Хозяин шелковой куклы - Анна Князева

Злое сицилийское солнце перевалило через хребет небосклона и направилось к западу в поисках горизонта. Солнечные лучи, забыв о своем жаре, мягко освещали цветы, миртовые заросли и золотые акации. Сад благоухал. В воздухе эфирно трещали крыльями слюдяные стрекозы.

Со стороны кухни доносилось мерное постукивание ножа о разделочную доску. Вскоре оттуда вышел официант с большой сырной тарелкой. Поднявшись на террасу, укрытую белой полотняной крышей, он поставил тарелку на стол и проверил, есть ли напитки.

За столом сидели: Сальваторе, его компаньон Савелий, Дайнека и Влад Пилевский. Настя с Алексом болтали, расположившись на плетеном диване.

Дайнека забрала их с площади Сан-Доменико, где в универмаге «Ла Ринашенте» Настя покупала одежду. Когда прибыли в замок, управляющий Кармелло Бенничи предоставил гостям комнаты рядом с комнатами Сальваторе и Савелия, которые решили задержаться в обществе занятной компании.

При первом взгляде на Алекса Дайнека ощутила внутренний толчок, и было непонятно, что это – симпатия или, наоборот, реакция отторжения. Внешне Алекс был очень хорош собой: высокий, русоволосый, спортивный. Лицо правильное, истинно мужское, безо всяких «карамельных» излишеств.

Дайнеку привлекало каждое его слово или движение. Ей хотелось смотреть на него, наблюдать за тем, как он ходит, как говорит, как ест. И, если бы не ее природная скромность, она не отрывала бы от него глаз.

Заподозрив Алекса в том, что он – Настин любовник, Дайнека понаблюдала за ними и пришла к выводу, что ошиблась. Ей даже показалось, что у них нет ничего общего. К тому же Алекс рассказал о своем визите на отцовскую дачу. После этого все ее сомнения улетучились.

– Как там папа? – спросила Дайнека.

– По-моему, хорошо. – Алекс пожал плечами. – Рядом с Серафимой Петровной – как у Христа за пазухой.

– Мама любит и умеет готовить, – не к месту заметила Настя.

– А Тишотка? Ты его видел?

– Видел. Хвост – трубой, настроение – отличное.

– Как я по ним скучаю!

– О чем идет разговор? – спросил Сальваторе. Из всех, кто был на террасе, только он ни слова не понимал по-русски.

Дайнека пересказала ему суть разговора и в дальнейшем переводила на русский язык все, что говорил Сальваторе:

– На Сицилии столько интересного, и я готов все это вам показать.

– Здесь не опасно? – осведомилась Настя. – Мафия, преступность, коррупция…

– Все, кто к нам приезжает, задают этот вопрос. И я всегда отвечаю – нет, не опасно. Гостям и туристам на Сицилии ничего не грозит!

Залюбовавшись римским профилем итальянца, Настя «сделала глазки», однако даже ей было заметно, что Сальваторе интересует Дайнека. Итальянское бахвальство взяло верх, и он решился покрасоваться:

– Сицилия – это рай!

– Если бы было не так жарко… – проговорила Дайнека.

– Но рай, полный демонов! – Сальваторе держал интригу, и все настроились на длинный рассказ. Дайнека переводила: – Сицилия хранит много тайн. Если вы, например, спросите у сельского жителя дорогу к его деревне, он ее вам ни за что не покажет. Их деревни, как и дома, – всегда на замке.

– Как интересно. – Настя, не стесняясь, зевнула.

– Здешние дома и даже церкви хранят страшные секреты. – Сальваторе сделал мрачное лицо и продолжил: – В подтверждение сказанного приглашаю поехать в катакомбы Палермо. Вы увидите такое, отчего перестанете спать по ночам.

– Ну уж нет. – Дайнека покачала головой. – Я и так плохо сплю.

Сальваторе многообещающе улыбнулся:

– Не спешите отказываться. Такое можно увидеть лишь на Сицилии. Там в подземелье хранятся тысячи человеческих мумий. Глядя на некоторые, трудно понять – мертвы они или спят. У других – на лице ужас, а рот словно кричит!

– Как интересно! – оживилась Настя. – Едемте туда поскорей!

– Зачем их там держат? Что за идея? – спросил Алекс и как-то по-особенному повел головой.

Взглянув на него, Дайнека вдруг почувствовала, что у нее заныло в груди. «Что со мной?» – испугалась она и опустила глаза.

– Все началось с одного монаха, который умер четыреста лет назад, – продолжил Сальваторе ди Скьяра. – Его тело оставили в подземелье, и оно подверглось естественной мумификации. Ученые считают, что произошло это случайно: просто тело находилось в благоприятной среде. Особенность сицилийского климата – сухая погода. Зимой случаются холода. Прибавьте к этому сквозняки в подземелье, хорошую вентиляцию и отсутствие перепадов температур. Как результат – естественная мумификация священнослужителей превратилась в традицию. В подземелье появились специальные ниши с отверстиями, в которые помещали трупы. Каменные стены адсорбировали влагу, труп обезвоживался и высыхал. Вслед за монахами в катакомбы стали помещать трупы знатных горожан. По сути, их выставляли на всеобщее обозрение. За долгие годы мумификация мертвых превратилась в искусство. В катакомбах Палермо хранится тело девочки, которая лежит в гробу словно живая!