Киллер - Павел Астахов

– Ну, давай, курочка. Открывай глазки.

Вероника с трудом разлепила веки. Сквозь клочья багрового тумана проступила и маячила перед ней ненавистная физиономия непрошеного гостя.

Женщина попыталась подняться на ноги, но ей не удалось это сделать. Ее кисти и лодыжки были намертво скручены проводами от оргтехники. Она глухо застонала. Рот Вероники был заклеен широкой липкой лентой. Голова раскалывалась от пульсирующей боли.

Чем он ее так ударил? Неужели кулаком?

– Я понимаю тебя, детка, – сказал Док. – Да, это немножко больно. Но ты же сама начала хулиганить! Зачем ты вылила на меня этот долбаный суп? – Он склонился над Вероникой. – Давай так. Я уберу эту хрень с твоего ротика, а ты будешь молчать. Я разрешаю тебе только отвечать на мои вопросы. Но если ты закричишь или позовешь на помощь, то я сниму с тебя скальп. – Произнеся последнюю фразу, Док показал женщине столовый нож с длинным лезвием.

Именно им три часа назад Вероника разделывала мясо.

– Так что? Будешь меня слушаться?

Вероника кивнула, и Док одним движением сорвал с ее губ липкую ленту. Она всхлипнула от резкой боли.

Док предупредительно поднял нож, прямо как указательный палец, и прошипел:

– Тихо!

Он сел напротив Вероники. Его серая футболка потемнела от адвокатского ужина, выплеснутого на нее, в волосах застряли кусочки картофеля и тушеного перца.

Док увидел, что женщина разглядывает его, и проговорил:

– Видишь, что ты наделала, дура! Испачкала одежду, обожгла лицо. Как я в таком виде пойду на улицу? Люди будут пальцем тыкать и смеяться.

– Отпустите меня, – едва слышно вырвалось у Вероники. – Что вам нужно?

Док с сосредоточенным видом ощупывал голову. Его пальцы наткнулись на кусочек картофеля.

Он брезгливо поморщился, снял его с волос, понюхал, затем бросил на ковер и спросил:

– Это ты для него готовила, а? Отвечай, курица!

– Да.

– Где он?

– Я не знаю, – стараясь, чтобы ее голос звучал как можно уверенней, сказала Вероника.

Док молниеносно выбросил руку вперед, и голова женщины дернулась от сильной пощечины.

– В следующий раз говори правду, – сказал мужчина. – Или я сделаю в тебе дырку. – Он продемонстрировал ошалевшей от ужаса Веронике поблескивающее лезвие и продолжил: – Это квартира адвоката Павлова. А ты, если я не ошибаюсь, сестра того самого придурка, который взорвал какого-то армянского торгаша.

Внезапная догадка осенила Веронику. Артем ведь рассказывал ей! Значит, этот псих и есть тот самый убийца, из-за которого Дмитрия чуть не посадили в тюрьму?!

– Получается, что у вас любовь-морковь? – не умолкал Док, злые глаза которого насмешливо разглядывали тело Вероники. – Ага, я понял. У вас не хватило лавандоса, чтобы расплатиться с адвокатишкой, и твой братец положил тебя под него в качестве гонорара? Так?

Веронике стало тошно, будто на нее вывалили ведро дохлой рыбы.

– Когда он придет? – допытывался Док.

– Я не знаю.

Он хмыкнул, затем протянул ей сотовый телефон.

– Ты звонила ему? Не ври мне! Артем – это ведь он?

Мерцающее лезвие тесака приблизилось к ее глазам, и Вероника похолодела. Еще никогда ей не было так страшно.

– Звонила.

– Я сейчас наберу его, а ты спросишь, в котором часу он придет. Только не вздумай намекнуть, что у вас тут гости. Если я это почувствую, то твой кавалер будет собирать тебя из кусочков, разбросанных по разным комнатам. Как пазл. Усекла, курица?!

– Усекла, – процедила Вероника.

– Ну и славно. – Док ухмыльнулся. – Скажи ему, что скучаешь, и прочее дерьмо. Побольше позитива и натурализма, как говорится. – Он нажал на кнопку вызова и приложил телефон к уху женщины.

В аппарате послышались долгие гудки. Вероника облизнула вмиг пересохшие губы.

«Господи, я должна как-то предупредить его!» – подумала женщина.

Наконец она услышала голос Артема, такой родной, хоть и немного усталый, и по ее телу сразу пошла теплая волна. Как же ей хотелось оказаться в его сильных объятиях!

– Привет, – сказала Вероника и непроизвольно улыбнулась.

Док сверлил ее напряженным взглядом.

– Привет еще раз, – ответил Павлов. – Как ты?

– Нормально. Ужин тебе приготовила. Ты когда придешь, милый? – затаив дыхание, спросила она.

– Думаю, через час минимум. Потерпи, пожалуйста.

– У тебя все в порядке?

– Новости есть, но не по телефону. А ты? Что-то мне твой голос не нравится. Ты не приболела?

Вероника искоса посмотрела на Дока. Тот поднял нож и с красноречивым видом провел тупой стороной по своей шее.

Женщина почувствовала, что ей становится тяжело дышать, и ответила:

– Нет, все нормально.

– Ничего купить не нужно? Я могу зайти в супермаркет.

По виску Вероники скатилась капля пота.

– Конечно. Возьми минералки и сметаны.

– Хорошо.

– А, чуть не забыла, Артем! – спохватилась она, чувствуя, что Павлов уже готов положить трубку. – Купи арахисовое масло!

В трубке возникла пауза, затем послышался голос Артема:

– Хорошо.

– Ну, пока. Жду тебя.

Связь прервалась.

– Тебе правда нужны эти продукты, курица? – полюбопытствовал Док, выключая телефон. – Или это был какой-то сигнал? Только попробуй меня провести!

– Он сам предложил зайти в магазин, – стараясь держать себя в руках, проговорила Вероника. – Какие тут могут быть сигналы? Ты сам все слышал.

Док поскреб затылок. Собственно, эта баба была права. Он и в самом деле сидел рядом с ней и хорошо слышал Павлова. Да, идея с продуктами принадлежала адвокату, а не этой курице.

Док поднялся на ноги.

– Мне даже немного жаль тебя, детка, – сказал он без тени сочувствия в голосе. – Я не ожидал увидеть тебя в квартире адвоката. Мне нужен только он.

– Зачем? Что вы от него хотите? – воскликнула Вероника. – Он просто делает свою работу!

– Ты задаешь много вопросов. Забыла про скальп? – Док наклонился, вновь заклеил ей рот и продолжал бубнить: – Из-за тебя мои планы немного поменялись. Но ничего страшного. Когда вас найдут, то подумают, что между вами возникла ссора. – Он поднял нож. – Ты пронзишь его сердце вот этой железкой, а потом, не выдержав всей тяжести собственной вины, нажрешься таблеток и отправишься вслед за любимым. Как тебе?