Записки бандитского адвоката - Валерий Карышев

Как-то под вечер в моей квартире раздался телефонный звонок. На другом конце я услышал знакомый голос моей соседки по подъезду врача-гинеколога Марины. Она была взволнована.

– Марина, что случилось? – поинтересовался я.

– Мне нужно срочно посоветоваться. У меня очень важное дело. Можно мне к вам прийти?

– Конечно, – сказал я.

Через двадцать минут она уже стояла на пороге моей квартиры. Вид у нее был очень встревоженный.

– Проходи, раздевайся, – сказал я.

– Куда мне – в гостиную или на кухню? – спросила она.

– Как хочешь.

Марина раздумывала недолго.

– Пожалуй, в гостиную. Не возражаешь?

– Хорошо, садись. Может, выпьем? – предложил я.

Но Марина, почувствовав, что ей чего-то не хватает, встала и спросила:

– Можно, я пойду на кухню? Там покурю…

Марина прошла на кухню, вытащила из сумки пачку сигарет, достала одну, поднесла к ней дрожащей рукой зажигалку, прикурила, жадно втягивая дым. Марине было тридцать два года. Она была немного повыше меня, стройная, с темными волосами, с темно-карими глазами, с открытым лицом. Единственное, что немного портило ее, это острый нос. Я поддерживал с ней дружеские отношения. Дело в том, что у нее лечилась моя бывшая супруга. Потом они стали подругами, и мы стали дружить семьями. Но вслед за этим произошел разлад. У Марины не сложилась жизнь с мужем, точнее, она уличила его в измене и выгнала. С тех пор Марина около двух лет жила одна, перепоручив воспитание своей дочки родителям, которые жили недалеко.

Еще до того, как Марина начала работать в нашей поликлинике, она преподавала в одном из медицинских училищ, а затем решила одновременно заняться и практикой. С помощью знакомых она устроилась в закрытую поликлинику, точнее, в медсанчасть, принадлежащую одному крупному предприятию. Сначала медсанчасть обслуживала только сотрудников того предприятия, к которому относилась. Но с началом рыночных отношений, когда все были поставлены на жесткий хозрасчет, медсанчасть стала принимать и людей со стороны, оказывать им платные услуги. Вскоре в значительной степени расширилась регистратура, появился дополнительный медицинский персонал. Теперь у Марины как у гинеколога была большая клиентура. А надо сказать, что Марина работала не полную рабочую неделю, а только четыре дня, оставляя себе два дня на преподавание в медицинском училище.

Марину в медсанчасти коллектив, который работал там долгие годы, встретил достаточно враждебно. По поликлинике поползли интриги. Коллектив был разделен на определенные кланы, группировки, которые враждебно относились даже к своим коллегам. Марина не примкнула ни к одной из группировок и жила своей жизнью. Естественно, так получилось, что несколько врачей, а в большей степени медсестры невзлюбили Марину и стали пытаться выжить ее. Однако Марина старалась не обращать ни на что внимания и очень много работала. Постепенно она обзавелась и элитарной, богатой клиентурой.

В результате Марина стала приносить медсанчасти серьезный доход. Поэтому все попытки выжить Марину из медсанчасти наталкивались на серьезное сопротивление со стороны администрации. Однако Марина прекрасно понимала, что и в администрации некоторые тоже недолюбливают ее. Но Марина все равно ни во что не вмешивалась, приветливо здоровалась со всеми и старалась ни с кем особо не сближаться.

– Так что же у тебя случилось? – нарушив молчание, спросил я.

– Меня завтра вызывают на допрос в милицию… Точнее, в РУОП. Поэтому я и пришла посоветоваться с тобой.

– Господи, что же ты натворила? Да еще организованная преступность…

– Не знаю, – пожала плечами Марина. – Просто вчера позвонил, как его там – следователь или оперативник, – и вежливо пригласил меня к телефону. Любка, ты знаешь, моя медсестра…

– Да, конечно, – кивнул я головой.

– Так вот, Любка позвала меня к телефону. Этот работник милиции поинтересовался, когда я смогу прийти к нему на беседу. Я, со своей стороны, спросила: а что это за беседа и почему я должна туда идти? И что это вообще – допрос?

Да, что-то вроде этого, ответил он. И сказал, что если я не приду, то они вызовут меня официально, повесткой… Но я сказала, что повестка мне не нужна, я готова прийти. Но, честно говоря, я растерялась. Может быть, и нужно было дождаться повестки? Как ты считаешь?

Я пожал плечами.

– Я этих тонкостей не знаю… А сама-то ты что думаешь, почему к тебе такой интерес?

– Как ни странно, я женщина законопослушная, ничего не нарушала. Хотя, – задумчиво сказала Марина, – есть несколько ситуаций…

Она внимательно посмотрела на меня. Я почувствовал, что она размышляет о том, продолжать рассказ или нет.

– Решай сама, – сказал я, – ты можешь мне ничего не говорить.

Марина закурила вторую сигарету.

– Нет, пожалуй, я все же расскажу тебе, – решительно сказала Марина. – Может быть, ты сам поймешь, почему меня вызывают.

Я молча кивнул головой.

– В общем, ты знаешь, какой народ работает у нас в медсанчасти.

– Конечно, – улыбнулся я.

– Одна Любка чего стоит!

Я представил себе Любку. Она была медсестрой, с которой работала Марина, – такая здоровенная девица, крашеная блондинка, лет тридцати пяти, с голубыми глазами и с большими наклеенными ресницами. Она постоянно была в курсе всех интриг. Можно было сказать, что именно она затевала все войны и разборки в медсанчасти. Когда не было работы, Любка слонялась из одного кабинета в другой, собираясь с медсестрами в коридорах и о чем-то перешептываясь. К тому же Любка была человеком завистливым. Каждый раз, когда Марина принимала ту или иную богатую клиентку, Любка всячески пыталась влезть в доверие к ней, завязать дружбу. Но существовал определенный барьер. Любка все чаще обращалась к Марине, чтобы та «отстегнула» ей определенную сумму от тех подарков, которые делали ей клиенты. Но, как правило, никакой суммы не было. Обычно врачу приносили подарки, сувениры. Поэтому Марине приходилось время от времени выплачивать Любке какую-то сумму из собственного кармана, так сказать, делиться с ней. Другой особенностью Любки было то, что она очень любила выпить. Практически весь спирт, который получала медсанчасть и который должен был идти на перевязку и на другие медицинские цели, Любка умудрялась распивать с такими же, как она, медсестрами. Часто такие выпивки заканчивались для них плачевно, иногда даже возникали мелкие потасовки. Но обычно были мощные пьянки до поздней ночи. Иногда они приглашали своих любовников. В общем, Любка вела довольно активный образ жизни.