На краю пропасти. Китайская шаль. - Патриция Вентворт

Но Лоре уже надоело говорить о деньгах. Она снова хотела танцевать и потянула Робина за собой.

Пара прошла очень близко от Элистера и Петры.

– Какая симпатичная, – сказала Лора. – Кто она? Ты давно ее знаешь? Они с Элистером обручены?

Робин, не переставая хмуриться, ответил только на последний вопрос:

– Пока нет. Он, видишь ли, малость потерял голову из-за Танис. Со мной подобный фокус не пройдет – я стреляный воробей. Чуть завижу силки, обхожу опасное место десятой дорогой.

– Робин, как тебе не стыдно! Она не такая!

– Увидишь. Отбивать парней у других девушек – ее хобби.

– Звучит отвратительно.

– А выглядит очень мило. Я давно за ней наблюдаю. Танис дружит с девушкой, дружит с парнем, и в конце концов девушка оказывается лишней, а потом парень ей надоедает и тоже оказывается лишним. По-настоящему ей никто не нужен. Она хочет только, чтобы за ней увивалась дюжина парней, чтобы они целовали землю, по которой она ходит, оплачивали такси и искали повод, чтобы перерезать друг другу горло. Последнее ей особенно нравится.

Робин говорил с такой яростью, что Лора поежилась. Она испуганно подняла голову и увидела, что его мальчишеское лицо исказила гримаса, старившая молодого человека лет на десять.

– Никак не думал, что и Элистер вляпается как дурак, – сказал Робин. И добавил, дернувшись так, что они сбились с ритма: – Почему мы говорим об этой женщине? Она дождется, что в один прекрасный день ее задушат.

Потом Лора танцевала с Элистером. Было любопытно – девушка словно оказалась в самой гуще событий этого маленького мирка, – но в то же время не очень приятно, так как Элистер не мог говорить ни о чем, кроме Танис: какая она замечательная, как хорошо сыграла в последнем фильме, какая красивая, добрая, бескорыстная…

– Честно говоря, сомневаюсь, что Танис когда-нибудь вообще думает о себе. Возьмем, к примеру, меня. Просто дальний родственник, раньше ее почти не знал. И она не жалеет времени, чтобы устроить мне отличный отпуск. Она бы и сегодня пришла со мной, но, к сожалению, Хелен уже сказала Петре, что я за ней заеду, поэтому Танис пришлось позвать Кэри. Но ей с ним скучновато, знаю точно. Он, конечно, хороший парень, но это не всегда то, что нужно женщине. А как она была к нему внимательна, когда он разбился, ты, наверное, слышала…

Танис… Через каждое слово – Танис.

Лора начала уже отчасти разделять его восхищение, но подумала, что подобное восторженное состояние не может сохраняться долго. Интересно, Петре он тоже это выкладывает? Тем временем Элистер продолжал говорить о Танис:

– Мисс Агнес ее очень любит. Они с Люси воспитали Танис и, конечно, обе ее обожают. А потом она стала играть…

Лора узнала, что кузина Агнес не проявила широты взглядов в этом вопросе. Да и вообще, сценическая карьера не принесла Танис заслуженного успеха из-за интриг завистников, которых у каждой красивой и талантливой женщины великое множество. Потом, как поняла Лора, Танис какое-то время довольствовалась положением одаренной любительницы с опытом. Затем ее посмотрела Айседора Левинштайн и пригласила на пробы, а потом и на роль в замечательном фильме. На съемках Танис работала на износ, но теперь работа завершена и она отдыхает. Поэтому, собственно, у нее и есть время на таких, как он. И она щедро тратит это время. Вообще щедрость в ее характере. У Танис редкий характер, и иногда люди просто не в состоянии ее понять. Им неведомо, что на свете есть бескорыстные люди…

Лоре стало казаться, будто она слушает граммофонную пластинку.

После того как девушка в третий раз потанцевала с Кэри Дэсборо, он пригласил ее посидеть в одном из маленьких помещений в стороне от танцевального зала. Молодой человек смотрел на нее со странным выражением – то ли изучающим, то ли насмешливым.

В его усмешке ей почудилась горечь.

– Вы двоюродная сестра Танис?

Так вот как он ее воспринимает! Лоре не понравилось это определение. Она слегка вскинула подбородок и ответила:

– Да, я Лора Фейн.

– Вы не похожи на Танис, – задумчиво произнес Кэри.

– А почему я должна быть на нее похожа? – возмутилась Лора.

Он широко улыбнулся: лицо его сразу преобразилось. Как ни странно, именно в этот момент Лора заметила, как печальны глаза Кэри – темные, разочарованные.

– Не обижайтесь, – проговорил он, – я не то хотел сказать. Я имел в виду, что внешне вы очень похожи, но по характеру совсем разные.

– Да и внешне мы мало похожи.

– Ну, все же цвет волос и глаз… Необычное сочетание. Это у всех ваших родственников?

– Не знаю, никогда их не видела. Поэтому я так хотела познакомиться с Танис. Я не знакома ни с кем из родственников по отцовской линии, кроме Максвеллов, а они не в счет, так как отделились от родословного древа Фейнов очень давно, еще до начала семейной вражды.

– Можно вас расспросить об этой вражде? Никогда не сталкивался ни с чем подобным.

– Конечно, здесь нет секретов. Когда в семье происходит подобное, все равно ничего не скроешь. Да и потом, это ведь было давно – еще до моего рождения!

– Да, очень, очень давно!

Лора посмотрела на Кэри с подозрением, но он выглядел абсолютно серьезным.

– Мой отец сбежал с моей матерью от невесты, которую выбрала ему семья, – торопливо сказала Лора.

– И его оставили без единого шиллинга.

Лора улыбнулась: на ее щеках появились ямочки.

– Они не могли этого сделать. Имение принадлежало ему, а шиллингов у них самих не было – отец бы мог их получить, женившись на кузине Агнес. Она получила богатое наследство от матери и с тех пор платит за Прайори аренду. Папа служил во флоте и все равно не мог там жить, да и я не смогу, а кузине Агнес там нравится. Мне говорили, она просто обожает Прайори. Странно, но я там никогда не была.

– Почему?

– Меня не приглашали.

Ее голос звучал жалобно, как у ребенка, которого не позвали на праздник. «Интересно, сколько ей лет?» – подумал Кэри и спросил:

– А где же вы живете? Ваши родители…

Девушка печально покачала головой:

– Они умерли, когда мне было пять лет. Если честно, я их почти не помню. Знаю о них только по рассказам и иногда начинаю верить, что это мои собственные воспоминания.

«Совсем молоденькая», – подумал Кэри. Он почувствовал к ней нежность, как к ребенку, который ищет помощи.

– Но кто-то ведь вас воспитывал, – тихо сказал он.

– Да, конечно! Мамина сестра, она очень добрая. И строгая… но совсем чуть-чуть. Она ужасно занята в комитетах по социальной защите женщин, образованию и всему такому, а с тех пор, как началась война, еще и занимается эвакуированными.