По направлению к нулю - Агата Кристи

– Но я уверена, что среди нас никто не одержим маниейпреследования.

– Я привел вам этот конкретный случай только в качествепримера. Существует множество видов умопомешательства. И я полагаю, что тот,кто совершил это преступление, находится под влиянием некой навязчивой идеи. Онлелеял и пестовал эту идею в своем больном мозгу до тех пор, пока она незахватила его полностью. Такой человек способен на все.

Мери поежилась и сказала:

– Тогда, я думаю, мне следует рассказать вам одинслучай.

Кратко и точно она рассказала ему о вечернем визите мистераТревиса и о его загадочной истории. Суперинтендант Баттл слушал ее с крайнезаинтересованным видом.

– Значит, он сказал, что мог бы узнать этого человека?Кстати, мужчину или женщину?

– Насколько я поняла, героем этой истории был мальчик.Хотя, по правде говоря, мистер Тревис не уточнял. Да, сейчас я точно вспомнилаего слова относительно пола и возраста. Он сказал, что не хочет вдаваться втакие подробности.

– Вот как? Возможно, это весьма важная деталь… И онсказал, что у ребенка была определенная физическая особенность, по которой онмог бы всегда безошибочно узнать его?

– Да.

– Может быть, шрам… Нет ли у кого-либо из ваших гостейшрама?

Он заметил, что Мери Олдин нерешительно помедлила, преждечем ответить:

– Нет, я не замечала.

– Подумайте хорошенько, мисс Олдин, – улыбнулсяон. – Похоже, вы что-то заметили. А если так, то неужели вы полагаете, чтоя буду менее внимательным и сам не замечу данной особенности?

Она отрицательно покачала головой:

– Я… я не заметила никаких особенностей.

Но Баттл видел, как она испугана и расстроена. Его слова,очевидно, навели ее на крайне неприятные размышления. Хотел бы он знать, о чемона подумала, но опыт подсказывал ему, что давить на нее сейчас бесполезно.

Баттл вновь перевел разговор на мистера Тревиса.

Мери рассказала ему о трагическом продолжении того вечера.

Баттл довольно подробно расспрашивал ее обо всем. И в итогеспокойно сказал:

– Да, это нечто новенькое. Никогда прежде мне неприходилось сталкиваться с подобным случаем.

– Что вы имеете в виду?

– Я никогда прежде не сталкивался с убийством,совершенным столь ловким способом. Преступнику достаточно было только повеситьтабличку на лифт.

Мери с ужасом взглянула на него:

– Неужели вы действительно думаете?..

– Что это было убийство? Несомненно! Убийца очень ловоки изобретателен. Конечно, его план мог и не сработать, однако, как видите,сработал.

– И только потому, что мистер Тревис знал…

– Да, именно потому, что он мог привлечь наше вниманиек конкретному человеку в доме. И поэтому мы пока блуждали в темноте. Но сейчасуже появились первые проблески света, и с каждой минутой дело становится всеяснее. Должен сказать, мисс Олдин, что это убийство было тщательно спланированои разработано до мельчайших деталей. И я хочу предостеречь вас… Пожалуйста,никому не говорите о нашем разговоре. Это очень важно. Запомните, никому нислова!

Мери кивнула. Вид у нее был все еще потрясенный.

Суперинтендант Баттл покинул столовую и пошел в библиотеку,куда и направлялся, когда его перехватила Мери Олдин. Он был методичнымчеловеком. Ему необходимо было получить определенные сведения, и даже новый имногообещающий след не мог отвлечь его от осуществления ранее принятогорешения, каким бы важным и интересным этот новый след ни казался.

Он постучал в дверь библиотеки и вошел, услышав приглашениеНевиля Стренджа.

Стрендж представил суперинтенданта мистеру Трелони, высокомумужчине аристократической наружности, с проницательными темными глазами.

– Извините за бесцеремонное вторжение, – сказалсуперинтендант Баттл. – Но мне необходимо уточнить одну вещь. Вы, мистерСтрендж, наследуете половину состояния покойного сэра Метью, но кто наследуетвторую половину?

Невиль выглядел удивленным.

– Я же говорил вам. Моя жена.

– Да, но только… – Баттл неодобрительнокашлянул. – Которая из ваших жен, мистер Стрендж?

– О, я понял. Да, я неточно выразился. Эти деньги получитОдри, которая была моей женой в то время, когда завещание было написано. Яправ, мистер Трелони?

Адвокат подтвердил его слова:

– В данном документе совершенно точно оговорено, чтосостояние должно быть поделено между подопечным сэра Метью – Невилем ГенриСтренджем и его женой Одри Элизабет Стрендж, урожденной Стендиш. То естьпоследовавший затем развод не имеет никакого значения.

– Теперь все ясно, – сказал Баттл. –Насколько я понимаю, миссис Одри Стрендж хорошо известно содержание данногозавещания?

– Несомненно, – сказал мистер Трелони.

– А новой миссис Стрендж?

– Кей? – Вид у Невиля был слегкаозадаченным. – О, я полагаю, да. Хотя… мы с ней почти не говорили об этом.

– Мне кажется, вы обнаружите, что она заблуждается насей счет, – сказал Баттл. – Она считает, что деньги после смерти ледиТрессильян достанутся вам и вашей нынешней жене. По крайней мере так я понялсегодня утром из разговора с ней. Вот почему я решил точно выяснить, каковореальное положение дел.

– Просто удивительно! – сказал Невиль. –Однако такое вполне могло произойти. Сейчас, когда я подумал об этом, товспомнил, что она пару раз действительно говорила: «Мы унаследуем эти деньгипосле смерти Камиллы». Но я считал, что она имеет в виду наши общие деньги, тоесть мою половину.

– Действительно, просто удивительно, – сказалБаттл, – какие недоразумения могут возникнуть между двумя людьми, которыедовольно часто обсуждают определенный вопрос, – они могут соглашаться другс другом, говоря о разных вещах, и в итоге оба пребывают в заблуждении.

– Вероятно, вы правы, – сказал Невиль, не проявляяособой заинтересованности. – В любом случае это не имеет значения.Конечно, я не хочу сказать, что нам совсем не нужны эти деньги. Но я очень радза Одри. Она и правда стеснена в средствах, и это завещание значительно улучшитее положение.

– Но неужели, сэр, – грубовато сказалБаттл, – вы не назначили ей приличного содержания после развода?

Невиль вспыхнул.

– Существует такое понятие, как… как гордость,суперинтендант, – произнес он натянутым голосом. – Одри наотрезотказалась принять содержание, которое я ей предложил.