Хозяин шелковой куклы - Анна Князева

Вячеслав Алексеевич в который раз набрал номер дочери. Отвечал ему механический женский голос по-итальянски. В переводе не было нужды – аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Он позвонил Вешкину. Сергей тоже был недоступен. Осталась только Настя. Но жена не брала трубку.

Как зверь в запертой клетке, Вячеслав Алексеевич мерил шагами свой кабинет в поисках выхода. Из тупикового состояния его вырвал звонок Крапивина:

– Есть информация.

– Говори. – Вячеслав Алексеевич застыл в предчувствии чего-то плохого.

– Только лично. Я у твоих ворот.

– У каких ворот?

– У ворот твоего дома. Они – зеленые.

– Что случилось?

– Я же сказал – есть информация.

– Если бы ничего не случилось – мог позвонить, – недоверчиво проговорил Вячеслав Алексеевич, усматривая в этом какой-то подвох.

– По телефону нельзя. Выходи, не то я уеду.

– Иду. – Вячеслав Алексеевич спустился на первый этаж, где пахло ванильными булками. Впервые в жизни запах выпечки был ему ненавистен.

– Какао с булочками? – подхватилась Серафима Петровна.

– Нет, спасибо.

– Куда это вы собрались?

– Вам какая разница? – сорвался он и тут же извинился: – Простите.

– Воля ваша. Я ведь так… Для общего интереса. – Она вернулась на кухню, высыпала на стол пшено и стала перебирать его, обиженно шевеля губами.

Вячеслав Алексеевич прошел по дорожке до ворот, открыл калитку и впустил Крапивина:

– Здравствуй.

– Приветствую. – Герман Сергеевич огляделся. – Присядем на скамейку, в дом не пойду.

– Что так?

– Время ограничено. Сегодня у нас – день икс.

– Объясни.

– Потом объясню. Сейчас могу сообщить одну хорошую новость. Ширшова сама явилась в полицию и дала показания. Ее подруга Варвара Голубченко убита. Это сделал мотоциклист, который забрал ее с места расстрела Вангелиса Грека. Так что далеко она не уехала.

– Тело нашли? – спросил Вячеслав Алексеевич.

– Нашли в подвале старого дома, в нескольких кварталах от особняка заказчика. Ее даже не потрудились вывезти за пределы Москвы. Ширшова спряталась лучше. Склеила на улице левого мужика и ушла к нему жить. Таким образом сохранила себе жизнь. А когда поняла, что живой ей оставаться недолго, вызвала такси и – прямиком в Следственное управление.

– Теперь про заказчика.

– Курамшин Виктор Николаевич, вы с ним знакомы.

– Значит, в прошлый раз я пришел точно по адресу?

– Слава богу, что ноги унес. – Герман Сергеевич скривился в невеселой улыбке.

– Зачем это ему? Кажется, он и так неплохо себя чувствует.

– Зачем убивать Вангелиса Грека? На это было несколько причин: личная неприязнь, передел сфер влияния, но главное – Курамшин задолжал ему деньги. Так много денег, что нам с тобой и не снилось. Кстати, Голубченко год назад была его пассией.

– Любовницей? – уточнил Вячеслав Алексеевич.

– Ты сам-то его видел? Нестарого еще человека сожрал СПИД.

– С трудом верится, что Голубченко с ним что-то имела.

– Она имела не с ним, а с его тугим кошельком. Но он, как опытный манипулятор, использовал ее на все сто процентов.

– Через нее следствие могло выйти на него.

– И еще на несколько ее мужиков. У которых куда больше резонов убить Вангелиса Грека. Не-е-е-ет… Курамшин очень умен. Он все продумал. Но, как говорится, на любого мудреца найдется болт с резьбой…

– Это – не про мудреца, это – про задницу.

– Короче, чтобы доказать причастность Курамшина к убийству Назарова, понадобились прямые улики. Спасибо тебе, Ширшовой и еще группе товарищей.