схватить топор! А для того, чтобы поддерживать огонь веры, надоежедневно творить богослужения. Да не в одной церкви, а во множестве. Значит,надо отправить на Русь еще и десятки обозов с богослужебными книгами. Как тысделаешь это?